Страница 95 из 168
Наш мозг — это своего рода биологический компьютер. Хотите им управлять? Заложите нужную информацию в виде словесных программ. Если для компьютера нужно писать программы на специальном языке, то для мозга — на самом обычном. Если программа вводится правильно, то и результат будет отменный, если же вы нарушаете порядок действий, которые необходимы для того, чтобы ваш мозг установку понял и отрапортовал о готовности к действию, то и результата скорее всего не будет или будет — но непредсказуемый. Для того чтобы мозг мог ваши приказы получить и исполнить, требуется всего лишь отключить центр контроля, а центр контроля — это наше сознание, критическое и стремящееся все проверять. Как только вы его отключили, начинает работать подсознание, то есть та область нашего сознания, которая как раз все, что ей ни скажут, принимает на веру, и она очень исполнительна. У людей, считающихся невнушаемыми, полностью отсоединить рациональное сознание не получается, поэтому и гипноз на них действует слабо.
Но поскольку человек существо стадное, то даже такие устойчивые к внушению люди начинают совершенно иначе вести себя, если оказываются в толпе. И тут вдруг выходит, что в толпе внушаемость у них возрастает, и они не так уж могут сопротивляться давлению гипнотизера. Почему? А тут все дело в энергетике толпы. Если человек по натуре индивидуалист и гипнозу всегда противостоит, то в толпе, где идут мощные выбросы энергии из-за большого количества людей, этот индивидуалист начинает поддаваться общему настроению.
Такими вот словами описывал свое впечатление от речи Гитлера один из вполне нормальных и скептически настроенных к политике рейха людей. Но, оказавшись в толпе, он искренне поддался обаянию этого дергающегося и взвинченного человека, и весь скептицизм тут же отступил. Недаром Гитлер, оказавшийся хорошим оратором, специально учился у тех, кто умеет правильно работать с большим скоплением людей. В личной беседе он никого не мог загипнотизировать и заставить совершать какие-то внушенные поступки. Ему не было дано управлять волей какого-то одного человека, но, вот когда таких одиночек набиралась целая площадь, он мог заставить их сознания работать в унисон. И люди буквально плакали, слушая своего фюрера.
Толпой на самом деле управлять гораздо легче, чем одним человеком, толпа сама создает тот фон, который так необходим для хорошего внушения!
Как делаются революции? Я имею в виду не экономические предпосылки, а психологический и энергетический контекст. Появляется пара лидеров, способных удерживать внимание аудитории. Эти лидеры выделяются на фоне общей массы, причем выделяются не столько умом и талантом, сколько умением находить нужные слова в нужное время. Проще говоря, они очень хорошо чувствуют пульс массы. Кроме того, они обладают, как принято говорить, нервом, то есть способны завести аудиторию, зажечь в ней какие-то чувства, пробудить ее от апатии.
Нередко такими национальными лидерами, которые потом приводят свой народ к краху, становятся психически неуравновешенные люди: сколько имеется примеров, когда толпа за 10 минут становилась бандой убийц, которую вел на борьбу с кем-то или чем-то безнадежно сумасшедший лидер! Но за этой психической неуравновешенностью — огромная сила, потому что личности этого типа — любимцы простого народа, идолы толпы — обладают (часто они сами об этом и не догадываются) способностями хорошего гипнотизера. То есть они легко и просто способны ввести в транс тысячи людей.
Посмотрите на музыкальных фанатов — с какими лицами они смотрят на своих кумиров. Музыка, голос, внешность их любимых исполнителей ввергает поклонников в состояние транса. В такое же состояние приходят массы на политических мероприятиях, если их лидер умеет овладеть их желаниями и мыслями. Тогда разобщенные минуту назад индивидуальные энергии соединяются, и толпа становится страшной силой: она действует. Подчиняясь любому слову своего предводителя. Если лидер зовет к благим целям, толпа готова идти за ним куда угодно. Если лидер втравливает ее в войны и погромы — толпа готова ринуться даже на вооруженных людей, сметая все на своем пути. «Давайте проанализируем», — говорит Явлинский, и его слышат только те, кто способен анализировать. «Бей черножопых», — кричит другой лидер, и толпа отвечает множественным «ура».
Лидеров второго типа гораздо больше. Толпу намного проще спровоцировать к агрессии. Недаром еще Пушкин заметил, что боится русского бунта, бессмысленного и беспощадного. Но таков любой бунт, потому что толпа, идущая за лидером, теряет чувство пространства и времени, она перестает думать, подчиняясь любому, самому жестокому приказу. Внутри нее, уже объединенной единым сильным чувством — обычно гневом, страхом, ненавистью, — появляются лидеры средней руки. Они не могут овладеть вниманием всей аудитории, но способны организовать группу сторонников. А на уровне совсем крохотных групп действуют лидеры, не обладающие харизмой, но они повторяют слова, уже всколыхнувшие массы, и пользуются отраженным светом. В результате энергетический накал достигает такого градуса, что без крови и убийств теперь уже не обойтись. Происходит такой процесс буквально в течение дней или даже часов. Впрочем, недавно вся страна наблюдала это в ранее мало кому известном карельском городке Кондопога.
Все люди, которые могут повести за собой толпу, обладают способностями к гипнозу. Они легко входят в то состояние, когда безоговорочно верят всему, что сами говорят или делают. И толпа идет за ними следом и с жадностью ловит каждое их слово. Обычно оратор использует специфические приемы, чтобы усилить действие своих слов и сделать массу людей управляемой. Он выбирает в этой толпе одного человека, самого внушаемого, и как бы говорит конкретно для него, стремясь смотреть прямо в его глаза. У внушаемого человека возникает «правильное состояние», и его воля подчиняется воле оратора. Проработав таким способом нескольких людей, оратор вводит их в легкий транс. Транс — это гипнотическое состояние, именно это состояние и позволяет лидерам заводить толпу. Сначала в лот массовый гипноз впадают наиболее «слабые», то есть податливые люди, потом к ним присоединяются те, кто находится рядом, и скоро масса сплачивается и становится единым целым. А оратор пользуется не только взглядом, он строит свое выступление так, чтобы людям ничего не оставалось, как признать его правоту.
Они испытывают сильные чувства — гнев, ярость, радость, негодование, желание действовать немедленно.
Умный оратор обязательно выступает там, где за его спиной есть хорошее освещение. Глаза людей невольно устремлены на круг света, в котором стоит оратор. Они концентрируют на нем внимание. А от концентрации внимания к восприятию сказанного — только один шаг. Чтобы это восприятие усилить, оратор делает какие-то жесты руками, и глаза толпы следят за его рукой. Или же он начинает двигаться в определенном темпе, и глаза следят за его движениями по сцене.
Ровный и четкий, размеренный темп речи с характерными вопросами к залу — это тоже средство установить полный контакт. Когда на прозвучавший вопрос люди начинают мысленно отвечать, обязательно находится несколько очень податливых людей, которые это делают вслух, и следом за ними толпа тоже отвечает вслух. А когда она это делает в предложенном ей ритме, она сама себя заводит, впадает в транс. Толпа орет и ревет. Она выполнит теперь любые действия, самые бессмысленные.
Так работал с толпами на стадионах Кашпировский. Сначала он заставлял прежде разобщенных людей стать монолитом, а потом уже мог проводить свои опыты. И люди выполняли все его указания. Упасть — так упасть. Заплакать — так заплакать. Засмеяться — так засмеяться. Целые стадионы падающих, плачущих или смеющихся людей.
Гипнотизеры признаются, что работать с толпой гораздо легче, чем с одним человеком. Если у конкретного человека еще нужно сломить волю, и никто гипнотизеру тут не поможет, кроме него самого, то толпа все сделает сама. Нужно только найти в ней слабое звено.