Страница 29 из 58
— Тогда они заставят вас носить костюм и галстук, — сказала я, в восторге от создавшегося мысленного образа.
Угол рта Нэша дернулся.
— Что это за друг? — Тод мотнул головой в мою сторону, но его внимание — и раздражение — по-прежнему были направлены на Нэша.
— Мы должны знать об уровне обмена, — заявил резко Нэш, прежде чем я смогла представиться.
Брови Тода низко опустились над голубыми глазами, создавая тень, и в свете флуоресцентных ламп над головой я заметила бледную бородку на конце его сильного, квадратного подбородка.
— Разве я похож вам на информационную стойку?
— Ты выглядишь... скучающим. — Озорной взгляд осветил лицо Нэша в то время как хмурость Тода углубилась, и я подумала, что же я пропустила. — Больница не предоставляет достаточно деятельности? Эй, я слышал, что открылись Колониальная усадьба. Тебе тут нравится, не так ли?
— Дом для престарелых? — Спросила я, но ни один из них даже не посмотрел на меня, они были слишком заняты, глядя друг на друга. — Почему дом для престарелых должен нанимать кого-то, чтобы убивать своих пациентов? Если на то пошло, то почему больница?
Нэш усмехнулся и пробежал одной рукой по волосам полным грязных коричневых шипов, но глаза Тода пересеклись с моими, и его челюсть напряглась.
— Есть ли у нее кнопка выключения звука?
— Он не работает на больницу, — заявил Нэш, игнорируя, надеюсь, риторический вопрос Жнеца. — Он работает в больнице. И в этом случае, он застрял здесь, на ближайшее столетие, по крайней мере. Правда, Тод?
Жнец не ответил, но я слышала, как он скрежетал зубами.
— Ты знаешь, если ты и дальне будешь продолжать разливать свой гнев, через сто лет ты не окажешься где-нибудь в другом месте, и тем более, по-прежнему будешь работать полный рабочий день. — Подождите, мне необходим агент смерти? Наверное, это не лучшая идея, Кейли...
— Жнецы не стареют, — набросился Тод на меня, в то же время глядя на Нэша. — Это одна из дополнительных льгот.
— Как и мы, не так ли? — Я взглянула на Нэша как раз вовремя, чтобы увидеть, как он вздрогнул, и поняла, что сказала что-то неправильно. И когда я снова посмотрела на Тода, я увидела, что он смотрит на меня с удивлением, озорная улыбка осветила его ангельские черты лица, как свет сверху.
— Где ты ее нашел?
— Мы взрослеем, — сказал Нэш, но последнее слово было обрезано, словно он чуть не сказал мое имя, а затем вспомнил об этом в последнюю минуту. И тогда я поняла: он не хотел, чтобы Тод знал кто я.
Я была не против. Сама идея о том, что смерть знает мое имя, вызывала дрожь по коже. Даже если эта Смерть была лишь одним из многих, и слишком красив, чтобы смотреть на него.
— Мы просто очень медленно взрослеем, — продолжал Нэш.
К тому времени я была ярко красной, я выставила себя полной дурой. Какой идиот не знает жизни своего собственного вида?
Нэш протянул ноги к моим лодыжкам под столом, потирая ногу в симпатии и утешении. Я стрельнула ему благодарной улыбкой, и смело встретилась с глазами Тода. Лучший способ добиться победы в поле боя, это повалить противника.
— Почему ты застрял здесь? — спросила я, надеясь, что правильно оценила, что это его больное место.
— Потому что он новичок. — Ухмыльнулся Нэш. — И тут не так много возможностей для продвижения в работе, где сотрудники никогда не умирают.
— Ты новичок? — Я снова посмотрела на Тода, и вновь его челюсть напряглась в раздражении. — Сколько тебе лет? — Я предполагала, на основе комментария «нестареющий», что он намного старше, чем выглядит.
— Ему семнадцать, — ответил Нэш, ухмылка все еще играла на его лице.
— Мне было семнадцать, когда я начал эту работу, — отрезал Жнец. — Но это было два года назад.
— Ты делаешь это в течение двух лет, и ты все еще новичок?
Тод выглядел оскорбленным, и я не был уверена, что мне делать, смеяться или извиниться.
— Да, ладно, моего вербовщика не очень волновало рассказать всю правду. И твой дружок здесь прав о текучести рабочей силы — ее не существует. Жнец в этом районе продвигается раз в двести лет. Если бы мы не потеряли одного в прошлом году, я до сих пор сидел бы в комнате с телевизором в Колониальной усадьбе, ожидая пока старики опрокинутся в свою овсянку.
— Подожди, как ты потерял серп? — Я не могла не спросить. — Сумасшедшая авария? — Но никого не забавляли мои шутки.
— Чем меньше ты знаешь о бизнесе Жнецов, тем лучше, — прошептал Нэш, а Тод высокомерно кивнул.
Ох. Я скрестила обе руки, словно защищаясь, и откинулась на стуле.
— Жаль. Так... старики опрокинутся в свою овсянку...?
Тод пожал плечами.
— Да. Но, по крайней мере, здесь я получаю случайных жертв огнестрельных или неожиданных болезней. Жизнь полна сюрпризов, не так ли?
— Я думаю да. — Но сюрпризы потеряли для меня свою новизну после открытия, что я не человек. За исключением, что у меня роковое предчувствие. Я хотела бы быть застигнутой смертью врасплох, как нормальные люди.
Ну, не своей собственной смертью, конечно.
— Говоря о сюрпризах... — Вертя крышку своей кока-колы, я посмотрела на Нэша, ожидая сигнала, и он кивнул, говоря мне продолжать. Я не думала, что Тод будет готов говорить со мной, а не с ним. — Нам нужна твоя помощь чтобы избежать кое-чего очень неприятного.
Тод сделал вид, что смотрит на запястье, на котором явно отсутствовали часы.
— Вы двое уже и так впустую потратили мой перерыв. У меня через десять минут аневризм на четвертом этаже, и я не могу опаздывать. Я ненавижу тех, которые задерживаются.
— Это не займет много времени. — Я удержала его своим взглядом, не желая нарушить контакт, я видела, что он колеблется. — Пожалуйста.
Жнец вздохнул, проведя одной рукой по коротким завиткам.
— У вас пять минут.
Я тихо с облегчением вздохнула. Пока реальность ситуации не затонула.
Я что, только что просто попросила аудиенции у Смерти?
ГЛАВА 11
— Речь идет об уровне обмена? — спросил Жнец, вывода меня из оцепенения, поскольку шок от событий последних нескольких часов, наконец, достиг меня.
Когда я не ответила, Нэш кивнул.
Жнец пожал плечами и откинулся на спинку стула.
— Вы знаете об этом столько же, сколько и я. Жизнь за жизнь.
Нэш, подняв брови, взглянул на меня, спрашивая в порядке ли я. Я кивнула и сосредоточилась, он наклонился вперед, скрестив руки на столе.
— Но это наказание за спасение кого-то, кто в вашем списке, не так ли? Тот, кто, как предполагается, должен умереть.
— Вы никого не «спасаете». — нахмурился Тод — мы, очевидно, не нашли его горячую кнопку. — Вы крадете души, уход которых неизбежен. И переворачиваете весь мой график. И выводите моего босса из терпения, зля его. И вы даже не желаете знать о бумажной волоките, которая возникает даже при простом, равном обмене.
— Я не... — начал было Нэш, но Тод оборвал его.
— Но это незаконно. Таким образом, для этого существует наказание.
Я вернула крышку обратно на бутылку и толкнула ее к середине стола.
— Но разве наказание применяется, если мы сохраняем жизнь тому, кто не должен был умереть?
Лоб Тода в растерянности сморщился, его лица вдруг больше не выражало никаких чувств, только холодное понимание сияло в глазах.
— Черт, этого не происходило здесь...
— Брось, Тод. — Глаза Нэша пристально смотрели на него, старая боль отражалась в его хмурости. — Ты должен мне правду.
Но Тод продолжал, как если бы его не прерывали:
— ...но даже если и случилось, вы никогда этого не узнаете, потому что ни один Жнец не признается, что он случайно забрал не ту душу.
— Мы не говорим о несчастном случае. — Я посмотрела с сторону распахнувшейся двери, в которую вошла женщина с тремя детьми, впервые после того как Тод к нам присоединился вспомнив, что мы обсуждаем очень странные вещи в общественном месте.
— Как насчет списка? Разве он не доказывает, что кто-то не должен был умереть? — в связи с нашей новой компанией Нэш перешел на шепот.