Страница 12 из 92
Потом вспоминал. Детство, школу, юность. Маленький кусок жизни мог превратиться в долгий эпизод. Он останавливал картинку, рассматривал, вспоминал слова, жесты, поворот головы собеседника.
Так прошла неделя. Иногда в камеру заглядывал прапорщик, обводилдолгим внимательным взглядом лежащего на кровати арестанта, и так же молча исчезал. И опять тишина.
На восьмые сутки, ближе к вечеру, дверь в камеру открылась, и конвоир впустил человека в штатском.
Немолодой, полноватый мужчина, с круглым лицом и светлыми пшеничными усами. Он прошел к столу и опустился на табурет. Алексей после вспоминавший первый визит куратора, всегда поражался способности комитетчика вызывать приязнь. Вроде и не сказано еще ни слова, а уже установилось некое подобие отношений.
Леха приподнялся на кровати, выжидающе глядя на гостя. Тот в свою очередь смотрел на него. Наконец, что-то решив, протянул руку и сказал. — Ну, Алексей, давай знакомиться. Зовут меня Павел Андреевич.
Алексей автоматически пожал крепкую ладонь и прокашлялся. А гость продолжил. — Меня прислал человек, которому ты отправил письмо с борта яхты.
Он, давая время собеседнику прийти в себя, осмотрелся.
— А что неплохо, жить можно. Кстати, нас сейчас не слушают. — Он махнул рукой вокруг.
Алексей попытался примерить образ простака, но передумал, поняв, что с этим человеком номер не пройдет.
— Я предлагал услуги, не рассчитывая попасть сюда. — Ответил он просто.
— Давай с начала — Поерзал гость, устраиваясь удобнее. — Первое — приняли тебя, прости за жаргон, по приказу тех о ком ты мог прочитать в файле. Мне поручили встретиться с тобой, прояснить смысл твоего письма, совсем другие люди. Хозяева этого богоугодного заведения тоже не всемогущи и полностью тебя изолировать не в силах.
Как нам стало известно. Ноутбук ты утопил, искать бессмысленно, файл никому не отправлял, поэтому я прибыл с одной просьбой. — Он многозначительно акцентировал последнее слово. Постарайся как можно дольше не упоминать на допросах о тех счетах, которые ты сообщил нам в письме. Конечно, они их все равно у тебя выжмут, но лучше позднее. Понятно?
А мы, в свою очередь, не будем предпринимать мер к твоей скоропостижной кончине. — Он произнес это легко, как нечто случайное, но именно тон и заставил поверить.
Алексей лихорадочно прокручивал варианты. "Он, этот колобок, его последняя надежда. Нужно что-то делать. Давай, давай". — Он подстегивал мозг, и вот возникли нужные слова. — Павел Андреевич, я так понял вам нужно время, что бы поработать со счетами? И убивать меня вы почему-то не хотите, скорее всего, рассчитывая использовать, как свидетеля. Следовательно, Олега Владимировича уже сбило твердым тупым предметом, и вполне возможно, что вместе с его шефом охраны? Так что, свидетель у вас в наличии только один. — Я.
Гость слегка удивленно прищурился и полез за сигаретами, явно раздумывая над ответом.
Алексей решил идти Ва- банк. — Я понимаю, что похож на громилу, но, поверьте на слово, если уж мне хватило ума утащить эти деньги и документы у большого босса, то я наверное не совсем тупой.
Гость ухватился за возможность уйти от ответа и отыграл. — Мы считали — тебе повезло? А что, разве это ты спланировал акцию?
Алексей улыбнулся фирменной улыбкой — Да ни в жисть, что я, профессор, что-ли? Продолжил, уже серьезно. — Павел Андреевич, вернемся к вопросу. Поскольку отвечать вы не торопитесь, выходит я прав? Поэтому еще один, уже последний — Вы уполномочены принимать решение, касающееся моей судьбы? Только, пожалуйста, правду — от этого зависит, будет продолжаться наше общение, или нет.
Разведчик задумался, смутила последняя фраза борца, и его проницательность.
"А может, все не так просто, — подумал он. — Ладно проверим". — Да. — Твердо ответил он. — Это в моей власти.
— Хорошо, тогда вернемся к предложению. Ваш руководитель. — Алексей смягчил готовое вырваться, хозяин, — готов разговаривать о моем предложении?
— Если бы у вас был файл, то да. — Гость начал что-то понимать, и заинтересовано подвинулся к собеседнику.
— Файл нужен вам в электронном варианте или можно представить на бумаге?
— В любом. — Быстро ответил гость. — Главное, чтобы он точно соответствовал оригиналу.
Алексей продолжил. — В таком случае — он у меня есть. Перед отъездом из Москвы я распечатал его, и спрятал, но взамен прошу вытащить меня из тюрьмы и помочь скрыться.
Павел Андреевич задумчиво покатал незажженную сигарету по столу".
— Положим, вытащить можно, а вот спрятать? — Ну, хорошо. — Он решился. — Обещаю, спрячем. А где гарантия, что файл у вас Может это попытка выбраться отсюда?
Если я Вас обманываю, то не думаю, что вернуть обратно составит для вас большого труда?
— Да уж. — Мужчина улыбнулся. — В логике вам не откажешь. Точно, есть? — Он пристально взглянул на Алексея.
Тот не отвел взгляд. — Да, информация сохранилась, и, как только меня освободят, я ее вам предоставлю.
— Лады. — Хлопнул по столу гость. — Значит так, сегодня уже поздно, завтра утром мы вас вытащим. Он поднялся. — До встречи.
Ясное дело никакой копии изготовить Леха не догадался. Да и зачем, если он мог хоть сейчас написать длинный список счетов, фамилий и фирм, отложившийся в его памяти.
На следующее утро, едва рассвело, его вывели во двор и посадили в крытый автомобиль, автозак, как назвал машину кто-то из охраны. Сделано это было в полной тишине. Лишь короткие команды: Вперед, стой, лицом к стене.
Ехали недолго, примерно через пол часа машина остановилась и молчаливые охранники передали его другим вооруженным людям в комуфляже. На этот раз машина оказалась микроавтобусом с окнами, заклеенными непрозрачной пленкой.
Плохо спавший ночью, Алексей задремал, откинувшись на спинку сидения.
Открыл глаза, когда машина остановилась. Боец распахнул дверцу, и пробурчал. — На выход. Команда очень походила на распоряжение конвоира.
"Выходит, здесь я в таком же качестве". — Мелькнуло в голове у Лехи понимание.
Небольшая двухэтажка, точь в точь походила на корпус загородной тренировочной базы, Обзор с трассы закрывали кусты. Вдобавок виднелся матерый, метра на три в высоту забор.
Стремительно войдя в комнату, где разместили Алексея, вчерашний знакомый не стал тратить время на долгие разговоры. — Условия соблюдены? Где информация?
Ожидавший подобного вопроса, Алексей с готовностью кивнул: " Думаю, говорить о гарантиях мне не приходится. Какие могут быть гарантии, кроме честного слова и целесообразности".
Молодец, правильно, но я уже сказал: Cмысла создавать себе проблемы нет.
— Хорошо, — решился Алексей, — тогда дайте мне бумагу и ручку. Через час я представлю вам данные.
Посланец приподнял бровь, недоумевая, однако промолчал, и, вынув из папки стопку листов и ручку, положил на стол.
— Я вернусь через час. — Сказал он, выходя.
Алексей уложился в сорок минут.
Павел Андреевич пробежав текст на верхнем листе, перелистал остальные, исписанные с двух сторон листки.
— Естественно, будем проверять, — Наконец произнес он, — но я тебе верю. Выглядит очень убедительно. Выходит все в памяти? Неужели запомнил? Встречал я случаи фотографической памяти, но, такой объем? Удивлен. Что-ж ты, с таким талантом, на ковер пошел.
Алексей не стал развивать тему. — Что будет со мной?
— Хороший вопрос — Собеседник задумался. — Если все записано верно, нам ты не нужен.
Повторил, раздумчиво глядя на бумагу: Если все верно, то и этим ребятам тоже будет не до тебя, но есть закавыка. Он прошелся по номеру: Дело в том, что есть и еще желающие с тобой познакомиться.
Алексей, вспомнив беседу с Марком, рискнул предположить. — Моссад?
Куратор открыл рот, но сдержал вопрос, и утвердительно кивнул. — Они. Им непонятна ситуация, очень хотят разобраться. Да и циферки эти им тоже интересны, хотя-бы, для информации.
— Слушай. — Он встрепенулся. — А откуда ты знаешь немецкий? — Мне доложили, что с немцем ты общался на немецком.