Дракон

Но проснувшись утром, мы уже не чувствовали то ощущение нехватки силы, только не потому, что баланс энергии окружающего мира пришел в норму. Просто мы привыкли к этому, как я притерпелся к десятикратному уменьшению силы на Земле, и больше не испытывали дискомфорта. Позавтракав, мы первым делом добрались до скалистых склонов и вовсю начали использовать наши способности. Я ничего не обнаружил на расстоянии километра, а Алона вообще сказала, что в этих горах нет никаких признаков драгоценных камней, но спустя несколько десятков километров к юго-западу наблюдается какая-то странная аномалия, только не в недрах горы, а ближе к вершине, которую она никак не могла объяснить. Описывая ее мне, она говорила, что камень в этом месте становится белым и настолько ярким, что начинает слепить глаза. Посовещавшись, мы решили посмотреть, что там такое и вновь забрались на лошадей.

Спустя час мы достигли того самого места, которое привлекло внимание Алоны. Здесь нехватка энергии ощущалась еще сильнее, но при этом возникало такое чувство, что она словно всасывалась горой. Решив проверить предположение, я создал маленький светлячок, который, лишившись привязки, сразу устремился к камню, а потом исчез, словно впитавшись в него. Подивившись странностям, я сперва попытался было оставить Алону на стреме, чтобы не рисковать двоим, но сестренка уперлась и отправилась со мной на вершину.

Довольно долго мы поднимались по склонам, помогая себе левитацией и магическими захватами. Несмотря на то, что я опасался увеличения силы поглощения, этого не произошло, и скала не пыталась высосать из нас всю нашу энергию. Да и плетения, используемые нами, никак не реагировали на это воздействие, хотя сила, после того как они развеивались, сразу растекалась и впитывалась горой. Спустя час мы достигли скального выступа, образовывавшего большую ровную площадку, отчего-то незаметную с земли и осмотрелись. Впереди в горе чернели десяток больших и маленьких отверстий, похожих на пещеры. Они вели внутрь кряжа и терялись во тьме.

— Похоже, что легенды не врут, — пробормотал я, подходя к пещерам.

— Ты про что? — спросила Алона, отряхивая штаны.

— Здесь действительно жили драконы, — пояснил я, рассматривая стенки ближайшей пещеры.

— А почему ты так решил? Ведь эти пещеры могли сделать и маги. Смотри, какие они древние — края совсем разрушились.

Я покачал головой.

— Нет, они явно искусственного происхождения, но их сделали не маги. Погляди на стены — такое впечатление, что они оплавлены. Ни один маг не станет пользоваться огнем, чтобы сделать дыру в скале. Он использует горный разрушитель, лезвия, магические стрелы на худой конец, но только не огонь, так как это просто нерационально.

— Значит, драконы все же существуют! — радостно воскликнула Алона. — Это не сказки!

Я огляделся по сторонам, а потом ехидно сказал:

— Ты еще громче покричи, а то Каменный тебя плохо слышит.

Алона завертела головой во все стороны, но потом только укоризненно на меня посмотрела. Я улыбнулся и зажег большой светляк, а потом шагнул в самый большой ход. Сестренка решительно последовала за мной. К сожалению, этот ход закончился тупиком. Ну, не тупиком, а большой пещерой, в которой было пусто, если не считать мелких камней под ногами. Проверив три соседних хода, мы выяснили, что они уходят вглубь горы, но располагаются под углами от главного. Один заканчивался давно пересохшим озером, второй разделялся на десяток мелких, которые оказались тупиками, а третий был самым длинным, и вел вниз по спирали.

Пройдя почти три полных круга, мы заметили, что энергетические потоки начинают вести себя странно. Воспользовавшись магическим зрением, Алона издала удивленный возглас, после чего я увеличил свою чувствительность и увидел, как слабые потоки силы со всех сторон текли белесой дымкой, медленно закручиваясь гигантской воронкой и уходя вниз. Мы продолжили движение, но вскоре остановились перед большим завалом, который образовался из-за обрушившегося свода тоннеля несколько сотен (или тысяч, кто теперь точно скажет?) лет назад. Обследовав его своим даром, мы выяснили, что тянется он всего на сотню метров, но решили не разгребать его, а просто пробиться к следующему витку тоннеля, который был всего в метрах тридцати под нами.

Сказано — сделано. Спустя два десятка минут мы все в каменной пыли и крошке спускались вниз, отплевываясь от противного песка на зубах. Этот виток оказался последним и заканчивался большой пещерой, посередине которой было небольшое углубление с чем-то, которое не поддавалось описанию. Больше всего оно было похоже на пламя костра, которое застыло в один прекрасный миг и отчего-то раскрасилось при этом всеми оттенками синего. Этот костер был метров пять в диаметре, в самом центре синего, почти черного цвета, но постепенно светлел. Язычки пламени, похожие на лепестки цветов, были небесно голубыми.

— Что это? — прошептала Алона.

— А я знаю? — ответил я, не отрывая взгляда от этого странного застывшего пламени.

Поглядев на энергетические потоки, я понял, что они закручиваются гиганской воронкой и входят именно в него, но не поглощаются пламенем, а уходят все дальше вниз, распределяясь в толще горы, и оттуда снова попадая в окружающий мир. Такой своеобразный круговорот получается, но для чего и зачем — этого я объяснить не мог. Наконец, налюбовавшись издали на это чудо, мы решили подойти поближе. Алону, как она не отпиралась, я заставил остаться в нескольких метра от края синего пламени, а сам подошел к нему вплотную. Прислушавшись к своей молчащей интуиции, я решил потрогать один из лепестков.

Мои пальцы не встретили никакого сопротивления, а про нервам тут же ударило болью.

— ...! Чтоб тебя! — крикнул я и прижал к себе пострадавшую руку.

— Алекс, ты как? Дай посмотрю! — воскликнула подбежавшая Алона. — Ой!

При ближайшем рассмотрении повреждения нанесенные неизвестным науке пламенем были очень значительны. Средний и указательный палец на правой руке обуглились, превратившись в головешки, большому повезло больше — пострадала только одна фаланга.

— И ведь предупреждал я себя, что не все стоит сразу хватать руками! — прошептал я сквозь зубы, доставая кинжал.

— Алекс, что ты собираешься... — начала было Алона, но я резким движением срезал два пальца по самую ладонь, а потом отчекрыжил половинку большого, запустив процесс восстановления на полную катушку.

Кровь сразу же остановилась и начала образовываться молодая кожица. Посмотрев на пострадавшую кисть, я с облегчением вздохнул — боль ушла вместе с пострадавшими пальцами, а процессы регенерации протекали безо всяких неприятных ощущений.

— Алекс, ты как себя чувствуешь? — спросила меня испуганная Алона.

Видимо, моя операция произвела на нее сильное впечатление.

— Вроде нормально, — пожал плечами я и спрятал кинжал в ножны.

— Дурак! — крикнула сестренка и отвесила мне хороший подзатыльник, но тут же без перехода обняла меня и уткнулась в грудь, прошептав: — Я так перепугалась.

— Ничего страшного, — ответил я ей, в свою очередь обняв ее плечи и подергав за хвостик. — Я же живучий... Вот только странно, что интуиция молчала. Ни когда я совал пальцы в это синее нечто, ни когда ты мне по голове дала. Может тут действует какое-то поле, которое блокирует ее действие, или же...

— Алекс, ты просто невозможен! Другой бы на твоем месте стал сокрушаться о потере пальцев, а ты тут предположения строишь! Дай руку посмотрю.

Алона отстранилась от меня и взяла мою кисть. Сейчас я чувствовал, что процесс регенерации идет полным ходом, ладонь была горячей, а на кончиках пальцев пульсировала кровь.

— И что ты теперь будешь делать? — спросила сестренка, закончив осмотр. — Есть какие-нибудь плетения для отращивания пальцев?

— Может и есть, но я их не знаю, — ответил я. — Да ты не волнуйся так! Думаю, через пару десятиц пальцы сами вырастут.

— Что? — изумилась Алона.

— Я, правда, раньше никогда не терял конечности или еще что-нибудь, чтобы давать стопроцентную гарантию, но просто уверен, что это так. Кстати, тебя тоже нужно научить самолечению, но только после того как мы сделаем один очень важный опыт. Тебе он должен понравиться.