Страница 48 из 94
– Совершенно верно, друг Джонатан.
– Тогда я предлагаю пойти туда сегодня же ночью и стерилизовать все ящики, которые мы сможем найти. Если наткнемся на чудовище, быть по сему. Сразимся с ним!
– Правильно, – откликнулись все мужчины, кроме профессора.
После паузы доктор Ван Хельсинг нахмурился и ответил:
– Я должен покориться большинству, но при одном условии. Мы оставим мадам Мину дома. Она слишком драгоценна, чтобы подвергать ее риску, а нам предстоит встретиться с серьезной опасностью.
Я запротестовала против такого рыцарского жеста, настаивая, что должна пойти, поскольку сила в количестве, но профессор был непреклонен. Все мужчины согласились с ним и испытали заметное облегчение.
– Ты должна остаться сегодня дома, Мина, – уговаривал Джонатан, сжимая мою руку. – Мы сможем действовать свободнее, зная, что ты в безопасности.
Компания несколько часов обсуждала методы атаки и собирала необходимые для набега предметы: инструменты, оружие, отмычки, кресты, небольшие склянки святой воды и освященные лепешки. Я очень переживала, но не хотела мешать их работе из опасения, что меня больше не пригласят на совещания, поэтому сохраняла видимость спокойствия и старалась вносить побольше полезных предложений.
В три часа ночи, когда мужчины уже собирались выйти из дома, доктору Сьюарду принесли срочную записку от мистера Ренфилда, который требовал немедленной встречи.
– Скажите пациенту, что я загляну к нему утром, – велел доктор Сьюард смотрителю.
Тот заметил, что никогда не видел мистера Ренфилда таким возбужденным, и добавил:
– Мое дело маленькое, сэр, но как бы с больным не приключился очередной припадок, если вы не поговорите с ним прямо сейчас.
Доктор Сьюард неохотно согласился. Заинтригованные мужчины последовали за ним, но мне велели оставаться на месте.
Я ждала в кабинете доктора Сьюарда, расхаживая взад и вперед от волнения. Из коридора доносились обрывки разговора и, кажется, длинной страстной речи мистера Ренфилда. Затем он завизжал и разразился потоком эмоций. Наверное, доктор распахнул дверь палаты, потому что я услышала крик умалишенного:
– Послушайте меня! Послушайте! Выпустите меня! Выпустите! Выпустите!
Через несколько минут мужчины возвратились.
– В чем было дело? – спросила я.
– Он хотел, чтобы мы его выпустили, – ответил доктор Сьюард, изумленно качая головой. – Позволили ему немедленно уйти.
– В три часа ночи? – поразилась я. – Но зачем?
– Он не ответил, – сообщил лорд Годалминг. – Только уверял, что должен уйти, не то погибнет. Похоже, больной чегото боялся.
– Не считая последней истерической вспышки, он самый здравомыслящий сумасшедший, какого я видел, – заметил мистер Моррис – Я не уверен, но, похоже, у него была веская причина.
– Я согласился бы с вами, если бы не помнил, как он с равным пылом просил о кошке, которую, несомненно, сожрал бы на месте, – возразил доктор Сьюард. – Эта перемена интеллектуальной методы – всего лишь очередная форма или стадия безумия. Я ни за что на свете не отпущу его на волю в сельской местности ни в этот час и ни в какой другой.
– Кстати, бедняга зовет графа господином и повелителем, – указал Джонатан. – Возможно, он хочет выбраться, чтобы помочь ему неким сатанинским способом.
– Если этому ужасному существу служат крысы и волки, полагаю, оно вполне способно призвать на помощь и безумца, проживающего по соседству. – Доктор Сьюард глубоко вздохнул. – Идемте. Нам предстоит потрудиться.
После того как мужчины ушли, я надела ночную рубашку, расчесала длинные светлые волосы и легла в кровать, чуть прикрутив огонек газовой лампы, так как не хотела, чтобы Джонатан вошел в темную комнату.
Я не могла уснуть. Да и какая женщина сумела бы это сделать, зная, что ее муж и множество отважных душ отправились навстречу опасности? Я лежала в кровати, обдумывая все, что случилось до сих пор, и участь бедняжки Люси. Ах! Если бы только я не приехала в Уитби и не полюбила то кладбище, возможно, Люси не стала бы ходить во сне и чудовище не смогло бы ее уничтожить. Я оплакала свою дорогую усопшую подругу, а после упрекнула себя за слезы. Если Джонатан узнает, что я рыдала, у него заболит сердце.
Внезапно я услышала собачий лай, а после – странный шум этажом ниже, со стороны комнаты мистера Ренфилда, напоминающий бурные мольбы. Затем повисла зловещая тишина. Я встала, подошла к высоким створчатым окнам и взглянула вниз поверх узкого балкончика. Все было погружено во тьму. Казалось, ничто не шевелится.
Затем среди черных теней, отброшенных лунным светом, я заметила тоненькую струйку белого тумана, которая потихоньку кралась по траве к дому. Туман напоминал живое, чувствующее существо. Он растекался и двигался вперед, пока не лег плотной белой пеленой у стены дома и не окутал окно, которое, повидимому, принадлежало мистеру Ренфилду. Вскоре марево медленно истаяло, растворилось в ночном воздухе.
Приглушенные крики пациента стали еще громче. Хотя я не могла разобрать ни слова, по его тону было ясно, что он страстно молит о чемто. Затем раздались звуки борьбы. Внезапно я испугалась, хотя сама не знала, чего именно. Смотрители вотвот утихомирят мистера Ренфилда. Он не может представлять для меня ни малейшей угрозы.
Удостоверившись, что окно закрыто, а дверь надежно заперта, я забралась обратно в кровать и накрылась с головой. Несколько долгих минут я дрожала в темноте, не понимая, почему так охвачена страхом, и жалея, что никто из мужчин не остался, чтобы скрасить мое одиночество. Несмотря на покрывала, мне скоро показалось, что воздух в комнате как будто сгустился, стал сырым и холодным.
Я сбросила одеяло и села. К моему изумлению, комнату заполнял белый туман, который просачивался в щели между дверью и косяком. Мое сердце колотилось от ужаса и смятения, пока марево становилось все плотнее и наконец сгустилось в центре комнаты облачной колонной. Что это? Что происходит? Внезапно меня охватил ужас. Ведь Джонатан наблюдал то же самое, когда мерзкие вампирши в замке Дракулы возникали из тумана, клубящегося в лунном свете.
Затем перед моим испуганным взором призрачная колонна приобрела очертания блестящего молодого мужчины – мистера Вагнера.
Я хотела закричать, но не смогла. Руки и ноги налились свинцом, я была не в силах пошевелиться.
Я потеряла сознание? Вижу сон? Разве мог мистер Вагнер внезапно соткаться передо мной из тумана?
– Пожалуйста, не надо бояться, – тихо попросил он.
Я была так ошеломлена, что с трудом могла думать. Одно дело слушать рассказ о том, как живое существо возникает из тумана или лунного света, и совсем другое – наблюдать феномен своими глазами. Я поистине окаменела и усомнилась в собственном рассудке!
Внезапно у меня в голове завертелась мешанина образов и воспоминаний. Как я встретила мистера Вагнера в тот самый день, когда «Деметра» прибыла в Уитби. Скорость, с какой он спас мою беглую шляпку. То, что он никогда не ел и не пил в моем присутствии, не отражался в речной воде. Магнетическая сила воздействия на незнакомцев. Холод прикосновения его пальцев к моей коже. Пламя, тлеющее в его взоре, когда он смотрел на мое горло, прежде чем оттолкнуть меня. Способность превосходно различать номера домов в темноте. Странное чувство, будто за мной наблюдают из соседнего дома, и его внезапное появление вскоре после этого в поезде.
– Нет! – ахнула я, глядя на него. – Этого не может быть! Вы не он!
– Мина, простите, что узнали об этом подобным образом. Я собирался рассказать вам совсем иначе. Однако… – Он печально засмеялся и с горечью продолжил: – Я только что узнал, что вы и ваш муж замышляете убить меня на том ошибочном основании, будто я хочу причинить вам вред.
ГЛАВА 13
Я вскочила с кровати, в ужасе и смятении метнулась к дальней стене. Неужели это возможно? Мой возлюбленный – тот самый монстр, которого я презираю… и то самое чудовище, которое мы поклялись уничтожить? Все, что произошло до сих пор, пережитое мною и так называемым мистером Вагнером – всего лишь часть гнусного непостижимого плана? Он пришел, чтобы убить меня?