Волки пустыни

Десять секунд спокойного полета, двадцать секунд, минута. Можновключать маяк и опознаватель. Экран локатора чист. Сердцепредательски сжалось. Но вот на экране появилась одна отметка,вторая… седьмая. Изорванные фюзеляжи, дыры в плоскостях, у двоихдаже трещины в бронеплексе фонарей кабин. Похоже все. Больше никтоне придет. Двенадцать прекрасных парней никогда уже не вернутся набазу. Мы сделали что смогли.

Пилоты молча сидели в кабинах. Это было не время прощания стеми, кто уже не ступит на палубу крейсера, не рассмеется вкают-компании, не расскажет интересную историю. Это было времяожидания результата. Время, определяющее, не зря ли они потерялитоварищей и рисковали собственными жизнями. Но вот далеко впередивспыхнула новая звезда, начавшая расти, и, превратившись вмаленькое солнце, потухла. Космос по-прежнему оставался безмолвным,но кабины истребителей огласились радостными криками.

Жертвы были принесены не зря. Уходящий полуослепший транспортнаткнулся на минную сеть, установленную загонщиками. Эта «Корова»больше никогда не напоит железных псов войны.

Потрепанные машины выстроились клином и стали прощупыватьпустоту своими чуткими сенсорами, двигаясь в сторону квадратастарта. Крейсер молчал. Локационные экраны тоже были пусты. Топливаоставалось немного — и, перестроившись в линию, истребителивключили датчики поля, способные по волновому возмущению определитьпередвижение больших энергетически активных масс. Вскоре след былвзят, а еще через полчаса полета на экранах локаторов появиласьотметка цели, в которой бортовой компьютер опознал крейсер.

Не только они заплатили высокую цену. Разбитая ходовая рубка.Снесенные боевые башни. Пробоины в бортах и свисающие куски бронисвидетельствовали о том, что и здесь произошла ожесточеннаясхватка. Ворота стартовых ячеек открылись. Это означало, что онибудут дома и их здесь ждали.

Начальник разведки, генерал Кузьмин, вернулся в свой кабинет вкрайне раздраженном состоянии. Будучи по характеру очень прямымчеловеком, а по занимаемой должности первым интриганом и лгуном всекторе, правда, если быть точным, то в секторе противника Кузьминне любил разносов. Он, впрочем, еще больше не любил, когда хвалили,так как знал, что в его неспокойном хозяйстве всегда найдетсявопрос, по мнению штабистов, недостаточно глубоко проработанный,что не позволяет с необходимой достоверностью определить… полноворожденного по фотографии мизинца. Так он однажды выразился наоперативном совещании, за что получил замечание от адмирала.Сегодняшний же разговор закончился намеком на его усталость.Адмирал даже позволил себе несколько повысить голос, растолковываяему, как официанту, что бы он хотел получить утром в постель кзавтраку и какой температуры должны быть яйца. Так в свободномпересказе с генеральского были выражены требования адмирала.

— Действительно, что ли, сходить на камбуз, узнать тампоследние новости о противнике и предъявить претензии к повару, зато, что они уже несколько не свежие, — пробурчал себе под носКузьмин, наливая рюмку коньяку и закуривая сигарету.

Разведчик прекрасно знал, какие потери несет флот отбезрезультатных рейдов и охоты за транспортами гаюнов. У него былопредложение организовать разведку боем в очень интересующей егосистеме звезды Хохайя, но сегодня он воздержался. Несколько сутокничего не решали, нужно было еще все хорошенько обмозговать.

— Пригласи ко мне Лузгина, — нажав кнопку интеркома,приказал генерал своему адъютанту.

Начальник управления специальных операций полковник Лузгинпоявился в кабинете через несколько минут.

— По вашему приказанию, господин генерал, для полученияклизмы полковник Лузгин явился, — входя в кабинет ивытягиваясь, доложил высокий подтянутый мужчина.

— А почему именно для клизмы? — жестом приглашаяприсаживаться к столу, спросил хозяин кабинета.

Разведчики были знакомы давно, еще со времен обучения в академиидружили, и Лузгин позволял себе многое из того, о чем окружениегенерала даже не догадывалось.

Пройдя и устроившись на стуле, он продолжал:

— Информация и ее анализ. По полученным сведениям, господингенерал вернулся из высокого кабинета. Последние разведданныеничего кардинально нового не принесли и не могут удовлетворитьникого наверху. В кабинете попахивает табачным дымом, а адмиралиногда позволяет себе довольно прозрачные намеки. Думаю, что другиедва десятка доводов для сделанного мною вывода можно опустить.

— Вот напишу рапорт, а своим преемником предложу назначитьтебя, — мстительно ответил Кузьмин.

— Ага, значит, я прав, адмирал выразился именно в этомключе.

— А ты что думал, он меня на банкет приглашал?

— От меня-то что хочешь услышать? В кресле твоем сидеть уменя желания нет.

— Давай вместе покумекаем, как нам по темному углу данныеполучить. Чувствую я, там собака зарыта.

— Как электрики, черт побери. Осветите то, просветитеэто.

— Вот как электрик ты у меня клизму не получишь, а какначальник управления точно со своими сравнениями допросишься.

— Аналитики что говорят? Меня неделю не было. Просвети.

— По-прежнему на кофейной гуще гадают. Вариантов несколько.Уверенности нет.

— Так забери у них кофе, пусть на картах гадают.

Кузьмин уже настроился на серьезный разговор и не понялподначки.

— Необходимые карты у них есть.

— Я имею в виду игральные. Может, на них что-то путноевыйдет.

Генерал замолчал и несколько секунд, не отрываясь, смотрел наЛузгина, а потом спокойным тоном продолжил:

— Что они могут прятать в районе Хохайи? Оружие,боеприпасы. Слишком далеко, — размышлял генерал вслух. —Период, когда мы громили их базы, прошел. Это ежедневно расходуемыесредства в ходе ведения боевых действий. Они всегда должны быть подрукой, а тут перевозка туда-сюда. Затраты времени. Затратытранспорта. Риск уничтожения при перевозке. Риск необходимоевовремя не получить. Нет, не то.

— Секретное производство? Чего? — включился в мозговойштурм полковник. — Только опять, согласно твоей логике, неполучается. Разворачивай рядом. Риск небольшой. Зато выигрыш вовремени.

— Нет там производства. Какие-то секции они туда таскают.«Коровы» иногда оттуда идут.

— Коровы со всех сторон идут. Вода, жидкий газ, нефть,масла, составляющие взрывчатки. Да мало ли еще что.

— Нет, это все же разработки тинала. Пока у наших умников сэтим прокол. Вот если к нам сырье попадет, тогда может иполучиться. Не будут они рисковать. Производят на месте, а готовыйуже сюда.

— Хорошо. Давай будем исходить из того, что нам нужнасистема Хохайя. Что мы имеем дальше? Звездные карты этого района,насколько я знаю, к нам попали случайно и только в одномэкземпляре. Насколько они верны, мы не знаем. Возможно, это вообщечистая деза. Ты хоть знаешь, сколько там планет в системе? Я уже неспрашиваю, какая конкретно нам нужна.

— Спецы утверждают, что согласно параметрам звезды отдвенадцати до пятнадцати. С имеющейся у гаюнов технологией онимогут работать от силы на восьми из них. Скажу больше. Я направлялв тот район невидимок. Оба корабля не вернулись.

— Ну и куда наносить удар? При таких данных адмирал ударнуюгруппу не пошлет и правильно сделает. Да скорее и ударная группанам не поможет. Прикрытие планеты, может, целый флотобеспечивает.

— А может наоборот. У пустышки охрана дай бог каждому. А усекретного объекта охранение три-четыре патруля и все.

— И такое исключать нельзя. Ввяжемся в драку, потеряемкорабли и людей, а результат ноль.

— Послушай, Лузгин, я тебя зачем сюда пригласил, чтобы тытут мне рассказывал, как все плохо? Это я и без тебя знаю.

— Думаю я тут затем, чтобы тебе подсказать, как со всемэтим разобраться.

— Ну и что ты придумал?

— Да получилось так, что придумал ты, а я тебе твою мысльозвучу.

— Когда это ты, в высоких кабинетах не бывая, шаркатьножкой научился, подчеркивая, какое умное у тебя командование.Озвучь уж, пожалуйста, мою мудрую мысль, а то у меня что-то она неозвучивается.