Страница 4 из 13
Кто бы стал предлагать принцу девиц, бывших в употреблении? Медкомиссию мы зверскую прошли. Или, всё-таки стали…
Я, кажется, слегка покраснела, сливаясь по цвету с омарами.
— Не переживай, сестрёнка, — похлопал меня по плечу Джордж, — порядочные девушки нынче в цене. А уж те, которые так готовят омаров…
— Между прочим, Эрсель она считала иностранной шпионкой, — продолжил откровения Жорж. Или меня спасал от насмешек — Селену — деревенской ведьмой, Ванессу — злобной фурией, а Клотильду просто тихо ненавидела.
— Вот дура, — простонала тихо.
Причём ни гости, ни я сама не поняли, кого конкретно имела в виду, себя или баронессу Йенч.
— Петь, самокритика тебе не идёт, — успокоил меня Джордж, а Вольф согласно ему кивнул. — Ты лучше ругайся, так привычнее. И готовишь ты изумительно. Почему раньше этого мне не говорила?
— Ты не спрашивал…
— Могла бы похвалиться. Повезло хиппам с королевой…
— Ага, — ухмыльнулась, — и на весь Темсарский мир приготовила б я пир!
— А когда ваша свадьба? — неожиданно спросила Хлоя.
Ар-р-ргентум с гидрар-р-ргирумом! Вот зачем она так?
— В день зимнего солнцестояния, — сообщил дату нашей свадебной церемонии Вольф.
— В самый короткий день, — скуксилась Хлоя.
— Зато, какая ночь длинная! — Джордж подмигнул почему-то Вольфу. Видно ему не рассказали историю про мои супружеские долги, иначе подмигивал бы мне. Знаю я этого наглого насмешника. Уж вдоволь бы потешился над неопытной мной.
— Какая разница, — буркнула я недовольно. — Сессия как раз начнётся… Совсем я учёбу забросила.
— Это точно, — поддакнул Вольф, — расслабились мы с тобой. Надо срочно навёрстывать упущенное.
— Мне Пушистика и эм гэ тэ, как дипломную работу засчитали, — похвалилась Хлоя.
Ну, хоть кому-то везёт. А мне три экзамена ещё сдать осталось за этот семестр. Придётся прервать наше отшельничество и возвращаться в цивилизацию. И свадьба эта купоросная ещё…
Глава 2
— Главное, не ошибиться в выборе тайны, которую нужно раскрыть.
Вольф проводил меня, убедившись, что самостоятельно в дом родной я перемещаюсь вполне уверенно, точку выхода определяю правильно, в стены с разбега не впечатываюсь.
— Что же… теперь я за тебя почти спокоен. Но, прошу, особо не экспериментируй. Запрещать тебе всё равно что-либо бесполезно, — вздохнул муж. Хотя, в этот момент он больше был всё-таки Учитель.
— А ты не запрещай… Может, я и сама не буду, — скромно опустила глазки.
— Ты сама-то в это веришь? — рассмеялся Вольф. — Это будет уже не моя Петра…
— Твоя, твоя… Ладно, вечером вернусь, — чмокнула его в щёку, — не скучай!
— Не забудь передать господину Вальдеку, что завтра я к нему зайду, — Вольф ответно поцеловал меня и вернулся телепортом в хижину.
— Ри! Ли! Я дома! — сообщила я родственникам о своём прибытии.
На лестнице показалась заспанная Лизетта. В белом махровом халате, с замотанной вокруг головы светло-русой косой, она сейчас была похожа на снежную… нет, не бабу, на снежную зиму. Мягкую, пушистую.
— Петь, а Рихтер в поездке… — она аппетитно зевнула и потянулась. — Я одна тут скучаю. Ты надолго?
— Ой, прости меня, Ли, я совсем про тебя забыла! Я сейчас в университет схожу, а вечером, давай к нам в хижину? А? На море сейчас так хорошо! Тепло ещё…
— Вольф придёт? — оживилась она.
— Я сама научилась! — похвалилась я своими последними достижениями.
— Так это ты у Марии хлеб ста… без спросу брала? — подозрительно сощурилась Лизетта. — Она уже всю голову сломала, куда каравай делся! Не могла, что ли сказать?
— Мне некогда было… — недовольно поморщилась, припомнив, какую взбучку мне устроил суровый профессор Сарториус за излишнюю самостоятельность и самонадеянность. Это при гостях он меня дискредитировать не стал, а потом чуть ли с хворостиной по всему двору гонялся, грозясь отлупсачить мою королевскую задницу. Пришлось спасаться от него на крыше. Но попе так и так досталось…
— Петюня, последнее время ты всё куда-то спешишь! — Лизетта спустилась со второго этажа и угнездилась в своё любимое кресло-качалку у камина. — Я не успеваю следить за событиями. А как ты успеваешь в них принимать участие, вообще ума не приложу!
Я с умилением посмотрела на уютную и такую домашнюю родственницу.
— Я очень стараюсь, Ли. Ладно, я побежала, — поцеловала её в темечко. — До вечера!
— Ты хоть позавтракала? — крикнула она мне в спину.
— Угу…
Я, почти бегом, припустилась по улицам родного города, на ходу замечая, какие изменения произошли за время моего отсутствия. В прошлый раз депрессивное состояние не оставило мне такой возможности. Тогда для меня всё было темно, мрачно и безысходно. А сейчас я любовалась облетающими деревьями, поздними цветами на клумбах и с удовольствием вдыхала запах осеннего города. За квартал до университета догнала свою сокурсницу Миранду. Приятельница обрадовалась моему возвращению и кинулась обниматься.
— Петра! Зелёные каракатицы тебя дери, куда ты подевалась? То мрачная ходила после того королевского конкурса, то нам сообщают, что ты замуж скоропалительно за какого-то вождя племени вышла?! — Я загадочно улыбнулась. Брови её поползли вверх, она всплеснула руками и недоумённо пробормотала. — Что? Вышла? За вождя?
— За короля… — скромно потупилась и протянула ей руку с колечком Вольфа, — Темсарии.
Миранда даже остановилась, хотя времени до начала лекций почти не осталось, а опоздания карались в нашем университете довольно строго. Девушка, сначала долго разглядывала моё украшение, потом начала тыкать в меня указательным пальцем, пытаясь что-то членораздельно сказать, но исторгала только отдельные звуки.
— Фыр… хт… уёо… ить… Тем… сария? Это где? — наконец вымолвила Миранда.
— Это государство хиппов.
— Полный абзац! И ты теперь их королева? Родить мне черепашку, Габриэлла в осадок выпадет! Слушай, как тебе это удалось?
— Стечение обстоятельств… трагическое! — хохотнула я и потащила её дальше. — Опоздаем же!
На лекцию мы успели, но вот пойти на неё мне не посчастливилось, так как срочно потребовалось выяснить отношения… с господином фон Вальдеком. Такого спустить на тормозах я никак не могла!
Живописный портрет королевы Темсарии Алфеи в полный рост встретил меня в холле главного корпуса университета. Я так и замерла, глядя на этот шедевр бездарного малеванья. Вокруг меня тут же собралась кучка любознательных студентов, с интересом наблюдающих за моей реакцией. Ещё бы, не каждый день в университете перед лекциями устраивают представления… коронованные особы. Спасибо, реплик не кидали, предоставив комментировать это убожество мне самой.
Я злобно шипела сквозь зубы, прилагая титанические усилия, что бы слюна не стала ядовитой, ибо полотно впечатляло своей бездарностью. Образцом моей физиономии для маляра, так как назвать его художником язык не поворачивался, видимо, послужила моя фотография со студенческого билета почти четырёхлетней давности. На ней я выглядела такой удивлённой девочкой — припевочкой с робкой улыбкой. Кроме того, автор решил мне польстить и значительно увеличил и так немаленькие глаза. Так что на портрете я была похожа на тощую, удивлённую инопланетянку в несуразной короне и вычурном бальном платье красного цвета — кошмар дальтоника.
— О-о-о!!! А-а-а… У-у-у… Урою гада в негашёной извести! Живьём! — прорычали во мне рассвирепевшие одновременно королева Алфея и алхимик Петра.
Что характерно, портрет не понравился обеим. Я честно попыталась сосчитать до десяти и хоть как-то успокоиться, но эффект получился обратный ожидаемому. Разозлившись ещё больше, я решительно направилась в кабинет ректора.
Студенты, коим посчастливилось присутствовать при этой сцене, с любопытством последовали за мной. Интересно же понаблюдать, как студентка, но королева, но таки студентка, будет разбираться с ректором.