Страница 62 из 128
«Ну и что мне теперь с этим всем делать? Ладно, если Эстрелла и Ян подпишут мне смертный приговор — стерпим, не впервой. А если глупостей натворят?»
Императрица подозвала к себе Тирнел, придворную поэтессу и певицу.
— Что изволит Ваше Величество?
— Милочка, вы не забыли еще высокую речь Перворожденных?
— Как можно, сударыня! Баллады эльфов в последнее время пользуются просто невероятной популярностью.
— Сделайте одолжение, подойдите к Рамоне, и невзначай спросите что-нибудь.
Тирнел проглотила свои сомнения и, проходя мимо принцесс, которые, пыхтя, возились друг с дружкой, погладила их по головкам и спросила:
— Ramona, herenya?
— Aqua ve surе, — отмахнулась Рамона и шепотом завопила, — Алиска! Щас как дам! Думаешь, если ты старше, так задаваться можно?
Малость обалдевшая Тирнел сообщила результат матери, и, получив приказ обо всем забыть, быстренько смоталась. И никто не видел, как Императрица впилась себе ногтями в ладонь прямо сквозь белоснежный батистовый платочек.
Айне кое-как набросила на себя халат после принятия ванны. Хотя время завтрака давно прошло, есть не хотелось. Почувствовав босыми ногами сквозняк, пошла и обнаружила на балконе ярла, который спал, скорчившись в кресле. Погладила по волосам, и отдернула руку, как от ожога.
«Ох, да что ж тебе снится такое? Сейчас вмешаемся…»
Ласково, еле касаясь, прошлась губами по щеке, добралась до уха. Дыхнула теплым ветерком весны, чуть лизнула язычком мочку. Valle задышал сильнее, чуть порозовел. Девушка уловила перемену в его снах.
«Ага, это уже гораздо лучше. Ну-ка, а как тебе это?… Ой, нет, хватит. А то я за себя не отвечаю».
Айне медленно, бережно подняла спящего ярла Знаком и потихоньку перенесла в холл на диван. Мама тоже выпорхнула из спальни, путаясь в полах халата. Вопросительно посмотрела, показала — перенеси, мол, на кровать. Так и сделали. Закрыв дверь, Аэлирне вздохнула, и отправилась в ванну. Через несколько мигов она вылетела оттуда с круглыми глазами.
— Смотри, в корзине с грязной одеждой было! — она держала в руках черную куртку, разодранную на боку. Когда Аэлирне отняла руку, по пальцам потекло красное.
Айне еле сдержала крик. Бросилась в ванну, вытряхнула корзину из шкафчика в углу. Брюки. Левая часть вся в крови. Сапог. Еще один, левый. Из него выпали несколько капель, и алым пятном разбрызгались на серой плитке пола.
— Что за… — губы Аэлирне запрыгали.
— Да кто же это его так?
— Спокойно. — мама глубоко вдохнула, и медленно выпустила воздух из легких. — Он жив — а это главное.
— Мам, я нашла его на балконе в кресле. Он спал, и ему снилось что-то такое !
— Спокойно, давай думать логически, — Аэлирне уже была волшебницей. — Ярл вечером пошел во дворец в этой одежде. Так?
Айне кивнула, постепенно приходя в себя.
— Он был в порядке. Значит, он схлопотал либо во дворце, либо по пути обратно.
— Ну, последнее навряд ли, — девушка тревожно улыбнулась. — На черного мага никого ни за какие деньги не уговоришь наехать.
— Да, — подтвердила Аэлирне, осматривая сапоги. — К тому же, мне заранее жаль тех, кто на это осмелился бы. Значит — во дворце.
— Выходит, там. Ну-ка? — Айне осмотрела кожу сапога. — Смотри, ма, это похоже на отметины от зубов.
— Или когтей. — пригляделась Аэлирне. — Кстати, может, это и не его кровь?
— Да посмотри, в боку куртки такая дыра, что я пролезу. В левом боку.
— М-да… Собаки кусают не так.
— В зоопарке ему явно делать было нечего, — хихикнула Айне.
— Выходит, снятие порчи прошло не совсем так просто, как он обещал. Ну, погоди, дорогой мой! Отоспишься — вытрясу всю душу!
— Мам, а пошли-ка к донье Эстрелле. Уж она-то наверняка знает подробности.
— Ты начинаешь правильно мыслить, дочь моя. Неужели взрослеешь?
Иператрица не вышла к обеду, сославшись на усталость после ночного дежурства и желание «немного отдохнуть». На самом деле встревоженная мать расхаживала по спальне и думала.
«Нет, Ян в таких делах не советчик. Но что же мне делать?».
— Да помогите же, кто-нибудь! — в отчаянии вскричала она. Даже эхо не отозвалось от затянутых в шелк и атлас стен комнаты, которая сейчас казалась прекрасной клеткой, в которой не находила себе места несчастная женщина.
И вдруг — о чудо! — в спальню вплыли две очаровашки дану.
— Ваше Величество?
— Донья Эстрелла?
— Здравствуйте, девочки. Вы себе не представляете, как я рада вас видеть! — и Императрица, краса и гордость Империи, тайная зависть всех женщин и половины мужчин, разрыдалась на плече Айне. Мать взглядом указала на кровать, и вдвоем они усадили августейшую подругу на атласное покрывало.
Слегка отведя душу, донья Эстрелла пролепетала, — Ох, простите, я так вам обрадовалась, что не удержалась.
— Знаете что, дорогая моя. Похоже, у нас одна и та же проблема, — Аэлирне показала разодранную окровавленную куртку, которую прихватила с собой. — Это мы случайно обнаружили утром в корзине с грязным бельем.
«Сказать? Или не сказать? А ведь — все равно одна не справлюсь, а кроме вас, все равно довериться не кому». — Императрица глубоко вздохнула, и попросила, — Баронесса, можете защитить комнату от подслушивания?
Аэлирне прошептала пару заклинаний, от которых все трое сначала оглохли, а потом в спальне установилась особая, звенящая тишина. — Готово.
Донья Эстрелла несколько мигов собиралась с духом, а потом начала все подробно рассказывать. Аэлирне сидела рядом, обняв ее за плечи, и они мерно и тихо покачивались на краю постели. Айне сидела с другой стороны от хозяйки спальни, и слушала, ерзая на месте от нетерпения.
— Как я вас понимаю, я ведь сама мать, — тихо сказала Аэлирне.
— А я не согласна, — возразила Айне, — Я ведь тоже беззащитна перед черной магией, и ничего — живу как-то.
— Хм-м, а ведь эта егоза в чем-то права, — Аэлирне слабо улыбнулась, — Под защитой ярла и я спокойна. Кстати, донья Эстрелла, а что, раньше наш знакомый некромант разве не мог добраться до любой души, в том числе и ?..
— Я в этом не очень разбираюсь, — осторожно ответила Императрица, — Вернее, совсем не разбираюсь. Но, наверное, вы правы.