Страница 71 из 181
С виду казалось, что он обожает отца, однако люди, близкие к Каролле, считали, что в действительности дело обстоит иначе. Некоторым доводилось замечать, как на безупречно красивом лице Луки, когда он думал, что его никто не видит, появляется порочная ухмылка. Странная привычка разговаривать с самим собой придавала его облику нечто жутковатое. Если его заставали за этим занятием, он застывал и стоял неподвижно, почти как статуя, не издавая ни звука, до тех пор, пока его не оставляли одного.
Лука уговорил Кароллу не посылать его в колледж. Поначалу Каролла не желал и слышать об этом, но в мае тысяча девятьсот восемьдесят пятого года он сдался и согласился взять Луку с собой в Канаду. Предстояла вполне рядовая сделка, и присутствия обычной свиты телохранителей не требовалось. Непосредственной опасности не было, поэтому Каролла решил, что это подходящий случай познакомить Луку со своим бизнесом.
Каролла давно отказался от попыток выследить Ленни Каватайо. Сейчас, через двадцать пять лет после убийства Майкла Лучано, его меньше всего интересовала эта мелкая сошка. Каролла даже с трудом вспомнил его имя, однако через считаные минуты после того, как Каролла и Лука вошли в свой люкс в канадском отеле, Каватайо позвонил ему по телефону.
В первый момент Каролла даже не поверил, что это действительно Ленни. Он слушал тягучий голос и все больше приходил в ярость. Каватайо узнал заранее о его предстоящем приезде и теперь предлагал встретиться.
Лука внимательно наблюдал за Кароллой. Он видел, что отец делает над собой заметное усилие, чтобы сохранить самообладание, и, стоя у телефона, старается дышать размеренно. Костяшки его пальцев побелели от напряжения, но постепенно он расслабил руку. Казалось нелепым, что тот самый Ленни, который когда-то подсунул Майклу Лучано некачественный наркотик, сейчас сам стал неизлечимым наркоманом. Уже несколько лет он жил на подачки, шатался по клубам и по мелочи приторговывал «дурью». И вот сейчас Каролла узнал, что Ленни Каватайо задолжал одному дилеру десять тысяч долларов. Абсурднейшая ситуация: Ленни шантажирует его, вымогая деньги, которые в конечном счете все равно попадут в карман Кароллы.
— Возникли какие-то проблемы? — спросил Лука.
Каролла невесело хохотнул:
— Да, черт возьми, проблемы. Мне следовало их решить еще несколько лет назад. Приведи-ка мне Джонни, да пошевеливайся.
Лука зашел в смежный номер, передал Джонни Морено, что его требует босс, и они вместе вернулись в люкс Кароллы. Лука уже собирался сесть, когда Каролла велел ему убираться. Лука послушно ушел в спальню, но не до конца закрыл за собой дверь и, едва выйдя, тут же прильнул к щели.
Отец со злостью говорил о Каватайо:
— Если он свяжется с этими чертовыми Лучано, охотниками до вендетты… У меня сейчас прочные позиции в Организации, а в Палермо дела идут неважно, этот сукин сын может здорово мне напортить.
Лука с трудом улавливал нить рассуждений. Как он ни пытался соединить отдельные крупицы информации воедино, целое казалось бессмысленным. Джонни Морено, явно раздраженный, что-то бурчал о том, как ему противно связываться с наркоманами.
— А ты думаешь, мне нравится с ними якшаться? — рявкнул Каролла. — Хороший наркоман — это мертвый наркоман, и именно таким я хочу видеть Каватайо. И пусть в этом деле никто больше не будет замешан: чем меньше народу о нем знает, тем лучше. Просто избавься от этого дерьма — и дело с концом.
Чтобы не расхохотаться, Луке даже пришлось прикусить губу. Этот диалог позабавил его почти так же, как старые фильмы с Джеймсом Кэгни.
Они не выходили из отеля, однако Ленни позвонил в следующий раз только на другой день утром. Напряженное ожидание так нервировало Кароллу, что под конец он стал похож на бешеного быка. Однако, когда Ленни позвонил, он постарался держать себя в руках. Каролла сказал, что деньги подготовлены, и спросил, куда их привезти.
Пока Каролла отдавал распоряжения Морено, Лука завтракал. Он видел, как Морено разорвал туалетную бумагу на кусочки, сложил их стопочками и, положив сверху по банкноте, каждую перевязал резинкой. Потом уложил пачки в «дипломат», чтобы все это выглядело как солидная сумма наличности. В пятнадцать минут девятого Морено ушел, и Каролла с таким видом, как будто покончил с неприятным делом, присоединился к Луке за столом и навалился на яичницу с беконом.
— Кто такой Ленни Каватайо? — спросил Лука.
Каролла вытер с губ яйцо, отбросил смятую салфетку и взялся за кофейник.
— Никто. Доедай свой завтрак и не путайся у меня под ногами. Лучше… пойди купи себе пару рубашек.
Он вынул из бумажника две стодолларовые бумажки и швырнул на стол перед Лукой. Лука некоторое время молча смотрел на него, затем так же молча взял деньги и вышел.
Джонни Морено они больше не видели, его труп был обнаружен во взятой напрокат машине. По найденному при нем ключу полиция вышла на отель, и портье рассказал, что Морено приехал вместе с Полом Кароллой. Когда Лука вернулся в отель, Кароллу допрашивала полиция.
То, как его отец вел себя с полицией, произвело на Луку большое впечатление. Каролла был любезен, всячески демонстрировал готовность помочь следствию, но не мог предложить ни единого объяснения, зачем кому-то могло понадобиться убить его водителя.
Буквально через несколько минут после ухода полицейских снова позвонил Каватайо. Он кричал на Кароллу, не желая слушать его объяснений, и требовал за молчание теперь уже пятьдесят тысяч долларов.
Каролла оказался в трудном положении. По-видимому, американская полиция знала, что он в Канаде, и знала о его местных связях, потому что в отеле было полно переодетых агентов из управления по борьбе с наркотиками. Вполне возможно, что его телефон прослушивается. Не имея никакой поддержки, он чувствовал себя связанным по рукам и ногам, и в этих условиях любая встреча была бы безумием. Проблему с Ленни Каватайо он хотел уладить самостоятельно, потому что чем больше людей будет знать об инциденте с Майклом Лучано, тем для него опаснее. Лука имел неосторожность спросить, почему он просто не откупится от этого бездельника. Реакция Кароллы его поразила: он взорвался и стал орать, ругая Луку за глупость, выплескивая таким образом на него весь накопившийся гнев. Вот только Каролла оказался не подготовленным к ответной реакции приемного сына.
Лука был разъярен не меньше, но он настолько хорошо владел собой, что его голос даже подействовал на Кароллу успокаивающе.
— Может, я и глуп, да только труп Джонни Морено нашли в машине с двумя ярдами туалетной бумаги, забитой в глотку. Тебе стоило бы повнимательнее выбирать людей, которых берешь себе в телохранители.
Каролла потрепал Луку по щеке и рассмеялся:
— Хорошо говоришь, парень, но, если мне понадобится твой совет, я сам тебя спрошу, ладно?
Каролла колебался: с одной стороны, ему нужно было с кем-то поговорить, а с другой — он не знал, как много можно рассказать Луке. Истинные причины, позволившие Каватайо его шантажировать, были глубже. Каролла впервые заговорил о том, что он почувствовал, когда родной отец предпочел ему Роберто Лучано.
— Представь себе, Лука, он выбрал его в присутствии глав всех семей. Как он мог, ведь я же его сын!
Лука обхватил лицо Кароллы ладонями и поцеловал его в губы.
— Папа, позволь мне сделать это для тебя. Когда ты увидишь, на что я способен, может, тогда ты позволишь мне быть твоим телохранителем, заботиться о тебе. Я твой сын, и, если с тобой что-то случится, я потеряю гораздо больше, чем любой из тех матерых мужиков, которыми ты себя окружил. Никто ничего не узнает, только ты и я.
Когда Ленни Каватайо позвонил в третий раз, Кароллы уже не было в Канаде. Лука объяснил, кто он такой, и сказал, что деньги у него. Ленни сообщил ему название маленького ночного клуба и велел приехать туда, сесть на пятый справа табурет возле бара, поставить портфель с деньгами на пол справа от себя и выйти из клуба.