Чудесное превращение

— Мэри? А это кто еще?

— Ей нравится, когда ее называют Мэри. Мама, давай лучше этопотом обсудим. Я так рад вас снова видеть. Кстати, где остальные?Хиль-Луис, Марсия?

— Он исчез, — сообщил Рикардо. — Это вполне в его стиле: уехатьнеизвестно куда и не предупредить семью. Ну ничего, вернется, когдазахочет.

— А я уж думал, они с Марсией разобрались. Мама, тогда в твойдень рождения, накануне моего отъезда, Марсия осталась в деревне.По радио сообщили о сходе лавины, и Хиль-Луис тут же уехал. Ярешил, что он поехал к ней. Это значит, что она ему совсемнебезразлична.

— Да, конечно, — согласилась Клаудиа, — я тут же позвонила ей, иона сказала, что Хиль-Луис только что приехал.

— А уже на следующий день, — добавила Мартина, — куда-то исчез.С тех пор о нем ни слуху ни духу.

Перед тем как лечь спать, Родриго позвонил Мэри. Вместо ееголоса он услышал голос Кандис Алленби.

— А кто ее спрашивает?

— Один… знакомый, — уклончиво ответил Родриго. — Ее нетдома?

— Она до сих пор не вернулась с банкета. Она мне позвонила исказала: если меня будет кто-то спрашивать, попроси его послатьтелеграмму. Он поймет.

— Я понял. Спасибо. Спокойной ночи!

Родриго положил трубку и в задумчивости почесал макушку. Что жетакое написать?

«Добрался нормально. Вспоминаю Лондон и тебя. Спасибо за все.Родриго».

Он позвонил на почту и продиктовал текст.

— Телеграмму доставят завтра утром, — сообщил ему служащий. —Или вам нужно совсем срочно?

— Нет, такая срочность меня вполне устраивает, — сухо ответилРодриго.

Все-таки мало приятного в том, что Мэри развлекается где-то тамна банкете, в то время как он думает о ней. Вообще ни о ком большедумать не может, кроме нее и… Марсия! Как она там одна в этойзаброшенной горной деревушке? Нужно съездить проведать ее.

По дороге в Санта-Гвадалупе Родриго не оставляла одна мысль:мысль о том сне, который он видел ночью. Ему приснилась Мэри. Онасмотрела куда-то вдаль и смеялась. Раз — и ее лицо исчезло. Родригопроснулся.

Перед самым отъездом ему принесли телеграмму: «Спасибо, чтонаписал. Видела во сне тебя. Ты смеялся. Мэри». Вот и думай теперь,что значит такое совпадение.

На пороге больницы его уже ждала Марсия — пышноволосая брюнеткатого типа, который вдохновляет поэтов. Забросив модельный бизнес,она переехала в глухую горную деревушку и, вспомнив свою прежнююпрофессию, устроилась в больницу медсестрой. Все это — ради одного:быть рядом с Хиль-Луисом. Только хватит ли ему мозгов этооценить?

С Родриго они сдружились сразу же, еще при первой встрече, итеперь она тепло приветствовала вернувшегося из далеких краевприятеля.

— Выкладывай, — потребовала она, проведя его в крохотныйкабинетик в конце коридора. — Расскажи мне про Англию.

С момента их последней встречи столько всего произошло, иРодриго хотел поведать ей про то, как отлично вел дела семейнойфирмы, сколько контрактов ему удалось заключить и сколько продукциипоставить, но сейчас он мог думать только об одном, вернее ободной: о Мэри. И от этой мысли он весь прямо-таки расцвел.

— Как ее зовут? — тут же спросила Марсия.

— С вами, девчонками, просто невозможно! — пожаловался Родриго.— Вы только об этом и думаете. Да, когда я был в Лондоне, то многообщался с дочкой старого друга нашей семьи. Отвечаю на твой вопрос.Ее зовут Мэри, но даже не вздумай меня женить! За Родриго Алькасараона не выйдет даже под страхом смерти. Так она мне с самого началаи заявила.

— Хочешь сказать, — удивилась Марсия, — что ты с самого началасделал ей предложение?

— Нет, конечно. Она не стала дожидаться, когда это произойдет.Сразу дала понять, чтобы я не беспокоился.

— Хочешь сказать, что есть на свете девушки, на которых твойшарм не действует?

— Можно и так сказать, — обиженно ответил Родриго.

Марсия рассмеялась.

— Эта Мэри мне весьма по душе. Удивительно, сама Мэри про Марсиюсказала то же самое.

Родриго улыбнулся.

— Налить тебе кофе? — предложила она. — Или предпочтешь чегопокрепче? У меня тут припасено на всякий случай.

— Нет, кофе меня вполне устроит, — заверил ее Родриго.

Марсия приподнялась с места, держась за спинку стула, внезапнопобледнела и уже растянулась было на полу, но Родриго был рядом иуспел подхватить ее.

— Не надо, все уже прошло, — поспешила успокоить его она.

— Что с тобой? Ты ужасно бледная. Сиди, сиди, я налью тебе воды.Какую таблетку дать?

— Ничего не надо, я отлично себя чувствую.

Родриго удалось настоять на том, что он сам приготовит ей ужин.С этой задачей он справился с присущим ему мастерством, хотястряпать пришлось на крохотной плитке в углу комнаты, да и наборпродуктов был весьма непритязательным. К счастью, ему пришло вголову захватить с собой не только букет роз, но и два пакетафруктов, составивших великолепный натюрморт.

За ужином он выпытывал у нее подробности их отношений сХиль-Луисом, но так ничего и не добился. Ясно стало лишь одно:Марсия что-то скрывает. Почему в тот вечер Луис сначала приехал кней, а потом как ошпаренный бросился бежать и куда-то исчез? Чтомежду ними произошло? И отчего Марсия выглядит такой бледной иусталой? Только ли потому, что работа ее совсем вымотала? А может…Может, она беременна?

Вопросы, одни вопросы без ответов. А тут еще этот сон: онивидели друг друга этой ночью. Может быть, даже в одно и то жевремя! Тут и впрямь начнешь верить в чудеса.

Пообещав ей звонить, Родриго покинул гостеприимную Марсию.Сначала он собирался вернуться в особняк, но передумал. Он вспомнило старенькой хижине в горах. Когда-то в ней жил его отец, желаяпобыть наедине. После его смерти она пустовала, но там время отвремени бывал Хиль-Луис. Может, именно туда он отправился в тотвечер, когда, не дав никому объяснений, ушел от Марсии?

— Ну что тебе? — прорычал Хиль-Луис, открывая дверь хижины. —Зачем явился?

Значит, я не ошибся и он все-таки здесь!

— Полчаса тебе стучу, не могу достучаться.

— Что скажешь? — Хиль-Луис и не собирался приглашать Родриговойти.

— Нам нужно поговорить. Я пока что еще твой брат и не позволютебе разрушить если не свое счастье, то счастье человека, который втебе души не чает.

Хиль-Луис пустил его в дом. Это, пожалуй, было единственноедостижение Родриго за все время беседы. Убедить упрямого братца втом, что он просто по-хамски ведет себя с Марсией, ему так и неудалось.

В конце концов пришлось выложить главный козырь.

— Мне кажется, что она беременна.

Это на Луиса подействовало. Он, конечно, не подал виду, лишьвзглянул на Родриго исподлобья, но тот понял: вот теперь-то еготочно проняло.

— Подумай об этом, — многозначительно сказал Родриго. — Как быпотом тебе не пришлось пожалеть. — С этими словами он вышел.Продолжать разговор не имело смысла: если уж такая новость для негопросто пустяк, подумал Родриго.

Всю неделю от Мэри не было вестей. Несколько раз Родриго звонилей, но вечно нарывался на Кандис. А однажды ему ответил голос,заставивший его просто бросить трубку, как будто она израскаленного железа.

Макс!

Родриго озадаченно посмотрел на часы. Сейчас почти час ночи,стало быть, в Лондоне полночь. Ничего себе! Да, похоже, Мэридобилась независимости от родителей, которой так страстно желала.Возможно, за эту неделю они с Максом даже успели обручиться.

Вот черт!

На следующий вечер Родриго в самом мрачном настроении решительносел перед телефоном и набрал номер Мэри.

— Алло? — раздался ее голос.

— Привет.

Ему показалось, что Мэри рада его звонку. Она приняласьрассказывать, как вчера они с Максом ходили в кино, после фильмаеще немного погуляли и, наконец, пришли к ней домой.

— Я возилась на кухне, когда зазвонил телефон. Кандис ушлакуда-то с приятелем, так что мы с Максом были одни. Я крикнула ему,чтобы он ответил. Как ты думаешь, что произошло? На том конце, едвауслыхав его голос, тут же повесили трубку.

Родриго сглотнул.

— Я знаю, кто это был. Наверняка мама. Через полчаса она мнеснова позвонила, к телефону опять подошел Макс и подозвал меня. Такпосле этого она мне битый час читала нотации: как это почтинезнакомый парень засиживается у меня до ночи. И что это люди сталитакими подозрительными? Вечно им мерещится что-то мерзкое.