Страница 163 из 176
— Аааа-хххх, — солдат захрипел, но его губы шевельнулись, — Даже не надейся…
Удар в висок, и солдат обмяк. Гордон резко встал, выключив фонарик. Да и на что он действительно надеялся? Это же не люди. Они не предадут своих никогда.
Терять время было непозволительно. Решив надеяться на удачу, Гордон выбрал левый коридор, тем более что правый, как он обнаружил, уже был перекрыт силовым полем. За поворотом обнаружился зажатый между серыми металлическими стенами небольшой подъемник. Поднимаясь, Фриман не видел никаких отметок, но, похоже, поднялся где-то этажа на два, по человеческим меркам. Что ж, это было уже хорошо — чем выше, тем лучше. При выходе с подъемника его встретили еще двое синтетов, на это раз оба были Элитными. Их и Гордона разделяло силовое поле, но это, похоже, Элитных ничуть не смутило. И они тут же открыли стрельбу, даже не пытаясь спрятаться или рассредоточиться. С ними было еще легче — помогла энергосфера, гуляющая рядом, в водянистом цилиндре поменьше. Система знакомая. Вытянуть ее гравипушкой из цилиндра не составило труда, а метнуть в Элитных — тем более. Несколько пуль попали в ноги Гордона, прежде чем обоих стрелков подняло в воздух и аннигилировало. Фриман, мельком глянув на индикатор (показывало девяносто процентов), на ходу провел рукой в воздухе, в том месте, где только что висели тела синтетов. Да, похоже, все системы в Цитадели были основаны на единой энергетической технологии. Аннигиляция могла вполне означать, что источником энергии у Альянса была антиматерия, но каким образом из нее можно добывать энергию, Гордон не понимал совершенно. "Спрошу у любезного Консула при встрече", — усмехнулся Гордон. Его шаги гулко стучали по металлическому, как и все вокруг, полу. Впереди было что-то явно важное, при такой-то охране.
И он не ошибся. Пройдя мимо многочисленных панелей связи, он вышел на стеклянную круговую платформу, опоясывающую шахту без потолка и пола. На ее противоположном конце нашелся небольшой вмонтированный в поручни пульт, и Гордон с удовлетворением убедился, что он попал по адресу. Пульт был устроен предельно просто, и уже через секунду к Гордону сверху опускалась шестиугольная стеклянная площадка. Судя по высоте шахты, Фриману несказанно повезло. На этом лифте он мог добраться очень далеко вверх. Когда площадка опустилась перед ним, он смело ступил на прозрачное, с зеленым оттенком, стекло. Нашелся и второй пульт, встроенный в металлический столбик в центре площадки. Номеров уровней не было, и, судя по всему, можно было ехать хоть до самого конца шахты, и останавливать лифт, где нужно, нажатием синей кнопки. Наконец, Гордон запустил лифт. Края стеклянной площадки тут же тускло засветились, и резко выпустили вверх стены силового поля, словно заключая Фримана в шестиугольный цилиндр. Лифт мягко начал двигаться вверх. Бояться было нечего, это не было ловушкой. Скорее всего, обычная мера безопасности, иначе пассажиры могли слететь с площадки вниз в два счета. Гордон вдруг подумал, что тут, наверное, часто ездили сталкеры, и поле предназначалось для них — им было совсем просто поскользнуться и упасть, с такими-то обрубками вместо ступней…
Ни минуты покоя оборвались так же внезапно, как и началась, когда отовсюду, прямо из стен шахты раздался раскатистый, перекрываемый эхом, голос Брина. Фриман усмехнулся — Консул взял себе хорошую тактику, подлавливая слушателя, когда тот не может не слушать. Прямо как бездарные поп-певицы на радио…
— Ваши учителя, конечно, виноваты, — сейчас он говорил быстро, доверительно, как бы идя на компромисс.
Откуда-то сверху налетели мэнхаки, и Фриман машинально отбрасывал их гравипушклой в потоки энергосфер, бегущих вдоль стен. Он весь растворился в этом голосе, запоминая каждое слово…
— Мое разочарование в Вэнсе и Кляйнере гораздо сильнее, чем сожаление, что вы выбрали не тот путь карьерного роста, доктор. Однако мне кажется, вы не могли поступить иначе.
С проплывающих мимо платформ неслись стаи раскаленных пуль, ботинки стучали по полу, и свет белой молнии отражался в стеклах респираторов. Слуги Консула гибли под его спокойные слова.
— Кто знает, какие семена иконоборства в вас посеяли, когда вы были молоды и доверчивы?
Динамик скафандра тревожно сообщил о почти полной разрядке батарей, но электронный голос не был слышен в грохоте выстрелов и шуме острых, как лезвия, лопастей. Жизнь и не-жизнь сплелись воедино, чтобы защитить своего Покровителя.
— Но, несмотря на то, что они несут большую часть ответственности за недавние проблемы, только вы решили действовать с таким полным безразличием к будущему человечества.
И, когда Гордон, разметав гравипушкой с верхней платформы трех солдат, сошел со стеклянной площадки и пристроился к заряднику, на него со стены укоризненно смотрело лицо Уоллеса Брина.
— Ответьте мне, доктор Фриман, если сможете, — глаза Консула буравили его, как объективы камер, — Вы столько всего уничтожили! Создали ли Вы хоть что-нибудь? Можете назвать хоть одну вещь?
И в спину физику-ядерщику, уходящему в коридор, летело жесткое:
— Я так и думал.
Фриман попал в огромный широкий зал без потолка. Эхо, словно на крыльях, разносило по его сводам отдаленные звуки работающих механизмов Цитадели. Гордон медленно шел, и чувствовал, как размеры зала, его полутьма и холод металла давят на него. Он внезапно почувствовал себя таким маленьким между этих двух ребристых стен, увешанных капсулами. Он словно чувствовал на себе взгляд каждого сталкера, сидящего в каждой из этих капсул. Вдали, в полутьме, скрывающей конец зала, что-то зашевелилось. Фриман прищурился — и увидел бегущие к нему серые фигурки — силуэты солдат Альянса, освещенные светом нескончаемой вереницы энергосфер, летящих вдоль стены в тусклом луче потока энергии.
Сумрак слегка рассеял осветивший Гордона монитор, включившийся недалеко, на стене.
— А я могу, могу назвать то, что создал я, — Брин жестко смотрел в пустоту, пока Гордон спрятался за одной из капсул, — Я заложил основы для выживания человечества, и не только человечества в узком смысле, каким мы себя наделили, но и чего-то большего, чем можно представить. Чего-то такого, что только сейчас открывается взгляду.
"Чего я жду?! — пронеслось в голове Фримана, — Опять прячусь, как и все люди, вместо того, чтобы нападать…".
И он выбежал из укрытия, прямо навстречу бегущим к нему трем солдатами и двум Элитным. Но те так быстро открыли огонь, что Гордону пришлось отскочить, и разряд гравипушки попал в одну из капсул. Железный кокон с ржавым скрипом покосился на своих креплениях и упал на стеклянный пол. И вдруг Гордон увидел, как стена в конце зала раскрывается, словно огромные ворота, и из полумрака грациозно ступило вперед что-то очень большое. Пол дрогнул.
"Страйдер?!".
Фриман что было сил рванулся в сторону, и одновременно притянул гравипушкой сорванную со стены капсулу. Метнув ее в сторону солдат, он сорвал со стены вторую, и снова бросил ее вперед… Солдаты отлетели назад, словно игрушечные солдатики, с переломанными ребрами. Легко и упруго идущий вперед страйдер ногой отшвырнул от себя два трупа, чтобы не наступить на них. И пушка под брюхом гигантского синтета осветила выстрелами весь зал. Голубовато-желтые заряды мощно ударили в грудь Гордона, отбрасывая его назад. Ученый привстал, держась за гудящую голову, но старйдер не останавливался, идя к нему, грациозно опуская тело между трех тонких длинных ног. Пол дрожал так сильно, что с Фримана слетели очки. Схватив их, Гордон вскочил и кинулся вперед. Голова все еще кружилась. Страйдер, удивившись такой наглости, трубно взвыл и еще быстрее рванулся вперед, с трудом пробираясь по узкому для его размеров залу. Острые концы его ног звонко стучали по стеклянному полу, оставляя на нем пучки мелких трещин.