Страница 79 из 340
- Лев ГУНИН. ГУЛАГ ПАЛЕСТИНЫ. Гл.1У - стр. 105
Мои попытки выяснить, что говорит израильский закон по этому поводу, ни к чему не привели. Мои знакомые адвокаты объясняли это туманно, уходили от прямых комментариев. Военный адвокат, с которым я говорил по телефону, ответил, что регламент сроков по "дезертирству" входит в ведение военной комендатуры и регулированию не подлежит. Что значит "регулированию не подлежит", можно только догадываться. Похоже на то, что, либо в Израиле нет такого закона, какой регламентировал бы минимальные и максимальные сроки заключения за отказ от воинской службы, либо этот закон входит в число наиболее охраняемых государственных секретов! Разговаривая с молодыми русскоязычными людьми, проходящими срочную службу, я узнал, что есть случаи, когда ню военной тюрьме держат до года. После года, по-видимому, отправляют в психиатрическую больницу, где не подчиняющегося могут /у меня нет точных данных, но есть отдельные факты, известные из разговоров с компетентными людьми/ держать годами. Но, как правило, тот, на кого оказывается нажим, не выдерживает - и через пару месяцев ломается: идёт сдаваться в военную часть. Или кончает жизнь самоубийством. Я хочу обратить внимание на то, что нарушения прав человека во всех этих случаях ещё более яркие, чем в бывшем СССР. Ведь даже в коммунистическом аду воля человека "служить или не служить в армии" учитывалась ("уважалась"): отказ от армии воспринимался как свершившийся факт - человек получал срок тюрьмы, но на него не оказывалось постоянное давление с целью заставить служить. Тут же молодого человека месяцы держат в заключении, подвергая его постоянному физическому и психологическому давлению с целью заставить служить в армии. По-видимому, израильский закон не предполагает возможности освободить кого-либо от воинской повинности через какое бы то ни было время. Трудно сказать, что этот закон предполагает, но выходит, что человека тем или иным способом либо заставят находиться в армии, либо уничтожат - иного объяснения (и вариантов иных) нет.
На фоне этих ужасов особенно потрясает то, что сами коренные израильтяне сплошь и рядом освобождаются от службы в армии. Не служат не только учащиеся иешив, религиозные девушки, студенты университетов и другие категории, но почти в каждой израильской семье есть тот, кто никогда не служил. Среди моих соседей, в семьях детей, которым я давал частные уроки, полно здоровенных молодых людей, какие не служат в армии, десятки тысяч молодых людей, уроженцев страны, каждый год уезжают за границу, получая от армии разрешение на выезд с лёгкостью и безо всяких проблем. 15 /16?/ июля 1994 г. по радио "Рэка" прозвучало интервью с Наоми Хазан, которая является членом подкомиссии Кнессета по иностранным делам и обороне. Наоми Хазан сказала, что число самоубийств среди "русских" ребят в несколько раз превышает в процентном отношении /в отношении всего кол-ва призванных в армию "русских"/ число самоубийств среди других групп. По словам Наоми Хазан, издевательства в армии стали непереносимым злом. Вот снова радио "РЭКА", 21 июля,1994 года. На вопросы отвечает бригадный генерал Юдке Сегев. Проблемы иммигрантов, по словам Сегева, начинаются после года службы в армии, когда требуется более глубокое знание армейского сленга, ментальности израильтян и умения войти в их среду. Сегев говорит, что мужчина 34-х лет, глава семьи, в принципе не должен призываться в ополчение /на сборы/. Но звонит мать 34-х - летнего мужчины, отца двоих детей, единственного кормильца семьи, говорит, что её сына призывают на сборы уже 3-й раз за полтора года. Тогда Сегев вдруг говорит уже, что могут /трудно понять, что такое "могут"/ призывать на 36 дней в году. Однако, тут же звонит еще одна слушательница и говорит, что её женатого сына /26 лет/ забрали сначала на месяц, и тут же снова на 120 дней в сухопутные войска. Алика, друга родственницы жены, также забирали на 120 дней в те же войска.
- Лев ГУНИН. ГУЛАГ ПАЛЕСТИНЫ. Гл.1У ВЫШКА - стр.106
Звонит бабушка - и выясняется, что, в нарушение закона, её внучку забирают в армию - в 17 лет. Из звонков радиослушателей выясняется, что в израильской армии командование категорически не желает предоставлять русскоязычным должности по их гражданской специальности, хотя для израильтян делает это автоматически, например, звонят две матери, сын одной - мед. работник, другой - радиоэлектронщик. Оба имеют практику тут, в Израиле, мать второго сказала, что её сын был направлен на должность мойщика туалетов, а, когда стал просить работу согласно специальности, его оскорбили и грубо сказали, что "армии не нужна твоя специальность, а важно, куда ты подходишь по "происхождению" (сказали прямо - мол, для вас, "русских" самое подходящее чистить туалеты). Генерал пытался увильнуть от ответа, говорил, что "тор" /степень/ парня, видимо, не соответствует /мать опровергла, сказав, что соответствует и назвала место, где сын её учился/, затем генерал сказал, что у парня нет "раайон" (опыта) в электронике в Израиле /мать и это опровергла/, генерал сказал, что у парня, может быть, недостаточно знаний /мать и это опровергла, сказав, что её сына на знания никто не проверял/; тогда генерал сказал, что парень, может быть, отказался подписать специальную бумагу о готовности стать кадровым офицером в ответ на предоставление ему работы электронщика, мать ответила, что её сын был готов подписать такую бумагу...
Дальнейшие комментарии, как говорится, излишни.
По официальным данным /их передали по "Решет Бэт", израильского радио/ за 6 первых месяцев 1994 г. покончили собой 28 солдат. В это число не вошли случаи самоубийств в военных тюрьмах, в боевых частях и в частях военной полиции. Думается, что и 28 - цифра сильно заниженная даже с учетом этого, ведь данные о самоубийствах солдат в ряде случаев засекречены, а общее кол-во самоубийств не подлежит огласке. Это, по-видимому, корреспонденты "Решет Бэт" /говорят, те же данные приводились и в передаче радио "РЭКА"/ "вывели" эту цифру, опираясь на сообщения о случаях самоубийств солдат, появлявшихся в печати, однако, не обо всех случаях даются сообщения. Газета "Ха-Арец" за 15 июля писала о побеге из армии одиннадцати членов самой элитарной в Израиле специальной армейской бригады "Голани" - "из-за унижений, издевательств и избиений". Что уже говорить об ординарном "русском", попадающем в костоломную машину страшной израильской армии?! На встрече отцов города Раананы с общественностью присутствовал какой-то генерал, который сказал в ответ на заданный ему вопрос, что самоубийства составляют ничтожную часть смертности среди солдат срочной службы - примерно двадцать пятую /он добавил - "максимум - одну семнадцатую" - видимо, в другой период/ часть от всех случаев смерти солдат. Это значит /даже основываясь на 28 случаях самоубийств за 6 месяцев/, что за полгода среди солдат срочной службы /в мирное время при 4-5 погибших за полугодие от рук террористов/ погибает от 500-ста до 1000 и более солдат. Или от тысячи до полутора тысяч и более в год. Не удержусь от сравнения: в армии родины настоящего ГУДАГа, в Советской Армии, составлявшей несколько миллионов человек, погибало не больше, а то и поменьше. Это закономерная цена "еврейской жизни в еврейской стране", а, выражаясь иначе - основной гулаговский признак.
- Лев ГУНИН. ГУЛАГ ПАЛЕСТИНЫ. Гл. 1У ВЫШКА - стр.107
Тот же признак буквально прёт из фактов, какие я приводил выше и какие связаны с преступной погоней за донорскими органами в Израиле. И вот - ещё одно подтверждение моей правоты. В газете "Курьер" было помещено интервью с доктором Моше Фишером, известным в стране врачом и общественным деятелем, /"Курьер", No 141, июль, 1994/. Д-р Фишер между прочим дословно сказал: "У нас в Израиле положение ужасное - из-за стремления получить донорские органы, реаниматоры иногда раньше времени отключают систему жизнеобеспечения организма. И это - даже тогда, когда речь идёт об очень молодых людях солдатах, подвергшихся нападению террористов, ребятах, попавших в автокатастрофу..." Врач, которого интервьюировал один из моих друзей-журналистов (статья потом в газету "не пошла"), сказал, что в израильских медицинских учреждениях присутствует "неуемное стремление во что бы то ни стало и любыми способами получить донорские органы". Точно так же, как без согласия человека и его семьи кормильца могут забрать в армию, приведя и без того бедствующие иммигрантские семьи к полной катастрофе, так же и донорские органы извлекаются без получения на то согласия родных покойного, какие не получают никакой денежной компенсации за полученный моральный урон.