Страница 43 из 100
— Да. Хорошая идея. — Они направились внутрь, и Фьюри сказал. — Можно у тебя кое-что спросить?
— Конечно. Что тебе нужно?
Фьюри остановился около стола для пула и поднял восьмой шар.
— Когда ты работал в отделе по расследованию убийств, ты ведь видел много травмированных людей, так? Ну, тех, кто потерял мужей или жен… сыновей или дочерей. — Бутч кивнул, и он продолжил. — Ты когда-нибудь пытался узнать, что с ними происходило после? Ну, с теми, кто остался после проведения расследования. Ты не знаешь, как они справлялись со всем этим дерьмом?
Бутч потер бровь большим пальцем.
— Я не знаю.
— Да, думаю, ты просто не совсем понял…
— Но могу тебе сказать, что я не справился со всем этим дерьмом.
— Ты имеешь в виду, что все эти мертвые люди продолжают преследовать тебя?
Человек покачал головой.
— Ты забыл сестер. Братьев и сестер.
— Что?
— Люди теряют мужей и жен, дочерей и сыновей… братьев и сестер. Я потерял сестру, когда мне было двенадцать. Двое парней схватили ее за школьной бейсбольной площадкой, они избивали и насиловали ее, пока она не умерла. Я так и не смог справиться с этим.
— Господи…
Фьюри замолчал, осознав, что они больше не одни.
В дверном проеме стоял обнаженный по пояс Зейдист. С головы до пят он был покрыт потом, словно пробежал тысячи миль.
Фьюри взглянул на близнеца и мгновенно почувствовал знакомое ощущение тяжести, словно Зед был чем-то вроде зоны с низким давлением.
Его голос был резким:
— Я хочу, чтобы вы оба пошли со мной после захода солнца.
— Куда? — Спросил Бутч.
— Бэлла хочет съездить к себе домой, но я не собираюсь брать ее туда без подкрепления. Мне может понадобиться машина, если она захочет взять какую-нибудь хрень с собой, и хорошо бы, чтобы кто-то осмотрел место прежде, чем мы там появимся. К счастью, из подвала ведет туннель — если дела пойдут совсем паршиво. Я осмотрел его прошлой ночью, когда приходил ее вещами.
— Я поеду, — сказал Бутч.
Взгляд Зейдист переместился на Фьюри.
— Ты тоже, Фьюри?
Через секунду Фьюри кивнул.
— Да, я тоже.
Глава 22
Той же ночью, когда луна поднялась в небе еще выше, О со стоном поднялся с земли. Он ждал на краю луга уже четыре часа — сидел здесь с самого захода солнца в надежде, что кто-то покажется рядом с домом… но никого не было. Так продолжалось уже два дня. Ну, ему показалось, что он видел что-то прошлым утром, перед самым восходом: словно внутри двигалась какая-то тень. Но что бы это ни было, он видел его лишь раз.
Он бы чертовски хотел использовать все ресурсы Общества в поисках своей жены. Если бы он только мог послать каждого лессера… Исключено, это все равно, что приставить пистолет к своей голове. Кто-нибудь обязательно сболтнул бы Омеге, что все внимание сосредоточено на одной единственной женщине. И это, несомненно, стало бы огромной проблемой.
О посмотрел на часы и чертыхнулся. Кстати об Омеге…
На сегодняшний вечер у О было намечено очередное веселье у хозяина. Выбора не было — нужно было явиться на чертово свидание. Лишь оставаясь востребованным, он имел возможность вернуть свою женщину, и не собирался рисковать собственным существованием, лишний раз пропуская встречу.
Он достал телефон и вызвал трех Бет, чтобы те следили за домом. Им было известно, что в этом месте часто собирались вампиры — это, по крайней мере, служило достаточным оправданием.
Двадцать минут спустя он услышал приглушенный снегом топот убийц, пробиравшихся через лес. Трое крупных мужчин только что прошли посвящение — их волосы еще были темными, а кожа покраснела от мороза. Они были счастливы оказаться полезными и полностью готовы к бою, но О приказал им лишь смотреть и наблюдать. Если кто-нибудь появится, они не должны будут атаковать, пока этот кто-то не попытается уйти. Но, в любом случае, пойманный вампир должен остаться живым, мужчина он или женщина. Без исключений. О решил, что если гостями станут члены семьи его жены, то они сначала разведают местность, а уж потом позволят ей дематериализоваться. А если она мертва, и ее родственники придут за вещами, то он хотел бы поймать семью в рабочем порядке, что бы узнать, где ее могила.
Проинструктировав Бет, О через лес отправился к своему грузовику, спрятанному среди сосен. Оказавшись на 22-ом шоссе, он увидел, что лессеры припарковали свой Эксплорер справа от дороги, меньше чем в полумиле от поворота, ведущего к амбару.
Он позвонил этим идиотам и приказал использовать наконец свои гребаные мозги — переставить машину в другое место, перепрятать ее. Затем он сел в грузовик. Мысли о женщине никак не покидали его головы, отвлекая от дороги. Он видел ее во всей красе: в душе с влажными волосами и блестящей кожей. Так она была особенно чиста…
Но потом картина изменилась. Он представил ее обнаженной, лежащей под этим уродливым вампиром, укравшим ее. Мужчина трогал ее… целовал ее… двигался внутри нее… И ей это нравилось. Сучке нравилось это. Ее голова откинулась назад, она стонала, кончая как шлюха… желая большего.
Руки О с силой сжали рулевое колесо — костяшки пальцев грозили выскочить из-под кожи. Он попытался успокоить себя, но гнев его был словно питбуль, скованный гирляндой вместо цепи. Тогда с ужасающей ясностью он понял: если она еще не умерла, то он убьет ее, как только обнаружит. Ему лишь нужно было представить ее с похитителем-Братом — и его разум отключался полностью.
В этом не было проблемы. Но жизнь без нее стала бы ужасной, после ее смерти он погрузился бы в суицидальные мысли, и ему потребовалось бы лишь выкинуть какой-нибудь трюк, что бы заслужить наказание и погрузиться вечность Омеги. После смерти все лессеры возвращались к хозяину.
Но потом он подумал о другом. Представил свою женщину много лет спустя: ее кожа и волосы побледнели, глаза цветом походят на облака — она лессер, как и он. Идея была настолько великолепной, что его нога соскользнула с педали газа, и машина остановилась посреди 22-ого шоссе.
Если бы все получилось, она бы вечно принадлежала ему.
К полуночи Бэлла натянула свои голубые джинсы и красный свитер, который так любила. Затем она прошла ванную, стянула с зеркала полотенца и взглянула на себя. В отражении появилась знакомая женщина: синие глаза, высокие скулы, полные губы, густые темно-коричневые волосы.
Она подняла край свитера и взглянула на живот. Кожа выглядела безупречно — от имени лессера не осталось и следа. Она провела по тому месту, где раньше были буквы.
— Ты готова? — Спросил Зейдист.
Она взглянула в зеркало. Он отражался рядом с ней — весь в черном, увешан оружием. Угольные глаза устремлены на обнаженный участок ее кожи.
— Шрамы зажили, — сказала она. — Лишь за двое суток.
— Да. Я рад.
— Мне страшно идти домой.
— Фьюри и Бутч пойдут с нами. У тебя достойная защита.
— Я знаю… — Она опустила свитер. — Просто я… что если я не смогу войти внутрь?
— Тогда мы попробуем в другой раз. Будем пробовать столько, сколько потребуется.
Он подал ей парку. Надевая ее, она сказала:
— У вас есть дела и поважнее, чем присматривать за мной.
— Не сейчас. Дай мне руку.
Ее пальцы дрожали, когда она потянулась к нему. В голове проскользнула смутная мысль: он впервые попросил дотронуться до него. И она надеялась, что это прикосновение перерастет в объятие. Но ему были нужны не ласки — он вложил в протянутую руку маленький пистолет, даже не дотронувшись до кожи.
Она с ужасом отпрянула.
— Нет, я…
— Держи его вот…
— … подожди минутку, я не собираюсь…
— …так. — Он расположил маленький ствол на ладони. — Это предохранитель. Включен. Выключен. Понятно? Включен… выключен. Чтобы убить им, тебе придется подойти к противнику вплотную, но он заряжен двумя пулями, которые замедлят лессеров и дадут тебе достаточно времени, что бы убежать. Просто прицелься и нажми на курок дважды. Взводить его не нужно. И целься в туловище — это самая крупная мишень.