Страница 68 из 115
Аполлоном клянусь, справедливая речь!
Справедливая? Ах ты, несчастный!
Так совет и тогда мы не вправе вам дать, если ваше безумно решенье?
Но когда уже говор открытый пошел и на всех перекрестках роптали,
Что уж вовсе мужчин не осталось в стране, видит бог, никого не осталось, —
Вот тогда-то мы, женщины всех городов, заключили союз нерушимый
И поклялись Элладу спасти сообща. Да чего ж еще ждать оставалось?
И теперь, если слушаться станете вы благодетельных наших советов
И начнете молчать, как молчали и мы, вам помочь мы тогда обещаем.
Это вы-то помочь? Безрассудная речь! Безобразная речь!
550Замолчи ты!
Ах, проклятая, хочешь, чтоб я замолчал! Перед кем же, мой бог, перед тварью
В покрывале цветном на пустой голове? Никогда!
Если в этом помеха,
Не горюй, от меня покрывало прими!
Окрути покрывало вокруг головы
И теперь уж молчи!
Да в придачу с куделью корзинку возьми,
Обвяжись пояском и куделю чеши
Да бобы шелуши,
А война — это женское дело!
(Закручивает Советника в покрывало.)
Антода
560Подружки милые, пора! Оставим же кувшины,
Чтобы товаркам дорогим в веселой пляске вторить.
В пляске мне не устать.
В песне мне не отстать.
И в ногах хватит сил,
И в груди жарок пыл.
Я готова на все
Ради милых. В душе у них доблесть живет,
570Красота, простота,
Справедливость, отвага, к отчизне любовь
И разумная мысль.
Пляска.
О царица родильниц и женщин оплот, ты, чьи речи крапивы колючей,
Будь отважней в бою и врага не щади! Парус ставь по попутному ветру!
Антэпиррема
Но когда убеждающий сладко Эрот и Киприда, рожденная морем,
Золотую тоску в наши груди вдохнет и расплавит желаньями члены,
И упругую силу мужам подарит и протянет их руки к объятьям,
Вот тогда назовут нас Эллады сыны Разрешительницами сражений.
А за что?
Да за то хоть, что прежде всего вас отучим мы бегать по рынкам,
Обнаживши мечи и щитами стуча.
Да, отучим! Клянусь Афродитой!
А теперь, погляди! По горшечным рядам, по зеленному ряду несутся
580Копьеносцы, пелтасты, матросы, стрелки — и кричат, и вопят, и буянят.
Видит Зевс, так и надо! Отважный народ!
Да ведь это же просто забавно,
Когда воин с Горгоной на медном щите о снетках торговаться приходит.
Зевс свидетель, вчера еще видела я, как военный, верхом и кудрявый,
У старухи торговки яички купил и в свой шлем боевой положил их.
А недавно фракиец, косматым щитом и копьем, как Терей 277, потрясая,
Чуть не до смерти бедную тварь напугал и наелся оладий досыта.
Ну, а как же распутать надеетесь вы государства запутанный узел,
На земле и на море направить дела?
Очень просто.
Ну, как, расскажи мне!
Если пряжа затянется в узел у нас и комками собьется на прялке,
590Подхвативши ее, мы распутаем нить, потянув и сюда и отсюда;
И войну точно так же распутаем мы, если вы нам распутать дадите,
Заключив договор, полномочных послов мы пошлем и сюда и отсюда.
Это что ж, или пряжей считаете вы, или шерстью овечьей на прялке
Государственный труд? Неразумный народ!
Да, когда б вы разумными были,
С государством своим обращались бы вы, как мы, женщины, с шерстью овечьей.
Как же так! Расскажи!
Вот что сделать бы вам! Как сначала в корытах и чанах
Промываем мы шерсть и счищаем репьи, так и вам бы из Города надо
Негодяев и трусов повычесать вон и повыдергать злые колючки.
Все повычесать вон, что свалялось в комки, что в погоне за теплым местечком
600Присосалось и тянет народную кровь, их должны положить вы под ноготь.
А почистив, порядочных граждан собрать и навить их на прялку союза.
Поселенцев навить и союзных друзей, если нам они преданы верно.
Должников государства — и тех не забыть и прибавить к кудели гражданской,
А потом поглядеть, как живут города, что от нашей державы родились,
Как в забвенье они сиротливо лежат, словно хлопья разбросанной пряжи.
Их должны мы заботливо всех подобрать и навить на единую прялку.
Вот тогда-то спрядем мы единую нить и великий клубок намотаем.
И, основу скрепивши, соткем из него для народа афинян рубашку.
Возмутительно, право, что ткать и прясти вы хотите дела государства.
Да какое вам дело, скажи, до войны?
Это нам что за дело?
610Проклятый!
Знай, для женщин война — это слезы вдвойне! Для того ль сыновей мы рожаем,
Чтоб на бой и на смерть провожать сыновей?
Замолчи! О, не надо про горе!
И к тому же в года, когда юность цветет, когда хочется радость увидеть,