Страница 28 из 86
Сложность высадки десантов заключалась также в том, что удобные площадки высадки, находившиеся на высотах от 2500 до 3200 метров, были заминированы противником (исходя из опыта проведения предыдущих операций) и находились в зоне досягаемости огня крупнокалиберных пулеметов и горных зенитных установок мятежников. Количество имевшихся вертолетов позволяло одновременно высадить 700 человек. Десантники показали хорошую профессиональную подготовку. Например, рота 345-го парашютно-десантного полка под командованием капитана Н.В.Кравченко при десантировании составляла группу захвата. Высадившись на площадку, десантники были атакованы группой мятежников. Сковав противника огнем одного взвода, командир роты двумя другими ударил во фланг и вынудил противника прекратить сопротивление, обеспечив высадку полка.
В ходе боев в панджшерской долине рота, действуя в составе батальона, должна была овладеть высотой 4631, обеспечивая фланг полка. Штурмуя высоту, она встретила сильный ружейно-пулеметный огонь и залегла. Командир роты возглавил группу добровольцев, которая, преодолев отвесную скалу высотой 150 м, вышла в тыл к мятежникам и в рукопашном бою уничтожила их.
Действуя в районе на высотах свыше 4000 метров, рота захватила штаб и несколько складов боеприпасов. В одном из боев погиб командир батальона. Капитан Н.В.Кравченко принял командование батальоном на себя, возглавил атаку и уничтожил сопротивляющегося противника.
Информация к размышлению
20 апреля состоялась встреча Маршала Советского Союза С.Л.Соколова с председателем ХАД М.Наджибом,на ней были обсудены детали выброски и обеспечения четырех оперативных групп ХАД в тыл противника. Согласовали в рамках начавшейся операции вопросы проведения специальных мероприятий и обеспечения работы фильтрационных пунктов.
Источник информации: Оперативная группа МО СССР в ДРА,
апрель 1984 года
С утра 21 апреля после артиллерийской и авиационной подготовки войска перешли в наступление. 108-я мотострелковая дивизия вместе с афганской 8-й пехотной дивизией, преодолевая упорное сопротивление противника, вели бои за овладение господствующими высотами и ущельями, прилегающими к долине. Встречая на своем пути сплошные минные поля, завалы из камней, разрушенные карнизы и подпорные стенки на единственной, прижатой к горам дороге, медленно продвигались вперед. Тактический воздушный десант после высадки атаковал противника с трех сторон и после его уничтожения продвинулся на 5–7 км в направлении Базарака.
В поступивших разведывательных данных сообщалось, что противник сумел частью своих сил выйти в долину Андараб и к перевалу Саланг с целью овладения перевалом.
В создавшейся обстановке 66-я мотострелковая бригада подполковника А.К.Посохова, находившаяся в резерве, решением командарма Л.Е.Генералова была направлена к перевалу Саланг с задачей во взаимодействии с 209-й пехотной дивизией афганской армии разгромить отряды мятежников и обеспечить нормальное функционирование автомагистрали.
Командиру 201-й дивизии А.А.Шаповалову было приказано начать выдвижение из Кундуза в район Чаугани (120 км) в готовности к действиям по разгрому мятежников, отошедших в долину Андараб. 395-й мотострелковый полк выводился из боя и тоже направлялся в район Чаугани, где должен был войти в состав своей 201-й дивизии.
Командующий армией уточнил задачи, а войска приступили к их выполнению и, наступая навстречу друг другу, после непродолжительного, но упорного боя овладели крупным узлом сопротивления противника — населенным пунктом Базарак и прилегающими к нему высотами, тем самым нанеся поражение основной группировке моджахедов в юго-западной и центральной части долины Панджшер.
С подходом бронегрупп 108-я мотострелковая дивизия во взаимодействии со 191-м отдельным мотострелковым полком, полком 103-й воздушно-десантной дивизии, 8-й пехотной дивизией и 37-й бригадой «Командос» афганской армии продолжили боевые действия по очистке ущелий, высот и пещер в Панджшере в своих зонах ответственности, которые им были определены.
После трудных боев по разгрому основной группировки противника действия по очистке ущелий, высот и пещер не вызывали особого напряжения у личного состава, что приводило к ослаблению бдительности, собранности и ответственности. В частности, в ходе боев в ущелье Панджшер командир полка подполковник П.В.Суман изменил свое, утвержденное командиром дивизии, решение, что не было вызвано условиями обстановки, и не доложил ему об этом. Он приказал командиру первого мотострелкового батальона наступать вдоль ущелья Хазара по его дну без предварительного овладения прилегающими к нему господствующими высотами. Командир батальона, получив такой приказ, сказал командиру полка, что господствующие высоты не заняты и делать этого не предполагается, поэтому такие действия представляют крайнюю опасность. Однако подполковник Суман настоял на своем. Командир батальона сам никаких мер по обеспечению безопасного продвижения подразделений в горах не принял. В результате военнослужащие батальона (без одной роты), выдвигаясь вдоль ущелья и не встречая довольно продолжительное время противника, устали и потеряли бдительность. В этот момент батальон попал в засаду и подвергся огневому нападению мятежников с трех сторон. Связь батальона с командным пунктом полка была потеряна, и он не мог рассчитывать на помощь и поддержку со стороны старшего начальника. Но отсутствие в бою связи с подчиненными подразделениями не вызывали у командира полка беспокойства, и, не зная, что батальон попал в крайне тяжелое положение и истекает кровью, Суман продолжал докладывать командиру дивизии ложную спокойную обстановку и, естественно, никакой помощи батальону не оказывал.
И если бы на тактических учениях подобные его действия заслужили лишь неудовлетворительную оценку, то в бою батальон понес тяжелые потери: 53 человека были убиты, в том числе 12 офицеров, и 58 — ранены. И только после получения информации об истинном положении батальона были приняты соответствующие меры по разгрому противника и выводу батальона из боя. Ничем иным, как преступной халатностью и беспечностью, эту неудачу объяснить невозможно. Ведь и командиру полка, и командиру батальона были хорошо известны требования боевых уставов и наставлений, что нельзя входить в ущелье без предварительного занятия господствующих высот, но они пренебрегли предыдущим боевым опытом, а в Афганистане моджахеды подобных вольностей никогда не прощали.
Рядовой Николай Князев, находившийся в то время в Панджшере, был участником ликвидации последствий этой трагедии: «Наш 682-й мотострелковый полк был введен в ДРА в марте 1984 года. Формировался он в Термезе с начала года. Кого там только не было, и мы, молодые солдаты, прибывшие из учебного центра в Иолотани, и десантники, и даже “дембеля”, так как весенний приказ министра обороны выходил только в конце марта. То есть до начала операции в нашем полку почти все служили в Афгане чуть больше месяца. Никто до того в боях не участвовал. Сразу же разместили нас в Панджшере, где мы стали готовиться к проведению операции против местных “духов”.
30 апреля первый взвод второй роты первого батальона, в котором я тогда служил, нес службу по охране командного пункта полка в Бараке, в долине Панджшер. В это время остальные силы батальона проводили рейдовые действия в ущелье Хазара. Утром на КП вдруг началось непонятное движение, тревожно забегали офицеры, а проходивший мимо нас командир полка подполковник Суман сказал, что наш батальон в ущелье зажали “духи”, есть раненые и убитые.
Когда мы спустились к реке, чтобы умыться, я услышал какой-то гул, который постепенно стал усиливаться. Я поднял голову и увидел, что со стороны Рухи к нам летела армада вертушек. Там были и “крокодилы” ( Ми-24 — Прим. авт.), и восьмерки ( Ми-8 — Прим. авт.). Я насчитал их около пятидесяти штук. Такого количества вертолетов я не видел ни до, ни после этого дня. Они прошли над нами в направлении Хазары.