Страница 19 из 38
Го откинул со лба волосы и подпер голову руками.
— К сожалению, ваша честь, этот яд может быть получен без особого труда. Его используют в малых дозах как лекарство от сердечных болезней, так что найти его можно в любой аптеке.
— Значит, здесь ничего не получится, — констатировал судья Ди с глубоким вздохом. Он снова придвинул к себе лист с изображением «семи кусочков» и недостающий треугольник и сказал: — Но, может, вот эта фигурка послужит ключом к разгадке? Ведь может же так быть, что Лань, когда понял, что умирает, специально начал собирать кусочки, чтобы как-то указать на убийцу?
— Вряд ли, ваша честь, — печально сказал Го. — Этот яд вызывает страшную боль и почти мгновенную смерть.
— Но ведь Лань обладал необыкновенной силой духа, — продолжал настаивать судья Ди. — И он очень хорошо умел выкладывать фигуры. Он понял, что не может ни открыть дверь, ни крикнуть, и вот он решил рассказать о своем убийце таким способом!
— Да, — согласился Го, — Лань действительно великолепно выкладывал фигуры. Он часто приходил к нам в гости и развлекал нас с женой тем, что выкладывал любую фигурку за несколько секунд.
— И все-таки я не могу понять, что бы эта фигурка значила, — сказал судья.
— Лань был удивительно добрым человеком, — задумчиво продолжал между тем Го. — Он узнал, что меня задевали негодяи на рынке, и специально для меня разработал приемы самозащиты — с учетом того, что у меня слабые ноги, но достаточно сильные руки. Лань потратил время, чтобы научить меня этим приемам, и с тех пор никто не решался на меня нападать…
<b>Судья Ди и лекарь Го</b>
Но последних слов судья Ди не услышал. Все время, что они разговаривали, судья вертел «семь кусочков», складывая их то так, то эдак, и внезапно у него получилась фигура кошки.
Он поспешно перетасовал кусочки.
Корень змеиного дерева. Цветок жасмина. Кошка. Нет, судья Ди отказывался что-либо понимать.
Заметив удивленный взгляд Го, судья торопливо заговорил, чтобы скрыть растерянность:
— Знаете, я сейчас почему-то вспомнил об одной странной встрече. Прошлым вечером я вышел пройтись и увидел маленькую девочку, которая потерялась, и отвел ее домой. Ее мать накричала на меня. Эта женщина — вдова, и из лепета девочки я заключил, что она тайком принимает у себя любовника.
— А как зовут эту вдову? — заинтересованно спросил Го.
— Ее фамилия Лу, она хозяйка лавки тканей.
Го резко поднял голову.
— Это ужасная женщина, ваша честь! — раздельно сказал он. — Мне пришлось иметь с ней дело месяцев пять назад, когда скончался ее муж, причем при весьма загадочных обстоятельствах!
Все еще поглощенный мыслями о кошке, судья Ди отметил про себя, что Лань действительно часто заходил в «Коричную рощу» к Го.
— А что там произошло? — машинально спросил он.
Го помолчал немного, прежде чем ответить.
— Прежний судья, который был до вас, ваша честь, не уделял особенно много внимания этому делу. Это понятно, ведь тогда как раз участились атаки татар на Северную Армию, в город стекались толпы беженцев, уходящих на юг, и у судьи была масса забот. Так что вникать в чью-то смерть от сердечного приступа он не стал.
— Естественно, — рассеянно подтвердил судья, — если бы было что-нибудь подозрительное, это показало бы вскрытие.
— Ваша честь, — медленно ответил горбун, — вскрытия не было!
От рассеянности судьи Ди не осталось и следа. Теперь он был весь внимание.
— Расскажите! — велел он.
— Однажды вечером, — начал Го, — госпожа Лу пришла в суд вместе с Кваном, известным тогда врачом. Кван заявил, что во время обеда Лу Мин пожаловался на головную боль, вышел из-за стола и прилег. Через какое-то время его жена услышала стоны; она вошла к нему, но он был уже мертв. Тогда она позвала врача, тот осмотрел тело, и женщина сказала, что у Лу Мина было слабое сердце. Кван спросил, что Лу Мин ел на обед, жена ответила, что он съел очень мало, но выпил два стакана вина, чтобы унять головную боль. На этих основаниях Кван подписал свидетельство о смерти и в качестве причины указал сердечный приступ, вызванный вином. Судья так и записал в заключении.
Судья Ди ничего не ответил. Горбун продолжал:
— Позже я познакомился с братом Лу Мина. Он рассказал мне, что помогал обряжать тело на похоронах и обратил внимание на то, что лицо не было посиневшим, как обычно бывает после приступа, но зато глаза вылезали из орбит. Эти симптомы указывают на то, что покойный получил сильный удар по голове, и я специально пошел к вдове Лу, чтобы расспросить ее о подробностях смерти Лу Мина. Но она стала кричать, что я тревожу прах ее покойного мужа, и выгнала меня. Я решился пойти в управу, но судья прямо сказал, что согласен с заключением Квана и не видит надобности во вскрытии. На этом все и кончилось.
— Вы разговаривали с самим Кваном? — спросил судья.
— Я пытался несколько раз, но он избегал меня. Тогда по городу ходили слухи, что Кван занимается черной магией. Кван уехал вместе с волной беженцев на юг, и больше здесь о нем не слышали.
Судья задумчиво поглаживал бороду.
— Действительно, весьма любопытная история! Интересно, остались ли тут еще колдуны? Вообще-то по закону за колдовство полагается смертная казнь.
Го пожал плечами.
— Многие жители Бэйчжоу имеют татарское происхождение, — ответил он, — и кое-кто считает себя знатоком древних секретов колдовства. У нас говорят, что татары способны убивать врагов, сжигая или разрывая их изображения; некоторые верят, что они продлевают свою жизнь, вступая в связь с оборотнями или злыми демонами… По мне, все это невежество и суеверия, но Лань когда-то изучал эти поверья и говорил мне, что в них есть и доля правды.
— Еще Конфуций учил людей не стараться постигнуть неизвестное с помощью черной магии, — отмахнулся судья Ди. — Удивительно, что такой мудрый человек, как Лань Дао-гуй, тратил время на глупости.
— Он был человеком широких интересов, — ответил Го, слегка задетый тоном судьи.
— Что ж, — сказал судья, — я рад, что вы рассказали мне эту историю. Я, пожалуй, вызову вдову Лу в суд и сам расспрошу ее о смерти ее мужа.
Судья Ди придвинул к себе бумаги, и горбун торопливо поклонился и вышел.
Глава двенадцатая
Судья Ди идет на Лекарский Холм; вдова отказывается явиться в суд
Едва за Го закрылась дверь, судья Ди отшвырнул бумаги, скрестил руки на груди и попытался сосредоточиться и привести мысли в порядок. Посидев так несколько минут, он встал, переоделся в охотничью одежду. Небольшая верховая прогулка поможет ему вновь привести мозг в рабочее состояние. Он приказал, чтобы ему подали лошадь, вскочил в седло и выехал на улицу.
Судья несколько раз объехал старое войсковое поле, после чего выехал на главную улицу города и поскакал к северным вратам. Выехав из города, судья осадил коня. Он ехал через широкое, пустынное поле к Лекарскому Холму. Судья взглянул на небо; оно было затянуто тучами, и все предвещало очередной снегопад.
Справа от дороги лежали два больших камня. Судья знал, что сразу за ними начинается проселок, ведущий к Лекарскому Холму. Судья свернул и поехал по этому проселку, пока он не превратился в узенькую тропинку, по которой можно только идти. Тогда судья спешился, потрепал коня по холке, привязал его к дереву и дальше пошел пешком.
У самого подъема судья остановился, заметив следы маленьких ног. Он постоял в нерешительности, раздумывая, стоит ли подняться или лучше повернуть обратно, но в конце концов тряхнул головой и стал подниматься наверх.