Страница 10 из 28
— Да зря ты так переживаешь, — заметила она. — Принц и раньше вовсе не собирался жениться ни на одной из этих твоих "реальных невест", и ссорился на этой почве с родителями. Так что тут ты ничего не изменила. А гонцам полезно размять ноги. Бег продливает жизнь. И вообще, прислушайся к моим словам. Совесть — дама чрезвычайно капризная и стервозная; к тому же она начисто лишена здравого смысла. Она никогда не навещает тех, кто нуждается в ней больше всего, и вместо этого день и ночь досаждает людям, которые и без неё неплохо понимают, как им следует поступать. Так что учись держать её в узде. Ничего такого страшного с принцем не сделается.
— А со мной? — тихо спросила я, медленно водя рукой по шершавой поверхности стола. — А впрочем, со мной тоже ничего не случится. И всё-таки мне бы хотелось ещё хоть раз увидеть себя в том, бальном платье, чтобы понять… В общем просто увидеть.
— Ну, как раз этому горю нетрудно помочь, — к моему удивлению заявила фея. — Вот.
Она разжала кулачок, и у неё на ладони заблестело маленькое медное колечко.
— Возьми.
Кольцо было гладкое, без камня; вместо этого с одной стороны на нём была изображена тонкая извивающаяся змейка.
— Надень его, — сказала фея. — Если повернёшь змейкой внутрь, снова окажешься в том своём платье. Только потерянную туфельку, уж извини, я тебе возвратить не смогу.
Надев кольцо на указательный палец, я долгое время смотрела на него, отчего-то не решаясь прикоснуться. Потом стала медленно поворачивать, до тех пор, пока змейка совсем не скрылась из виду. Я даже не почувствовала головокружения. Так, лёгкий толчок — и на мне снова было роскошное белоснежное платье, кружевное и пышное, совершенно не сочетавшееся с окружающей обстановкой. Я потянулась к старому, давно потрескавшемуся зеркальцу, которое в последнее время почему-то всегда носила в одном из глубоких карманов — не иначе, признак мазохизма. Вовремя отдёрнула руку, сообразив, что карман и всё его содержимое улетучилось вместе со старым платьем. Фея молча протянула мне зеркальце на длинной ручке — то же, что и в прошлый раз.
Всё было точно таким же, как прошлой ночью — не только платье, но и макияж, причёска и украшения. Лишь на ногах по-прежнему оставались простые поношенные башмаки; единственная сохранившаяся туфелька была припрятана в надёжном месте, тщательно завёрнутая в старые тряпки.
— Неужели я настолько непохожа на себя, что меня невозможно даже узнать? — задумчиво спросила я, разглядывая зеркальное отражение.
— Это смотря как смотреть, — пожала плечами фея. — Но надо признать, что вы, люди, смотрите обычно очень странно.
— Этот наряд будет появляться всякий раз, как я поверну кольцо?
— Да. Повернёшь обратно — и на тебе снова окажется твоё прежнее платье.
— Но я думала, тебе удалось сотворить всё это только один раз, да и то всего на несколько часов?
— Ну… Я успела кое-чему научиться. Я быстро учусь. Такими темпами не пройдёт и ста лет, как я стану вполне опытной феей.
Я так и не поняла, шутит она или говорит серьёзно. Спрашивать об этом открытым текстом, ясное дело, не имело смысла. Повернув кольцо змейкой наружу, я вновь обнаружила на себе более привычную одежду. Даже проверила содержимое карманов — так, на всякий случай. Фея не обиделась. Она исчезла, ровно за секунду до того, как в дверном проёме показалась голова запыхавшегося Пончика…
Прошло два дня. Я сидела на табурете спиной к двери, рассеянно глядя на солнечный луч, который проник на кухню через распахнутое окно, широкой лентой разлёгся на столе, а затем небрежно соскочил на пол. Накануне я ходила ночевать домой, и теперь мне было необходимо восстановить душевное равновесие. До следующего раза.
— О чём задумалась, красавица?
Должно быть, я и правда слишком глубоко погрузилась в свои мысли, поскольку голос Портняжки застал меня врасплох. Я резко обернулась, но быстро взяла себя в руки и принялась оглядываться по сторонам, не забыв заглянуть и под стол.
— Что это ты там ищешь? — поинтересовался Портняжка.
— Пытаюсь понять, с кем ты разговариваешь. Что-то не припомню, чтобы ты когда-нибудь так меня называл.
— Ну, правду сказать ведь никогда не поздно.
— Ты просто так или по делу?
— Просто так. Не видел тебя с самого бала, вот, зашёл на тебя поглядеть.
— Ох, недоговариваешь! Небось зашёл заодно посмотреть, не перепадёт ли тебе чего-нибудь вкусненького. Думаешь, не вижу, какие алчные взгляды ты бросаешь на мои пончики.
— Ну что тебе, жалко одного пончика для лучшего друга?
— Жалко, конечно, но что с тобой сделаешь — лови!
Я бросила ему ещё тёплый пончик. Он, разумеется, поймал. Пончик исчез столь же стремительно, как появлялись и исчезали предметы в руках у феи. Только на сей раз обошлось безо всякого волшебства.
— Вкусно! — воскликнул он и совершенно последовательно добавил: — Ещё хочу!
— Вот ещё! А на королевский стол что пойдёт?
— А ты ещё приготовишь! — С этими словами он подскочил к блюду и нагло схватил ещё один пончик. И поспешно его надкусил, пока я не отобрала.
Отбирать я и не стала. Вместо этого схватила с полки вожделенную скалку и побежала за ним, намеренная если не возвратить пончики, то уж во всяком случае восстановить справедливость. С мальчишками разобраться так и не получилось; не принца же было колотить, в самом деле! А тут такая возможность выпустить пар. Портняжка удирал довольно резво, не забывая при этом тщательно прожёвывать пончик и умудрившись ничего не свалить на пол и не разбить. Впрочем, как и всегда.
Подгоняемая жаждой крови, я чуть не врезалась в Стрелу, вошедшую на кухню как всегда стремительно. Мы с Портняжкой остановились, мгновенно приняв вид нашкодивших детей. Стрела оценивающе оглядывала нас, слегка нахмурившись.
— Это тебе удалось так её расшевелить? — поинтересовалась она у Портняжки. — Молодец, а то последние пару дней она всё больше смахивает на статую.
— Ну, ты же знаешь, Стрела, уж если я за что-то берусь, мне это всегда удаётся, — скромно ответил он. — А впрочем, если она похожа на статую, поставьте её в саду, — предложил юноша.
Видно, при упоминании сада по моему лицу уж очень заметно пробежала тень, потому что Стрела посмотрела на меня более чем подозрительно.
— Что-то с ней не то в последнее время, — заметила она, вроде бы обращаясь к Портняжке, но при этом пристально глядя мне в глаза. — Бледная вся какая-то, голова, по всему видать, витает в облаках. Заболела, что ли?
— Вы сами же её небось тут уморили, — заступился Портняжка, потрепав меня по плечу.
— Да ладно, на мне пахать можно, — потупившись, призналась я.
— На тебе пахать грешно, — отозвался он.
Если это было сказано в расчёте на третий пончик, он жестоко просчитался. Зато я в качестве компенсации по-сестрински взъерошила его волосы. Портняжка собрался было ответить мне тем же, но его рука замерла на полпути.
— Скажи-ка, Золушка, — спросил он, склонив голову на бок, — а почему ты не заплетаешь косички?
— А это ещё зачем? — подозрительно спросила я.
— Ну как же, тогда я мог бы тебя за них дёргать! А так совсем неинтересно. — Он демонстративно подёргал меня за волосы, показывая, насколько это скучно.
— Вот потому и не заплетаю, — отрезала я, поспешно уворачиваясь. — Не хочу облысеть до старости.
— Видишь, Стрела, как она меня не ценит? — пожаловался он. — Даже за волосы не позволяет подёргать. Ладно, коли так, пойду работать. Дел, как всегда, хватает.
— Будет время ближе к вечеру — заходи, — сказала я, приближаясь к нему с некоторой опаской. — Так и быть, угощу тебя пирогом.
— Зайду, — мгновенно пообещал Портняжка. Судя по тону, сомневаться в его искренности не приходилось.
Я чмокнула его в щёку и спустя секунду услышала, как он почти побежал по коридору. Видать, дел и правда было немало.
— Хороший парень, — заметила Стрела, раскладывая на столе зелень. — Неглупый, с руками, с головой, всегда при деле, с юмором, опять же. Хороший жених.