Страница 51 из 83
– Какого черта ты здесь? – завопила она в ответ. – Ты разбил мою дверь?
В три прыжка я пересек комнату, схватил Алекс за плечи и тряхнул ее так сильно, что услышал стук ее зубов.
– Где Джин, Алекс? Где она?
Алекс вырвалась, шагнула за дверь спальни и вновь появилась с оружием в руке, направив его на меня.
– Проваливай из моего дома, Ворк, пока я не продырявила тебя.
Я проигнорировал угрозу, не обратив внимания на оружие, будто никогда не видел его прежде.
– Черт побери, Алекс. Что-то случилось с Джин. Она мне звонила. Она в беде. Где она?
Мои слова наконец дошли до Алекс, и оружие дрогнуло в ее руке.
– О чем ты говоришь?
– Я думаю, она пытается убить себя.
В ее лице появилась растерянность, взгляд метался по дому.
– Не знаю, – сказала она. – Ее нет в кровати.
– Что ты имеешь в виду? Давай, Алекс.
– Я не знаю. Я спала. Ты разбудил меня. Ее нет в постели.
– Телефонная трубка снята. Джин должна быть здесь.
– Мы снимаем трубку каждую ночь.
Я внимательно осмотрел маленький дом. В нем были только спальня, кухня, ванная и комната, где мы стояли. Я проверил всюду, Но Джин не было нигде.
– Ее автомобиль! – воскликнул я, подбежав к окну кухни и отбросив пыльную занавеску. Но там стоял только автомобиль Алекс. В том месте, где должен был находиться автомобиль Джин, я увидел следы от колес и масляное пятно.
– Проклятье! – Я возвратился к Алекс, увидел, что оружие лежало на телевизоре. – Где она может быть? Думай, Алекс.
Но та была в недоумении и лишь что-то бормотала себе под нос, качая головой.
– Она бы не сделала этого. Она не оставила бы меня. – Алекс дотянулась до моей руки, в ее глазах появилась жесткость, голос окреп. – Джин не сделала бы это без меня.
– Ну, вот появились и новости. Куда бы она пошла? Алекс затрясла головой, и вдруг до меня дошло, я абсолютно точно понял, куда ушла моя сестра.
– У Джин есть мобильный телефон? – спросил я.
– Да.
– О мой Бог. Она в доме Эзры.
– Откуда ты знаешь?
– Просто знаю и все. – Я повернулся к двери, мысли бежали наперегонки. – Ты знаешь адрес Эзры?
– Да.
– Позвони 911, дай им этот адрес.
– Что потом?
– Оставайся здесь, на случай если появится санитарная машина. Когда они приедут, направь их к дому Эзры.
– Нет, – заупрямилась Алекс. – Я ей нужна. Я должна быть там.
– Не сейчас.
– Ты не сможешь меня остановить, Ворк.
Я направился к двери.
– Она позвонила мне, Алекс. Не тебе.
Алекс сжалась от этих слов, но я не получил никакого удовлетворения от причиненной ей боли. Тем не менее необходимо было сказать еще одну вещь.
– Я предупреждал тебя, Алекс. Я говорил тебе, что ей нужна помощь, и я не снимаю с тебя ответственности.
Потом я выскочил на улицу и помчался к грузовику. Дом отца находился всего в паре миль отсюда, но дорога была забита автомобилями. Я трижды выезжал на сплошную желтую полосу со скоростью двести двадцать километров в час. Развернулся прямо на дороге, поехал вниз по улице навстречу одностороннему движению, срезав таким образом два квартала. Я притормозил при въезде на подъездную дорогу, зацепив ящик с кустарником, и остановился за автомобилем Джин. Дверь черного входа была заперта. Проклятье! Я лихорадочно искал ключи, понимая, что оставил их в грузовике и должен бежать за ними. Потом я повернул ключ в двери, и она открылась. Я вбежал внутрь, крича и включая повсюду свет. Ее имя эхом отлетало от мраморных полов, стекало с облицовочных панелей коридоров и возвращалось, как будто для того, чтобы идти за мной по пятам.
Я передвигался так быстро, как только мог: кухня, кабинет, бильярдная. Это был большой дом, но он никогда раньше не казался мне настолько большим. Сестра могла быть где угодно, и я подумал о кровати наверху; поняв, где она может быть, я побежал в холл. Свернув за угол, я увидел Джин в начале лестницы. Она лежала неподвижно, мертвенно-пепельная, ковер под ней пропитывался кровью.
Я упал на пол рядом, мои колени погрузились в ее кровь. На запястьях Джин были длинные продольные разрезы, и я увидел на ковре лезвие бритвы, блестящее и красное.
Кровь все еще слабо пульсировала из порезов, и я окликнул ее. Тишина. Стянув с Джин ботинки, я вытащил шнурки я туго перетянул ей руки выше порезов. Поток крови прекратился, я хотел проверить ее пульс, но не мог найти его. Нажав сильнее, я обнаружил его – пульс был неустойчивым, слабым, но все-таки прощупывался, и я возблагодарил Бога. Я не знал, что делать дальше, никто меня этому не обучал. Поэтому я сложил ей руки на груди, приподнял Джин голову и положил себе на колени, поддерживая, как мог.
Я рассматривал ее лицо, пытаясь найти признаки жизни, но оно было бескровным и бледным, как фарфор. Сквозь кожу ее закрытых век просвечивали синие вены. Рот Джин обвис, и я видел искусанные места – яркие красные полумесяцы на потрескавшихся губах. Тем не менее это была все та же Джин, моя сестра. Когда-то мы смеялись вместе, и, черт побери, я поклялся себе, что сделаю все для нее, если она останется живой.
Я убрал волосы с ее лица и стал разговаривать с ней. В моих словах не было никакого смысла, они расплывались, длились минутами, которые тянулись так долго, как будто проходили часы, и позже я никак не мог вспомнить их, кажется, это было: «Пожалуйста, не оставляй меня одного».
Потом вокруг меня начался шум, раздался грохот носилок и прозвучали спокойные уверенные голоса. Я чувствовал на себе чьи-то руки, кто-то увел меня и сделал так, чтобы я мог видеть. Джин была окружена людьми в белом, они что-то делали с ней, перевязывая запястья, прокалывая иглой руку, и накрыли ее одеялом, чтобы последнее тепло не оставило ее. Кто-то спросил меня насчет жгутов: была ли это моя работа, и я утвердительно кивнул.
– Возможно, это спасло ей жизнь, – сказал мужчина. – Похоже, что так.
Я закрыл лицо руками, не в состоянии поверить, что Джин будет жить. Подняв глаза, я увидел Алекс. Наши глаза встретились, и у носилок ее возлюбленной прежняя Алекс отступила, исчез ее гнев, потому что в этот момент мы думали об одном и том же: если Джин останется жить, это произойдет благодаря мне. Алекс подтверждала этот факт взглядом и всем своим видом: ее пальцы дрожали У рта, как будто она желала взять обратно брошенные мне жестокие слова. Я кивнул ей, и она кивнула мне в ответ.
Затем Джин увезли. На мгновение я остался наедине с Алекс, она подошла туда, где я сидел, опустившись у стены. Под сжатыми челюстями Алекс ходили желваки, стуча кулаками по костяшкам бедер, она подбирала слова.
– Ты поедешь в больницу? – наконец выговорила она.
– Да. А ты?
– Конечно.
Я кивнул, посмотрел вниз и заметил, что Алекс была босая. Она переступала с ноги на ногу.
– Оттаешь, что с ней все будет хорошо? – спросила она.
Я помолчал, раздумывая.
– Я думаю, что она будет жить, – произнес я. – Медики тоже так полагают. – Я сделал паузу, изучая ее лицо, и увидел, что она плачет. – Ты считаешь, с ней все будет о'кей? Я имею в виду… ну, ты знаешь что.
– Она сильная, – сказала Алекс. – Мне казалось, что достаточно сильная. Но теперь уже не знаю. У меня такое ощущение, что я ничего не знаю. Мы всегда говорили…
Ее голос затих, она вытерла нос. Я думал о том, что она говорила в доме Джин, и понял ее слова, но это понимание обдало меня прохладой.
– Вы говорили, Что всегда будете вместе? Так?
Алекс отстранилась от меня, как будто ее ударили, и я увидел кровавый след на деревянном полу от ее красивой небольшой ступни.
– «Не без меня». Это то, что ты сказала.
– Что? – Ее голос стал громким, и я понял, что оказался прав.
– «Она не сделала бы этого… без меня». Это были твои слова. Мне хотелось бы знать, что они означают.
Я поднялся на ноги, становясь злым.
– Вы говорили об этом? Собирались сделать это вместе? Это то, что ты имела в виду?
– Нет. – Алекс отступила на шаг.