Страница 40 из 69
– Обитель Повелительницы находится дальш-ше и выш-ше. Надеюс-сь, у вас-с вс-сё в порядке с-с акробатикой и навыками альпинизма?
– О чём это ты? – удивлённо обратилась я к нему, рассматривая почти полностью лишённые веток, гладкие стволы. – Как здесь можно прыгать?! На деревьях же совсем нет веток!
– А вам так они нужны? – искренне поразился он.
– Разумеется! – мрачно кивнула я. – Или ты хочешь сказать, что можешь обойтись без них?
Эсприт неопределённо пожал плечами и молча прыгнул на дерево. Я на секунду зажмурилась: мне показалось, что он сейчас сорвётся вниз. Но когда затихающего вопля не прозвучало ни через одну, ни через две или три секунды, я рискнула приоткрыть один глаз. И замерла, выпучив глаза от удивления.
Шелескена, казалось, не стесняли никакие законы физики. Он легко перепрыгивал с одного дерева на другое, отталкивался лапами и перепрыгивал на следующее... Выше, ниже, ровно...
Когда он спрыгнул рядом со мной, я сокрушённо покачала головой и подняла руки в знак своей капитуляции. Так я не смогу никогда...
Змей нахмурился.
– Плохо... Я имел в виду, что ожидал от вас-с... э-э... больш-ших с-спос-собнос-стей.
– Ну что поделать, – фыркнула я, – если меня учили прыгать с ветки на ветку, а не со ствола на ствол. – Несмотря на его мягкий тон я не смогла удержаться от обиды.
– Ладно. – Вздохнул он. – Не хотел я... впрочем, не важно. Вс-сё равно вы должны знать, рано или поздно.
Он извлёк из-под балахона костяной свисток и тонко засвистел. Через несколько секунд меж деревьев заметалась тень и, приветственно заклекотав, тяжело опустилась позади нас, неуклюже сложив перепончатые крылья. Разглядев, что это, я не удержалась от изумлённого вздоха.
На зов Эсприта явился настоящий ящер юрского периода – птеродактиль. Или птеранодон?..
Нет, всё-таки рамфоринх. Этакая ящерица с длинной мордой, полной зазубренных зубов, длинным извивающимся хвостом с ромбовидной плюшкой на его конце и перепонками a la крылья, растянутыми между коленями и длинными мизинцами передних лап. В длину он был метра под два и с размахом крыльев метров в пять.
Шелескен погладил зверюшку по клюву-морде и уверенно вскочил ему на спину.
– С-сиурбланка, прош-шу на борт! И держитес-сь за меня покрепче. – Проговорил он, привязывая специальными ремнями свой пояс и ноги к некоему подобию седла.
Сперва я несколько заробела, уж очень жутким был оскал ящера. Тогда мне ещё пришло в голову, что в книгах он был симпатичней...
– С-сиурбланка? Трес-са не любит долгих ожиданий, а мы и так с-сильно задерживаемс-ся.
Я осторожно, стараясь не привлекать внимания крылатого коня, проскользнула мимо страшной морды и уселась за Эспритом, крепко обхватив того за пояс.
– Держитес-сь! – вновь повторил он и прищёлкнул поводьями.
Рамфоринх расправил крылья, подпрыгнул и тяжело сорвался в полёт.
Сам полёт, наверное, по меркам Шелескенов, проходил отлично. Но я уже на первой минуте стала лихорадочно прощаться с жизнью.
Крылатый ящер выделывал умопомрачительные трюки, облетая деревья и просачиваясь между ними. Если промежуток был слишком маленьким, он наклонялся чуть ли не перпендикулярно земле. Скорость, несмотря на это, была довольно приличная, и окружающий меня лес слился в одно пёстрое полотно. Мя-а-у-ми-ра-а-ю...
Меня сильно болтало, так что не раз я едва удерживалась от того, чтобы заорать: «Спасите, падаю!» А удерживалась я от этого порыва по достаточно простой причине – мне было дурно...
Очень нескоро – для меня, по крайней мере, древний ящер, наконец, приземлился на широченной платформе, расположенной аж между четырьмя деревьями, перед жильем Повелительницы. Я кое-как сползла с него, и, пошатываясь и абсолютно игнорируя удивлённое Эспритово: «Ты куда?» – направилась к краю площадки. Где меня и вывернуло наружу. Ох-х, теперь понимаю тех, у кого морская болезнь...
– С-сиурбланка, что с вами?! – скоро из-за его акцента я сама шипеть начну...
Я подняла на него мутный взгляд. Как я вижу, ты ну оч-чень умный пионер...
– Хреново мне, разве не видно... – хрипло выдавила я, поднимаясь на ноги. – Чтоб я ещё раз...
– А! – его лицо просветлело. – Так вы ещ-щё не разу не путеш-шес-ствовали на родроне! Тогда понятно... Вот, попейте. Вам полегчает.
Я кивнула, принимая из его рук флягу. После первого же глотка меня передёрнуло – очень похоже на водку с ананасом, если такое вообще возможно... Я алкоголь вообще недолюбливала ни в каком виде, и это варево не стало исключением. Но, что интересно, мне действительно стало лучше. Я с благодарностью вернула флягу и поинтересовалась, идём ли мы дальше.
– Да. – Кивнул змей. – Прос-следуйте за мной.
В не очень большом, по сравнению с Главным залом Дорганака, помещении меня встретили Тресса и её мать. Я сообразила, вслед за Шелескеном, поклониться, и он удалился, и мы остались втроём.
Перво-наперво я внимательно оглядела место, где я нахожусь, и саму Повелительницу. Зал был достаточно красив по местным меркам, хотя и не мог сравниться с Дорганаком. Отличительной его особенностью, пожалуй, была лишь богато разросшаяся по стенам зелень, превращающая их в одно шелестящее зелёное полотно, и пара декоративных фонтанчиков по углам.
А вот Церески, восседающая на малахитовом троне, выглядела гораздо интересней своего помещения. Во-первых, её шкура была абсолютно чёрной. Блестящая, она сверкала в свете нескольких искусственных фонарей вдоль зала. От углов глаз и вокруг головы у неё шёл ряд длинных выростов, спадающих на плечи, как волосы, но между которыми росли перепонки. Такая, своего рода, вуаль. Одета...
Нет, слово «одета» не подходило такой Повелительнице. Церески была облачена в белоснежное платье, большими искусно выделанными брошами закрепляющееся на плечах. Вдоль подола шли изящные узоры, вышитые золотой нитью. Пальцы с длинными когтями были унизаны перстнями, а на шее покоилось шикарнейшее золотое ожерелье. Ко всей этой искусственной красоте прилагалась красота настоящая – завидные формы и изумрудные глаза, глядящие мудро и проницательно. Почему-то глядя на неё, мне пришло в голову, что она-то стала бы неплохим правителем всего Силмирала...
Тресса пока молчала, стоя по левую руку от матери.
– Так ты Нейра, новая Сиурбланка? – глубоким, бархатным голосом спросила она.
– Да, меня так называют.
– Тресса сказала, что ты пришла сюда просить о помощи?
– Да, это так. – Я кивнула. – Мы, я и... мой друг ищем способы прекратить войну между Кародроссами и Мрадраззами. И вы... вы же когда-то уже делали это, не так ли?
– Это так. – Она нахмурилась. – Но знаешь ли ты, почему мы вынуждены были уйти?
Я пожала плечами.
– Лишь в общих чертах.
– Вы, Наследие Зверя и Одарённые Птицей объединились против нас. Да, я должна признать – к тому времени Шелескены несколько зазнались, но всё же... Ты говоришь, что мы можем вновь заключить мир между народами? И как ты себе это представляешь?
– Ну... – я замялась. Минуту молчала и потом вынуждена была признаться. – Я не знаю.
Церески грустно улыбнулась.
– Вот именно. Наверняка возникли бы проблемы при выборе замка, который мы должны были бы атаковать. И кроме того... я не хочу терять людей. Нас и так слишком мало. И ещё неизвестно, одержим ли мы верх...
Я молчала. Да, она права в чём-то... во всём, если быть честной... Но я не хочу признавать, что мы зря проделали такой путь! Что война продолжится и будут умирать новые и новые... Может, друзья Дара – если они у него были – , может, мои...
Короткий получился разговор. Вот что значит – деловой.
Я не знала, что делать. Поэтому, чтобы получить чуточку времени на размышления, спросила:
– Скажите, а что значит это прозвище – Сиурбланка?
Лицо Повелительницы смягчилось.
– Если ты не против, я расскажу всё с самого начала. Пока можешь сесть.
Я не пренебрегла её предложением, и, так как иных предметов мебели, кроме её трона, поблизости заметно не было, уселась прямо на пол.