Отданная Душа

Тод спрятал лицо в ладонях, явно разочарованный и потерявший терпение со всеми нашими вопросами.

— Возможно, но вы никогда не получите этот список в руки. И даже если бы получили, было бы слишком поздно. Казнь уже будет совершена.

— Ты серьезно считаешь, что Жнец может забрать жизнь невинных людей в обмен на душу которую он должен забрать в первую очередь? — Возмущение горячим потоком хлынуло по моим жилам. Если что в мире и должно было быть выше коррупции, так это Смерть. В конце концов, не смерть ли поддерживает баланс?

Или это просто расплата?

— Нет, ты права. — нерешительно кивнул мне Тод. — Теоретически, «казнь» в подобном случае не должна применяться. Но теория и реальность не всегда совпадают. Так что даже если вы заполучили бы список в свои руки, и даже если вы правы насчет... ошибки Жнеца, вероятно, что невинная душа уже будут принята. Или одна из ваших.

Я не могла не заметить, что он не оставил нас в категории «невинных».

— Так что мы в любом случае в проигрыше. — Раздраженно я вскинула руки в воздух и откинулась на стуле, закрыв глаза.

— Как это в любом случае? — спросил Тод, и я, открыв глаза, увидела, что он смотрели на меня с... это что, интерес? — Кого вы пытаетесь сохранить?

— Мы не знаем. Наверное, никого. — Нэш ткнул вилкой в последний кусочек пирога, размазывая шоколад, застывающий на бумажной тарелке. — В нашей области в последнее время погибло несколько девушек, и Кей... — Он остановился в последнюю секунду, чуть не проговорив мое имя. — Она, — он кивнул в мою сторону, — считает их смерть подозрительной.

— Она считает, да? — Улыбка растянула углы рта молодого Жнеца, и я практически могла слышать, как в его голове поворачиваются шестеренки. — Что подозрительно в этих смертях?

— Все были подростками. Все были очень красивы. Все погибли так же. У всех было хорошее здоровье. Каждый из них умер через день после смерти другого. — В то время, как говорила, я сгибала пальцы с каждым из вычисленных фактов, и когда все пальцы одной руки были согнуты, я показала ему руку. — Ты конечно можешь решать сам. Но в любом случае, тут слишком много совпадений. Не может быть, что все они должны были умереть, и мне все равно в сей список они входили.

Проблеск интереса в глазах Тода подсказал мне, что я завладела его вниманием.

— Ты думаешь, что они были убиты?

Я постукивала одной ногой по липкому полу, пытаясь разобраться в своих мыслях.

— Я не знаю. Может быть, но если это правда, то я не знаю как. Все, кроме первой девушки, умерли в присутствии свидетелей, которые не видели ничего подозрительного. С другой стороны, красивые девушки неожиданно умирают.

— Есть возможность, как этого добиться, конечно. — Тод привстал и пододвинул свой стул ближе к столу, затем вновь опустился на него. — Но даже если они были убиты, это ничего не меняет. Список жертв убийства пополняется каждый день. Мой список обновляется раз в два года, но старшие Жнецы получают их еженедельно.

Я чувствовала, что мои глаза расширяются, и в груди возникло тяжелое, напряженное чувство.

— Ты имеешь в виду тех людей, которые должны быть убиты? — На мгновение настоящий ужас затмил решимость, и внутри меня начал разрастаться страх. Как может убийства быть частью естественного порядка?

Тод покачал головой.

— Люди должны умирать, по разным причинам. В этом случае и из-за убийства.

Я повернулась к Нэшу, смигивая слезы горечи, обжигающие мои глаза.

— Так в чем же смысл всего этого? Если я не могу ничего изменить, почему я должна об этом знать?

Нэш взял меня за руку.

— У нее проблемы с тем, чтобы позволить им идти, — сказал он, и Тод кивнул, как будто все понял.

— Что вы знаете об этом? — отрезала я, не думая, что это ошибка Жнеца. Или, что я, вероятно, должна бояться его. — Вы берете жизнь за жизнь. — Как иронически это не звучало бы... — Смерть обычное явление для вас.

Нэш разбушевался, но в уголках его глаз прыгали довольные искорки.

— Да, и ты бы никогда не стала бы его спрашивать, особенно после того как с его первой было так много хлопот.

— Будь осторожен, Хадсон, — зарычал Тод, и яркие голубые глаза стали ледяными.

Новое выражение мелькнуло на лице Нэша — определенное сочетание удовольствия и озорства.

— Расскажи ей о маленькой девочке.

— У тебя были какие-то осложнения? Какие-то проблемы с тем... — он повернул голову в сторону Нэша — ...из-за чего ты не можешь держать рот на замке? Или ты просто еще один типов дураков?

— Какая девушка? — Я не обратила внимания на то, как взорвался Жнец, а на лице Баньши расцвела полуулыбка.

— Это поможет ей понять, — сказал Нэш, когда стало ясно, что Тод не собирается реагировать на мои слова.

— Понять, что? — потребовала я, переводя взгляд с одного на другого. И, наконец, Тод вздохнул, все еще глядя на Нэша.

— Он просто пытается сделать меня идиотом, — отрезал Жнец. — Но у меня есть история, которая заставит выглядеть его в еще худшем свете, так что в следующий раз, прежде чем раскрывать свой рот, имей это в виду, похититель душ.

Нэш пожал плечами, очевидно, не впечатлен угрозой, и Тод повернулся на стуле оборачиваясь лицом ко мне.

— Сначала я не слишком любил свою работу. Все это казалось бессмысленным и грустным, и просто неправильным. Однажды я отказался от задания и чуть не прикончил самого себя. Я предполагаю это то, что он хочет, чтобы ты слышала.

Краем глаза я видела, как Нэш кивнул, но мое внимание было обращено к Жнецу.

— Зачем тебе отказаться от задания?

Тод выдохнул в отчаянии. Или, может быть, в смущении.

— Я работал в доме престарелых, и эта маленькая девочка пришла со своими родителями, чтобы навестить бабушку. Она задыхалась от мятной конфеты, которую дала бабушкина соседка, и должна была умереть. Она была в списке, все официально. Но когда пришло время, я не смог этого сделать. Ей было только три. Поэтому, когда появилась медсестра, я позволил ей жить.

— И что произошло? — Мое сердце переживало за маленькую девочку, и за Тода, чьи обязанности противоречили каждой унции сострадания в моем теле. И, по-видимому, в его тоже.

— Мой босс ошалел, когда я вернулся без ее души. Вместо ее он взял ее бабушки, и когда освободилось место в больнице, он пропустил меня и отдал его кому-то еще. — Гнев затемненные глаза. — Я застрял в доме престарелых на еще почти три года, прежде чем он окончательно перевел меня сюда. И никто не знает, как долго я здесь останусь, прежде чем меня снова продвинут вверх.

— А ты не думаешь, что это того стоило? — не удержалась я и спросила. — Бабушка уже прожила свою жизнь, но девочка только начинала. Ты спас ей жизнь!

Жнец медленно покачал головой, светлые кудри мерцали в свете ламп.

— Это даже не было обменом. С того момента, когда она должна была умереть, девочка не жила спокойно. Это было время ее бабушки. Когда делается обмен, то, в действительности происходит обмен даты смерти одного человека с другим. Эта маленькая девочка умерла через полгода, в день смерти ее бабушки, который был первоначально запланирован.

Я не могла остановить слезы.

— Как я смогу это выдержать? — Я сердито вытерла глаза салфеткой, которую вручил мне Нэш, хорошо, что я не накладывала много туши.

Тод посмотрел на Нэша, выражение его лица смягчилось, когда он новь повернулся ко мне.

— Теперь, когда я привык к этому, стало легче. Со временем, мне пришлось научиться доверять списку. Список похож на сценарий плей-он шоу, где указано каждое слово каждого актера, и показ продолжается так долго, пока никто не отклоняется от сценария.

— Но это происходит, не так ли? — Я скрутила салфетку в плотный шар. — Даже если список является непогрешимым, люди же не таковы. Жнец может отклониться от списка, как это сделал ты с маленькой девочкой, не так ли?

Нэш заерзал на сиденье, обращая наше внимание на себя, прежде чем Тод смог ответить.

— Ты думаешь, что эти девушки погибли на месте людей, которые на самом деле были в этом списке? Что они были заменой?