Страница 20 из 23
— Не надо, — умоляюще сказала она и отшатнулась, когда он сделал движение, чтобы встать. — Нет!
— Нет?
— Мой разум отказывается понять это.
— А сердце?
— В этом-то вся беда. Оно мечется, как птица в клетке. Доминик…
— Джесс, я не прошу, чтобы ты предала Доминика, — мягко произнес Рауль. — Доминик — твой сын, твоя любовь, твое дитя. Он всегда будет занимать почетное место в твоем сердце, и в моем тоже. Он всегда будет незримо присутствовать в нашей семье. Джесс, можем мы стать семьей? Ты позволишь нам разделить твои чувства?
Джессика была на грани слез. Ей нужно время.
— Просто я… Рауль, я спущусь вниз, посмотрю, как там альпака.
— Тебе нужно побыть одной?
Он снова понял ее, но почему-то на сердце стало еще тяжелее.
— Пожалуйста…
— Иди, Джесс. Спроси у Бальтазара и Матильды, как тебе поступить. Но, кажется, я знаю, что они скажут тебе… — Рауль улыбнулся, лаская ее глазами. — Может быть, дорогая, тебе следует прикрыться?
Джессика схватила полотенце.
— Министр и его приспешники будут в шоке. Я скажу им, что иду в свои апартаменты за одеждой.
— Но ты вернешься ко мне после своей… консультации с альпака?
— Д-да. — Джессика замялась. Перед тем как принять решение, она должна быть уверена. — Теперь они уйдут? Мы достаточно скомпрометированы?
Рауль замер.
— Да.
— Наш брак не может быть аннулирован?
— Если ты сама не захочешь этого. Джесс, ты же не думаешь…
— Я не знаю, что я думаю, — простонала она. — Я только знаю, что не могу думать, когда смотрю на тебя.
— Правда? — с надеждой спросил Рауль, и у нее сжалось сердце. Ей хотелось отбросить полотенце и нырнуть в постель. Но…
— Мне нужно побыть одной, Рауль…
— Понимаю, — мягко сказал он. — Иди. Джесс…
— Да?
— Мне кажется, что я люблю тебя. И буду любить вечно.
Вечно. Внезапно ей стало страшно. Бросив на Рауля последний взгляд, Джессика вышла.
До приезда Клэр оставалось тридцать минут.
Быстро приняв душ, она надела джинсы и ветровку. Теперь можно уехать.
Альпака.
Джессика направилась в конюшню и, войдя в денник, замерла.
Бальтазар и Матильда лежали на сене.
С ними был Эдуар. Трое малышей спали, согревая друг друга.
Но это было не все. В углу на сене лежали подушки. Луиза. Помолодевшая и успокоившаяся, потому что она обрела внука и впереди была новая жизнь.
И Генри… старый дворецкий, верный рыцарь, охраняющий покой своей дамы.
Королевская семья Альп'Азури.
Джессика стояла и смотрела на них, пытаясь удержать слезы. Почему она плачет?
У Рауля счастливая, любящая семья. Теперь Эдуар в безопасности.
Но Доминика здесь нет, и эта мысль разрывает ей сердце. Какое право она имеет оставаться там, где нет ее сына? Это предательство.
Джессика вышла из конюшни. Слезы струились по ее лицу.
Она опустила руку в карман, чтобы достать носовой платок, и почувствовала что-то твердое.
Паспорт. Она положила его туда в утро свадьбы.
В долине показалась машина, приближавшаяся к замку.
Клэр.
Разве она может уехать?
Но остаться…
Нет. Прах Доминика — в Австралии.
Она едет домой.
— Мама!
Луиза проснулась, не сразу поняв, где она. Пахло свежим сеном. Ей было тепло, удобно, и никогда в жизни она не чувствовала себя так хорошо.
Благодаря Джесс.
Вечером Эдуар беспокоился об альпака, и она повела его в конюшню, где они увидели Генри, который пытался накормить их. Наконец ему это удалось, но животные никак не могли успокоиться. Эдуар расплакался, и Генри предложил остаться в конюшне.
Почему бы нет? — подумала Луиза. Ее сын женат, она по-прежнему будет жить в замке и станет растить внука. Впервые в ее жизни забрезжил свет.
И в какой-то момент ночью Генри взял ее за руку, и что-то еще изменилось в жизни Луизы. Пожилой вдовец, так долго бывший ее преданным слугой, внезапно стал кем-то большим.
Она лежала и улыбалась, с благодарностью думая о Джессике.
— Ну и спальня! — протянул Рауль. Луизе показалось, что его лицо осунулось.
— Мы здесь спим, — гордо сказал Эдуар, мгновенно проснувшийся от звука его голоса. — Ты тоже хочешь?
— Может быть, — сказал Рауль и повернулся к матери. — Мама…
— Мы с Генри собираемся пожениться, — сообщила она и улыбнулась, когда Рауль удивленно моргнул.
— Чудесно! Вы должны были сделать это много лет назад.
— Генри не соглашался. Но теперь… Я сказала, что если ты женился на Джесс, зная ее лишь один день, то я могу выйти за него замуж после тридцати лет знакомства.
Великолепно, но его интересует кое-что более важное.
— Мама, Джесс была здесь?
— Нет.
— Была, — неожиданно сказал Эдуар, и они удивленно посмотрели на мальчика.
— Она вошла на минутку, но это было очень, очень давно. Я притворился, что сплю. А потом я заснул.
— Ты видел ее?
— Ага. Она стояла, смотрела на меня и плакала.
— Плакала… — повторил Рауль, чувствуя, как у него сжимается сердце. Его Джесс плакала…
— Ты не можешь найти ее? — Луиза села.
— Мама, она плакала! Наверное, она уехала.
— Рауль, что ты говоришь?
— Ее обратный билет зарегистрирован на сегодня, — сказал Генри.
— Ты любишь ее? — нарушила молчание Луиза.
— Мне кажется…
— Ты думаешь, что любишь.
— Я сказал ей, что мне кажется, что я люблю ее.
— Но ты еще не полюбил?
— Мама…
— В конце концов, это был брак по расчету, — подумав, сказала Луиза. — Ничего страшного, если она уедет. Ведь ты не уверен, что любишь ее.
Какие глупости говорит его мать!
— Когда самолет? — резко спросил Рауль.
— Я не знаю. Она могла вылететь в Лондон десятичасовым рейсом.
Рауль взглянул на часы и выбежал из конюшни.
Дорога в аэропорт показалась Джессике бесконечной. Клэр не приехала: она прислала шофера. Забившись в угол, Джессика предалась грустным мыслям. Почему она ни с кем не попрощалась? Потому что Рауль уговорил бы ее остаться. Она струсила.
Нигде не чувствуешь себя так одиноко, как в аэропорту.
Джессика прошла регистрацию. До вылета оставалось три часа.
К ней приблизилась пожилая женщина.
— Простите, дорогая, не вы ли та леди, которая?.. — вежливо начала она.
Джессика посмотрела на нее невидящим взглядом.
— Извините. Мне показалось, что вы очень похожи на нашу принцессу. Я подумала, что вы, должно быть, родственница. — Женщина указала на газеты, которые пассажиры буквально выхватывали у продавца. На первой странице была фотография королевской четы. Принц Рауль и принцесса Джессика.
— Нет, — сказала она, смущенно улыбнувшись. Женщина с некоторым сомнением улыбнулась в ответ.
Джессика купила кофе и газету. Одна из статей привлекла ее внимание. Рауль говорил о своих надеждах и планах. Он намерен усовершенствовать систему здравоохранения, провести реформу образования и улучшить жилищные условия престарелых и обедневших слоев населения.
Он заканчивал словами: «С помощью принцессы Джессики все это станет возможным».
Она помогла ему; теперь Рауль справится сам.
Под фотографией Эдуара приводились слова Луизы: «Мы так благодарны принцессе Джессике. Теперь у Эдуара есть бабушка. Мальчику нужна мать, но это, к сожалению, невозможно».
Мальчику нужна мать. Джессика всматривалась в фотографию, с которой робко улыбался Эдуар.
Она не может.
Из-за Доминика?
— Я не могу подвергнуть себя такой боли, — громко сказала она. — Да, это эгоистично. Но разве все мы не эгоисты?
Пожилая пара за соседним столиком удивленно посмотрела на нее, и Джессика смущенно улыбнулась. Она разговаривает сама с собой. Первый признак сумасшествия. Она сходит с ума.
Зазвонил ее сотовый телефон.
Кто?..
Номер известен только Корделии. Вероятно, она узнала о свадьбе, подумала Джессика и не ответила.