Страница 11 из 31
— Что это вас так забавляет? — неожиданно спросил Джонатан, и Дженнифер, к своему ужасу, поняла, что, очевидно, все ее мысли и чувства отражаются на лице.
— Забавляет? — удивленно переспросила она. — Не понимаю, что вы имеете в виду.
Джонатан пожал плечами.
— Впрочем, мне нет никакого дела до вашего настроения. Итак, кто этот парень, с которым вы повздорили?
— Я вовсе не упоминала ни о каком парне, — растерянно сказала Дженнифер.
— Да, но вы и не отрицали, что все дело в нем, — возразил он. — Итак, признавайтесь. Я требую этого на правах приютившего вас человека.
От возмущения Дженнифер хотела выплеснуть в это самодовольное лицо остатки сока, но она взяла себя в руки. Она видит этого человека в первый и в последний раз. Надо по возможности удовлетворить его любопытство и откланяться.
— Парень, о котором идет речь, — сказала она, — был моим женихом. Но сейчас он путешествует по Европе со своей подружкой, вместо того чтобы проводить со мной медовый месяц. Надеюсь, вам все понятно? О, я вижу, моя история пришлась вам по душе!
Дженнифер видела, что Джонатан удивлен и даже находится в некотором замешательстве. Но ей, сказать по правде, это не доставило никакого удовольствия.
Джонатан вдруг выпрямился в кресле и взглянул на Дженнифер с сочувствием, которое, впрочем, она сочла наигранным.
— Простите, — сказал он.
Его голос звучал теперь столь мягко, почти нежно, что Дженнифер вздрогнула от неожиданности и с изумлением взглянула на Джонатана. Она не ожидала от него подобной участливости.
— Ваш парень — последний дурак. Впрочем, я уверен, что вы это уже поняли.
Дженнифер растерянно заморгала. После разрыва с Кристофером многие друзья и знакомые пытались утешить ее, но она ни разу не слышала соболезнований, высказанных в подобной форме. Дженнифер немного приободрилась, чувствуя, что Джонатан ее понимает, и промолвила, стараясь, чтобы ее голос не дрожал от волнения:
— Вообще-то, если верить нашим общим знакомым, эта девица у него не первая. Мы жили вместе три года, и я даже не подозревала о его постоянных изменах. — На лице Дженнифер появилась жалкая улыбка. — Ну и кто я такая после этого, как вы думаете?
— Человек, родившийся в рубашке, — заявил Джонатан совершенно серьезно. — Вам просто повезло. Я имею в виду, что вы довольно легко избавились от этого типа. Подумайте только, вы ведь могли прожить с ним жизнь и только на закате дней узнать, каким негодяем был ваш муж. Да он просто щенок, подросток, так и не ставший мужчиной! Предоставьте кому-нибудь другому взращивать и пестовать его, а сами живите настоящей жизнью. Инфантильные мужчины не для вас.
Дженнифер впервые столкнулась с подобной точкой зрения, но понимала, что Джонатан абсолютно прав. Если бы Кристофер не покинул ее, ничего хорошего из их брака не вышло бы. Опорой их союза всегда была она, и так продолжалось бы и дальше. Вообще-то Дженнифер не принадлежала к тем женщинам, которые стараются все решать сами, но безволие и слабохарактерность Кристофера заставляли ее постоянно брать инициативу в свои руки. А он тем временем, оказывается, порхал от одной любовницы к другой.
Нет, у них не могло быть будущего! Возможно, Кристофер когда-нибудь и повзрослеет, но Дженнифер это уже не интересовало. Ее жених не созрел для прочных длительных отношений, для создания семьи, а это было для Дженнифер самым главным.
Она подняла голову и взглянула Джонатану в глаза.
— И что дальше? — спросил он.
— Ничего. Эта девушка высокая и стройная. Она действительно очень красива. И зовут ее Лу.
— Она тоже ваша близкая знакомая, — предположил Джонатан.
Пораженная его проницательностью Дженнифер кивнула.
— А что вы вообще думаете о ваших общих знакомых? — неожиданно спросил он.
Дженнифер задумалась. После разрыва с Кристофером ей очень хотелось изменить если не свою жизнь, то хотя бы обстановку. В Торонто у них был тесный круг знакомых, давно сложившийся и устоявшийся. Они посещали одни и те же рестораны и клубы, постоянно сталкиваясь друг с другом. Да и работали они примерно в одном и том же районе. То, что Дженнифер сошлась с Кристофером, не было случайностью. Странным казалось то, что он раскрыл свою сущность до свадьбы и они вовремя расстались. Вот уж действительно ей повезло!
Во всяком случае, Дженнифер сделала для себя несколько открытий.
Во-первых, она могла выжить в этом мире, к которому Кристофер, по всей видимости, был совершенно неприспособлен. Во-вторых, из их общих так называемых друзей лишь нескольких человек Дженнифер, положа руку на сердце, могла назвать своими близкими приятелями. В-третьих, если бы не Кристофер и их планы создать семью, она уже давно плюнула бы на свою работу в журнале и уехала бы в какое-нибудь захолустье, чтобы в деревенской тиши трудиться над серьезными аналитическими статьями и попутно писать прозу, к чему ее всегда тянуло. У Дженнифер уже было несколько замыслов романов и повестей, которые ждали своего воплощения. В-четвертых, ей было необходимо именно сейчас почувствовать себя человеком, уважаемым членом общества, а не брошенной каким-то прохвостом невестой. И она во что бы то ни стало хотела добиться признания.
— Вы, наверное, хотите сказать, что это не мое дело, — заметил Джонатан, прищурившись.
— Вовсе нет, — искренне возразила Дженнифер и, поддавшись внезапному порыву, выложила все свои соображения.
Она не отдавала себе отчета в том, что делает. Дженнифер просто хотела излить душу, высказать все, что наболело. Все события сегодняшнего дня казались ей теперь нереальными, как будто они случились не с ней, а с кем-то другим, незнакомым. По всей видимости, болеутоляющие средства продолжали оказывать на нее воздействие. Дженнифер ощущала пустоту в голове и была необычно словоохотливой, забыв, что лишь полчаса назад мужчина, сидящий напротив нее, казался ей омерзительным. Джонатан слушал внимательно, не перебивая.
Когда она закончила свою исповедь, он кивнул и сказал:
— Делайте то, что вам кажется самым необходимым.
Дженнифер, которая в этот момент отчаянно нуждалась в поддержке, ловила каждое его слово. Она хотела задать Джонатану вопрос, но в этот момент на пороге гостиной появилась Дороти с костылями в руках.
— Ну вот видите, я их в конце концов нашла! — широко улыбаясь, объявила она. — Теперь наша гостья сможет ходить. Кстати, ужин готов.
Передвигаться на костылях оказалось не так-то просто. Столовая в этом просторном доме находилась на значительном расстоянии от гостиной, но Дженнифер все-таки кое-как доковыляла. Ей было любопытно, как выглядит столовая, она ожидала увидеть нечто необыкновенное, и ее ожидания оправдались. Обитые бежевым шелком стены, тяжелые портьеры коричневых тонов на окнах, поддерживающие перекрытия помещения позолоченные столбы, напольные вазы, в которых стояли живые цветы… Дженнифер даже зажмурилась на мгновение от восторга.
Огромный обеденный стол, установленный в центре столовой, был рассчитан не меньше чем на пятнадцать персон. Заботливая Дороти накрыла ужин на том конце стола, который располагался ближе к огромному пылающему камину, выложенному из розового мрамора. Дженнифер растерянно взглянула на два стула, стоявших рядышком, и только теперь осознала, что ей придется ужинать, находясь в непосредственной близости от Джонатана.
— Зачем такая торжественная обстановка? Ей-богу, в этом не было никакой необходимости… — пролепетала она.
Джонатан с удивлением взглянул на нее.
— Я всегда ем здесь, — сказал он. — Дороти просто поставила рядом еще один прибор.
Так, значит, обычно он ест один? — подумала Дженнифер. С одной стороны, ей казалось, что у такого роскошного огромного дома непременно должна быть хозяйка, жена Джонатана. Но, с другой стороны, Дженнифер было трудно представить этого человека женатым. Почему? Так и не найдя ответа на этот вопрос, Дженнифер села на тот стул, который выдвинул для нее Джонатан.
— Думаю, вам уже можно выпить бокал вина, — сказал Джонатан и, указав на бутылки, спросил: — Какое предпочитаете? Белое или красное?