Страница 57 из 68
С дальнего берега реки поднимались несколько слабых дымков, там было одно из мест, где разбивали свой лагерь цыгане, когда путешествовали по Гемпширу. Кэм лично вырезал на деревьях опознавательные метки, чтобы указать, что здесь расположено дружественно настроенное к цыганам селение. И каждый раз, когда прибывал новый табор, Кэм отправлялся навестить их, пользуясь небольшим шансом, что там будет кто-нибудь из его давней семьи.
- Прибыла еще одна kumpania, - мимоходом заметил он, присоединяясь к Меррипену на балконе. - Почему бы тебе не пойти и не навестить их со мной сегодня утром?
Тон Меррипена был сух и недружелюбен.
- Рабочие делают лепные карнизы в восточном крыле. И после того, что они натворили в последний раз, я должен быть здесь.
- В последний раз не были соответствующим образом выровнены гипсовые маяки, которые они приколотили, - отозвался Кэм.
- Я знаю, - отрывисто произнес Меррипен.
- Прекрасно. - Ощущая сонливость и раздражительность, Кэм потер лицо. - Слушай, я не испытываю страстного желания совать нос в твои дела, но…
- Тогда и не суй.
- Тебе не повредит выслушать мнение со стороны.
- Я и гроша не дам за твое мнение.
- Если бы ты не был так чертовски сосредоточен на себе, - едко выдал Кэм, - тебе на ум могло прийти, что ты не единственный, кто беспокоится примерно о том же. Считаешь, я не думал, что может случиться с Амелией теперь, когда она забеременела?
- Ничего с Амелией не случится, - отмахнулся Меррипен.
Кэм нахмурился.
- Все в этой семье предпочитают думать об Амелии как о самой стойкой. Да и сама Амелия считает также. Но она подвержена всем трудностям и слабостям, обычным для любой другой женщины в ее положении. Правда такова, что это всегда риск.
В темных глазах Меррипена медленно закипела враждебность.
- Для Уин в большей степени.
- Возможно. Но если она хочет пойти на такой риск, это ее решение.
- И в этом мы различаемся, Роан. Потому что я…
- Потому что ты не возьмешь на себя риск ни за кого, правда? Очень жаль, что ты влюбился в девушку, которую не удержишь на полочке, phral.
- Если ты еще раз так назовешь меня, - зарычал Меррипен, - я оторву твою проклятую башку.
- Начинай пытаться.
Возможно, Меррипен и принялся бы за Кэма, если бы стеклянные двери не открылись, и на террасу не шагнула еще одна персона. Искоса взглянув в сторону незваного гостя, Кэм про себя застонал.
Это был Хэрроу, выглядящий сдержанным и собранным. Он подошел к Кэму, проигнорировав Меррипена.
- Доброе утро, Роан. Я просто пришел сообщить вам, что позже днем я оставляю Гемпшир. Если я не смог уговорить мисс Хатауэй опомниться, пусть будет так.
- Конечно, - отозвался Кэм, вызвав на лице заученное выражение милой смущенности. - Будьте так любезны и позвольте узнать, есть ли что-либо, что мы можем сделать, чтобы помочь вам с отъездом?
- Я только лишь хотел бы, чтобы он являлся для нее лучшим вариантом, - пробормотал доктор, все еще не смотря на Меррипена. - Я буду продолжать считать, что поездка со мной во Францию была бы самым мудрым выбором для всех заинтересованных лиц. Но это решение мисс Хатауэй. - Он помолчал, его серые глаза помрачнели. - Я надеюсь, вы будете оказывать любое влияние, чтобы обязательно удостовериться, что все заинтересованные стороны осознали, какой это повышенный риск.
- Думаю, у всех нас есть достаточно правдоподобное понимание ситуации, - мягко заметил Кэм, маскируя жало сарказма.
Хэрроу с подозрением уставился на него и коротко кивнул.
- Тогда я предоставляю вас вашей дискуссии. - Он сделал едва различимое скептическое ударение на слове «дискуссия», как будто бы зная, что они находились на грани откровенной драки. Он покинул террасу, закрыв за собой стеклянную дверь.
- Ненавижу этого ублюдка, - под нос пробормотал Меррипен.
- У меня он тоже в любимчиках не ходит, - согласился Кэм. Он устало потер шею, пытаясь ослабить в мышцах щемящую боль. - Я собираюсь спуститься к цыганскому лагерю. И если не возражаешь, приму чашечку того дьявольского варева, что ты пьешь. Презираю это пойло, но мне требуется что-то, что поможет не заснуть.
- Забирай все, что осталось в чайнике, - пробормотал Меррипен. - Я проснулся больше, чем хотел бы.
Кэм кивнул и направился к французским дверям. Но на пороге он помедлил и, пригладив на затылке волосы, тихо произнес:
- Наихудший недостаток любви к кому-то, Меррипен, - это то, что всегда будут вещи, от которых ты не сможешь ее защитить. Вещи вне твоего контроля. В конце концов, ты поймешь, что есть нечто худшее, нежели смерь… и это - что-то, случающееся с ней. И всегда будешь жить с этим страхом. Но ты должен принять этот минус, если желаешь заполучить и выгодную часть.
Кев уныло посмотрел на него.
- И что это за достоинство?
Улыбка коснулась губ Кэма.
- Все остальное и есть достоинство, - ответил он и вошел в дом.
- Мне под страхом смерти запретили говорить о чем-либо, - было первой репликой Лео, когда он присоединился к Меррипену в одной из комнат в восточном крыле. В углу копошились два штукатура, измеряющие и делающие пометки на стенах, и еще один сооружал леса, которые будут помогать добираться до потолка.
- Хороший совет, - сказал Кев. - Ты должен ему следовать.
- Я никогда не принимаю советов, хороших или плохих. Иначе их поток никогда не иссякнет.
Несмотря на свои размышления, Кев почувствовал, как его губы растягиваются в невольной улыбке. Он жестом указал на близстоящее ведро, наполненное светло-серым вязким веществом.
- Почему бы тебе ни взять палку и ни размешать комочки вон там?
- Что это?
- Смесь известковой штукатурки и ворсистой глины.
- Ворсистая глина. Мило. - Но Лео послушно поднял оставленную палку и начал ковыряться в ведре со штукатуркой. - Женщины уехали с утра. - Заметил он. - Они отправились в Стоуни-Кросс-Мэнор навестить леди Уэстклифф. Беатрикс предупредила меня быть настороже с ее хорьком, который, кажется, потерялся. И мисс Маркс осталась здесь. - Задумчиво помолчал. - Странное маленькое существо, ты так не считаешь?
- Хорек или мисс Маркс? - Кев внимательно отрегулировал на стене деревянную планку и прибил ее.
- Маркс. Я бы подумал… Она мизандрист или ненавидит вообще всех?
- Что такое мизандрист?
- Мужененавистница.
- Она не ненавидит мужчин. Она всегда обходительна со мной и Роаном.
Лео выглядел искренне озадаченным.
- Тогда… она ненавидит только меня?
- Кажется так.
- Но у нее нет причин!
- А как же твои заносчивость и распущенность?
- Это часть моего аристократического шарма, - запротестовал Лео.
- Кажется, твой аристократический шарм пропадает втуне, когда дело касается мисс Маркс. - Кев выгнул бровь, увидев хмурый взгляд Лео. - А почему это должно иметь значение? У тебя ведь нет личного интереса к ней, да?
- Конечно, нет! - с негодованием отозвался Лео. - Я бы скорей забрался в постель с ручным ежиком Беа. Вообрази эти маленькие острые локти и колени. Все эти резкие углы. Мужчина может причинить себе непоправимый ущерб, спутавшись с Маркс… - Он начал мешать штукатурку с новыми силами, очевидно поглощенный мыслями о несметном числе опасностей разделения ложа с гувернанткой.
Уж слишком поглощенный, подумал Кев.
Что за стыд, размышлял Кэм, проходя по зеленому лугу, засунув руки в карманы, что быть частью связанной крепкими узами семьи означает невозможность насладиться своим собственным счастьем, когда у кого-то другого проблемы.
В это мгновение было множество вещей, в которых Кэм находил удовольствие… благословение солнечного света на по-весеннему грубоватом пейзаже, и все это пробуждение, гул, трепетание растений, пробивающихся сквозь влажную землю. Ветерком доносился многообещающий привкус дымка от цыганского бивачного костра. Возможно, сегодня он, в конце концов, сможет найти кого-нибудь из своего старого табора. В такой денек все казалось возможным.