Страница 30 из 68
— И она меня бросит в урну, как яблочный огрызок.
— Этого я не знаю. То, что творится в ее голове, никто предположить не может. Она непредсказуема, она прекрасна, она неуправляема. За это я и любил ее. Мари играла со мной, как кошка с мышкой, потом выгнала, послала ко всем чертям, а сейчас поманила пальцем, и я, как преданный пес, прибежал ей служить, пока она снова не вышвырнет меня.
Помолчав, Анри пожелал Наташе спокойной ночи и ушел.
Слишком киношной выглядела история, преподнесенная красавцем-блондином с печальным взглядом. Но в рассказе имелась железная логика. За некоторым исключением. Правда, Анри сам многого мог не знать и высказывал только догадки. Он мог не знать о трупе на затонувшей яхте, а если и видел его, то почему о трупе должна была знать его слушательница? По словам Анри, муж Мари не умел плавать. Тогда зачем она приковала его наручниками к иллюминатору? Оглушила, заперла — и порядок.
Далее. Не слишком ли легко опытный мафиози Францетти поверил рассказу Мари. Там, где рыбаки подобрали ее, большие глубины. Яхты класса «Голубой Делии» не тонут в открытом море даже в сильный шторм. Кому же верить? Здесь все друг друга боятся. Мари предупреждала, что Анри постарается переманить ее на свою сторону. Своим способом. Возможно. Обними он Наташу и помани за собой, вряд ли она смогла бы устоять. Он хорошо придумал. Вряд ли мучился бессонницей. Ждал подходящей минуты. Белый халат, небрежно наброшенный на сильное, загорелое тело, хорошо уложенные волнистые волосы, не тронутые подушкой. И все же он ошибся. Надо было тащить бабу в постель, пока она млела под лунным светом, а не пускаться в демагогию. Наверняка большего бы добился. Но теперь поздно, партия сыграна. Он хотел показать свои страдания, безответную любовь брошенного мужчины. Но этот образ ему не идет. Не подходит Анри на роль брошенного любовника, преданного одной женщине. Уже интересно. А что ей скажет третий участник игры? Какова будет его версия? Какой подход выберет Рауль? Он самое слабое звено в цепи. Не так красив, как Анри, и не так умен, как Мари. И все же у него есть веский аргумент. Это Рауль увидел Наташу в море, спас ей жизнь. Можно ли выступить против своего спасителя, простака, мечтающего разбогатеть, но не оставляющего человека в беде. Пусть он без царя в голове, смешлив, рассказывает пошлые анекдоты и сам над ними смеется, но ведь не злой, не держит камень за пазухой. К нему не страшно повернуться спиной.
Сейчас интрига на яхте казалась Наташе ребусом, над которым можно поломать голову от нечего делать, отдохнуть от бесконечных мыслей о побеге, державших ее в напряжении на протяжении трех с лишним лет. Это ли не счастье! Всерьез она ничего не воспринимала. Слишком тихо и хорошо здесь было.
На следующее утро, когда мужчины ушли в море и Наташа осталась наедине с Мари, она с трудом удерживала себя от вопросов и желания сказать о разговоре с Анри. Но она не решалась начать. Начала Мари.
— Как тебе удалось устоять перед соблазном переспать с Анри? — холодно спросила она.
— Очень просто. Он меня не захотел. Подозреваю, что я слишком износилась за последние три года и уже не интересую мужчин.
— Странно. Какую же еще он мог выдумать тактику, если отказался от своего беспроигрышного приема? С его-то умом…
— Он разыграл карту мученика, влюбленного принца, брошенного коварной обольстительницей.
— Идиот! Упустил свой шанс. У него на лбу написано «альфонс», а он в страдальцы решил записаться.
— Извини, я не решилась давать ему советы, каким способом переманить меня на свою сторону, но уверяю, не зря потеряла время, Анри оказался интересным рассказчиком.
Наташу прервал шум моторной лодки. Она по-дошла к иллюминатору и глянула на море.
— Бог мой! Это полицейский катер. Там человека четыре в форме.
— Теряют терпение мальчики. Слишком долго ждут. Сочувствую. Спрячься за дверью, Натали. О тебе им ничего знать не нужно.
Шум мотора приближался, и вскоре послышались мужские голоса. Полицейских никто не встретил, каюту они нашли сами. Один из них говорил по-французски, но очень плохо.
— Это яхта Рауля Моралиса, мадам?
— Совершенно верно.
— Где же хозяин?
— Он с приятелем на рыбалке. Любит подводную охоту и свежую рыбу к обеду.
— Это их лодка стоит в сотне метров от яхты?
— Вы правы.
— Опасное место выбрали для стоянки.
— Я не выбирала. Мое дело — отдых. Рауль сказал, что в этих местах много хорошей рыбы.
Двое полицейских пошли осматривать яхту, а офицер начал прохаживаться по каюте, объясняя при этом цель визита.
— Мы делаем предупредительный рейд, мадам. С запада надвигается тайфун. Он уже прошел в пятидесяти милях к югу от Кипра и идет в нашу сторону. Завтра во второй половине дня будет здесь. Точно сказать нельзя, заденет он Мальту или нет, но мы готовимся. Вам надо вернуться на берег. В море оставаться опасно. Тем более в этих местах. Яхту разобьет о рифы, как скорлупу. С тайфуном шутки плохи.
— Я вас поняла, офицер. Сегодня же вечером мы вернемся на остров. Я не люблю качку.
— Что у вас с ногой?
— Поранила о камни, когда купалась. Пустяки, но в соленую воду опускать ногу не желательно.
Офицер остановился возле двери, за которой стояла Наташа. Она напряглась.
— С документами у вас все в порядке?
— Я похожа на африканскую нелегалку? Яхта нанята официально через клуб. Можете проверить.
— Ну зачем же! Мы страна гостеприимная, рады гостям и стараемся делать все, чтобы отдых им нравился. Но и о безопасности забывать нельзя.
— Спасибо за заботу.
— Передайте Раулю, чтобы он включил рацию. Мы с ним свяжемся. И пусть поинтересуется прогнозом погоды. Нельзя отключать связь, выходя в море. Он это знает, но почему-то не следует инструкциям.
— Не беспокойтесь, я все ему передам. Вы меня немного встревожили. Жаль, если погода испортится. Мне здесь очень нравится.
— Тайфун пройдет за сутки, а то и меньше. Это не частое явление, тем более летом. Но стихия непредсказуема.
— Я вам очень благодарна, офицер.
Еще раз оглядев каюту, он вышел.
Несколько минут полицейские еще разговаривали, стоя у борта, что-то нашептывали своему командиру, тот кивал головой. Потом они спустились на катер. Наташа вышла из укрытия и прильнула к иллюминатору.
— Почему они никого не увидели в лодке? Рауль и Анри по одному ныряют.
— Тот из них, кто был в лодке, не захотел светиться и прыгнул за борт. Думаю, что это Анри. Если он наметил один вернуться на берег, значит, не хочет, чтобы его связывали с этой яхтой. Полицейские нервничают. Ишь, всю яхту обшарили. Мы здесь слишком задержались.
Наташа присела к столу и налила себе вина.
— У меня душа в пятки ушла. Давно я не испытывала чувство страха. Так ты думаешь, что надвигающийся тайфун — это блеф?
— Возможно. Но в любом случае мы из этого места не уйдем. Они не могли не заметить стеклянный буй и теперь знают точное место, где идет работа. Хотят нас отсюда выкурить и взять добычу. Не выйдет.
— Вооруженные полицейские… Что ты им противопоставишь?
— Мы запаслись оружием. Точно не знаю, как это называется, но один снаряд может сбить самолет, для того они и предназначены, или подбить танк.
— Полицейские обнюхали яхту, как псы на таможне. Может, они подозревают что-то в этом роде?
Мари засмеялась:
— Еще как подозревают. Только найти ничего не смогут. Герметичные ящики с ракетами привязаны к якорной цепи и лежат на дне. Вот когда мы поднимем деньги на борт, тогда и оружие подготовим к обороне, и ни одна зараза к нам не подойдет на пушечный выстрел, пока мы не высадимся на Корсике.
— На Корсике? Я так и думала, что ты не захочешь возвращаться на Мальту.
— Конечно! Кто же добровольно идет в расставленные силки! На Корсике заготовлено другое судно. Мы и на берег выходить не будем, перегрузимся у причала. У меня все продумано. Если только наши кавалеры не нарушат мои планы и не начнут действовать на опережение.