Волки пустыни

— Ты, что, все-таки к поварам ходил, — усмехаясь,спросил Шаман у Лузгина.

— Почему к поварам?

— Петлицы тыла у девчат.

— Это служба охраны тыла. Так что не волнуйся, половникомпо своей умной голове не получишь.

— Что ж, и на этом спасибо.

Полоса препятствий представляла собой разбросанные по залубольшие и маленькие ящики. Через одни можно было перепрыгнуть,другие были выше двух метров, и, чтобы их преодолеть, нужна быласила и ловкость. Был тут и импровизированный ров, и наклоннаялестница, и бревно, пара канатов, и, как прикинул Смирнов,несколько сюрпризов — замаскированных ловушек.

При появлении Лузгина и Смирнова девушки без команды встали.Связистки и тыловики быстро, десантницы и разведчица в комбинезонене торопясь, с легкой ленцой. Последние знали себе цену и неспешили тянуться перед появившимся начальством.

— Господин полковник… — начал офицер-инструктор, ноего доклад был прерван отмашкой Лузгина, который прошелся вдольстроя, оглядывая бойцов. Автоматы в руках, пистолеты в кобурахсправа на ремне, ножи слева.

«Дожили, — мелькнуло в голове у Шамана, — ищем вженщине не красоту, а готовность и способность убивать».

В отличие от полковника, капитан смотрел на лица, фигуры, руки.Внутренне он вообще был против этих показательных выступлений.Качества будущего члена группы как бойца интересовали его не впервую очередь. Скажи он об этом Лузгину, его бы не поняли. Зачемнаносить травмы начальству, чтобы потом оно за твоей спиной крутилоголовой или даже пальцем у виска. Этих жестов Смирнов не боялся,главное — кто в конечном итоге будет прав. Он почти никогда неспорил и исповедовал высказывание философа Сенеки: «Делай так, какхорошо, а не так, как дозволяется», отбрасывая первое слово мудрогоримлянина «похвально».

— Какое задание у бойцов? — отрешаясь от своих мыслей,спросил он у инструктора.

— Прохождение полосы препятствий на время. Поражение шестимишеней. Три из автомата — десять патронов, две из пистолета —четыре патрона, последняя — нож. В конце спарринг.

— Спарринг отставить, — изменил испытание Виктор.

— Есть отставить спарринг.

Лузгин молча показал Смирнову на лестницу, ведущую на площадкувверху, откуда было удобно наблюдать за этим импровизированнымсоревнованием.

— Командуйте, лейтенант, — отдал он приказаниеинструктору и начал подниматься наверх.

Удобно опершись на тонкие металлические перила, Шаман сполковником ждали.

Первой на рубеж вышла высокая десантница. По полосе она шланеторопливо, как-то обстоятельно. Преодолевая препятствие запрепятствием, она поразила три автоматные мишени, промахнулась поодной пистолетной, так как инструктор заставил ее стрелять, поднявмишень в тот момент, когда она бежала по бревну. А вот с ножом унее не получилось. Шаман оказался прав насчет ловушек. Ногидесантницы подсекла балка, выскочившая из-под рядом стоящего ящика.Потеряв нож и поднявшись после падения, девушка прихрамывая ушла сконца полосы. Губы ее при этом шевелились и, хоть наверху ничего неуслышали, было понятно, что она вспомнила инструктора и кого-то изего родителей.

Две следующие претендентки, тыловичка и связистка, отработалиполосу слабее, чем десантница. По два промаха из огнестрельногооружия. Обе попали в расставленные ловушки, и чувствовалось, чтосвязистка никогда не держала в руках боевой нож. Ее бросок был слаби неестественен.

Привлекла внимание капитана пятая, хрупкая на вид претендентка спетлицами тыловика. Стартовав, она расстреляла две автоматныемишени, но камнем преткновения для нее стал высокий ящик. Силы влодыжке и ноге не хватило, чтобы, набрав скорость, опереться носкомботинка в доску и, подбросив тело, ухватиться руками за высокийкрай. Девушка сорвалась, при этом больно ударившись лицом о стенкуящика. Второй попытки для преодоления она делать не стала, а,невозмутимо обогнув препятствие, что являлось нарушением условиядействий на полосе, пошла по наклонной лестнице вверх. Видимо вотместку, инструктор поднял последнюю автоматную мишень почти у нееза спиной, но не тут-то было. Девчонка успела выстрелить из-подруки и, бросив автомат, спрыгнула с трехметровой высоты вниз. Тут спотолка на двух растяжках на нее полетело огромным маятникомимпровизированное бревно. Девушка присела и снаряд прошел у нее надголовой. Быстро вскочив, она ринулась за ним следом. Когда муляждостиг своей точки покоя и только начал набирать скорость,возвращаясь обратно, запрыгнула на него. Амплитуда движения понеслаее в обратную сторону, сокращая расстояние до финиша и переносячерез препятствия. Инструктор опять не подкачал и поднял двепистолетные мишени почти одновременно. Расстреляв боезапас ипоразив только одну, девушка спрыгнула с бревна у мишени дляметания и просто воткнула в нее нож, не выпуская его из руки.

Остальные претендентки практически ничем ни отличились отпредыдущих, при этом связистка сошла, не окончив дистанцию, так какпод ее ногой инструктором была выбита ступенька лестницы. Девушка,достаточно жестко ступая, провалилась вниз, не успев подстраховатьсебя, схватившись за ступеньку выше. Падая, она ударилась лицом ипрекратила борьбу. Разведчица плохо отстрелялась из автомата, ибыло видно, что это выбило ее из колеи.

— Беседовать будешь, — утвердительно проговорилЛузгин, спускаясь по лестнице.

— Обязательно.

— Если я тебе не нужен, то я пойду. Инструкторпроводит.

— Если можно, то девушку я сразу к себе в ангар заберу.

— Забирай. Я их на целый день позаимствовал. Формальностипотом утрясем.

Полковник быстрыми шагами покинул зал, а Шаман подошел кинструктору.

— Где тут у вас можно с ними поговорить? — кивая настоящих уже в строю претенденток, спросил у него Смирнов.

— В моем закутке, господин капитан, — ответил тот икивнул головой на расположенную невдалеке дверь.

— Спасибо, я займу ненадолго.

— Да на сколько нужно. Я все равно ухожу. Дверь простозахлопните.

Инструктор, оставив пульт управления ловушками, повернулся ипошел к выходу, а Шаман подошел к строю. Распухшие носы двухпретенденток вызвали у него легкую улыбку. Девушки поняли инахмурились.

— Я хочу поговорить с каждой из вас. Кто первый, прошу замной. — И не оглядываясь, он прошел в выгородкуинструктора.

Устраиваться за имеющимся в комнатке столом он не стал, а простоприсел на его угол.

Первой вошла слегка прихрамывающая десантница.

— Срок вашей службы? — задал вопрос Шаман.

— Три года.

— Вы поете?

— Вопрос не поняла.

— Я спросил. Вы поете? Спойте что-нибудь.

— Может быть, вам еще и раздеться. Я убиваю гаюнов, а неслужу в хоре, — с раздражением ответила испытуемая.

— Спасибо, — невозмутимо поблагодарил Шаман. — Выможете быть свободны.

С различным эмоциональным запалом петь отказались и двеследующие претендентки.

«Приказать им, что ли, — мелькнуло в головекапитана. — Успею, никуда они от меня не денутся. Впрочем, двеиз трех вообще не подходят».

Четвертой вошла разведчица. Девушка уже взяла себя в руки посленеудачи на полосе. В отличие от десантниц, на лице у нее был легкиймакияж и обворожительная улыбка. Она оставалась женственной ипыталась понравиться.

— Спойте мне, что-нибудь, — попросил Смирнов.

— Что спеть, господин капитан?

— Да что хотите.

Девушка исполнила куплет задорной песенки, в которой говорилось,что находящийся в увольнении солдат кое о чем мечтал, но ничего неполучил.

«Голос не плох и с аурой можно было бы поработать, —оценивая исполнительницу, мелькнуло в голове у Шамана. — Но впесках не потянет. Нет стержня».

— Вы можете идти. Возможно, мы еще увидимся.

— Буду ждать, — кокетливо проговорила девица и,выходя, обернулась, подарив многообещающую улыбку.

Пятой вошла нарушительница порядка прохождения полосыпрепятствий.

— Сержант Котова, — представилась девушка спорога.

— Скажите, Котова, почему, выполняя упражнение на полосе,вы бросили оружие? Как прикажете это понимать?

— Я выполняла определенное задание. Автомат стал помехойдля его успешного завершения.