Страница 156 из 340
translations, using them as a tool against us. IRB members used offensive, illegal methods against Lev. They interrogated only him. No
questions were given to other family members. IRB commissioners demonstrated their opinion that Lev GUNIN must be punished for his
ideological (political) views. Two members of IRB, immigration judges, gave the whole initiative to the third member, an immigration officer, a
Jew and - probably - Israeli, who only spoke. During our refugee hearings she manifested an outraged malicious hatred towards us, and
maintained close contacts with the Israeli embassy in writing, in our case. IRB members maintained the atmosphere of hostility and
arbitrary attitude towards us.
Denying our refugee claim, the IRB members not just acted unfair. Their negative decision was not just a refusal to recognize us as
refugees, but a declaration-manifest, which rejected the basic human rights in principle. In form of declaration, they denied in principle rights
to have an independent opinion, practice or not to practice religion, be protected by the state. IRB members claimed that if government
paid for immigrants' transportation, immigrants became the property of that government (a kind of commodity). IRB members also claimed
that police' and other institutions' refusal to give protection was justified if people had an alternative political /ideological opinion (even if that
opinion was not expressed to police). They claimed that we alienated Israelis by keeping controversial opinions, and refusing to change our
views. And so on...
The IRB's negative decision became not just a matter of our personal fate, but also a matter of human rights in general.
1998. In her speech in the Federal Court, Mrs. Murphy, the Minister's of Immigration representative, confirmed the IRB members' negative
attitude towards human rights, and also widened personal accusations against Lev Gunin, turning the question of our refugee status into
the question of his "inadmissible" (by whom?) ideological views. As IRB did before, Mrs. Murphy refused even to mention Alla Gunin,
Elisabeth Epstein (Gunin), and the children.
The Federal Judge, Mr. Dube, just copied Mrs. Murphy's and the IRB statements, refusing to evaluate arguments of the TWO sides. He
claimed that - because in their refusal to recognize us as refugees IRB members used the formula "no minimal credibility", - such cases are
automatically denied by the Federal Court. In reality, his decision was made in contradiction to another Federal Court judge's decision in our
case, and also contradicted the IRB's final (conclusive) decision. In that decision IRB agreed that some persecutions against us (they
called them "difficulties") could take place because we abused the Israelis by refusing to obey their demands to change our views. Mr.
Dube also revealed his partiality by distorting some important events and attacking our lawyer in personal. A person, whose name was also
Dube, was involved into negotiations between the immigration officer, Mrs. Malka, and the General Consul of Israel, in our case. We could
not find that person among the IRB headquarters' staff, or among other immigration divisions. All faxes were submitted to Israeli consulate
from Mrs. Malka, without mentioning any other name (s). However, the responses from the consulate were submitted to Mr. Dube. We feel
that this mysterious Mr. Dube has something what to do with the Federal Judge Mr. Dube.
IRB and Mrs. Murphy's accusations against us were such, which are the prerogative of the criminal court. They accused us so sharp as if
we were killers or terrorists. In reality we are i
might be easily considered as a criminal offence.
We are appealing not just because of incredible injustice, but because the removal back to Israel means DEATH for us. If nobody in the
whole world could prevent it, it would mean that if people are deprived and i
by force. It would mean that demonstrative humiliations over human rights, such as the IRB members and Mrs. Murphy expressed, are
tolerated. There are rumors among UN staff that the Universal Declaration of Human Rights might be changed soon to fit to the brutal and
ultra-religious regimes' requirements. Please, do something for us before it happened!
The only way to save us is to help us in obtaining the permanent residents status in any civilized country. That could prevent our eventual
removal to Israel.
Please, help!
Family GUNIN:
Alla, Lev, Ina, and Marta GUNIN
Elisabeth EPSTEIN-Gunin
Tel. (514) 499-1294
E-mail: [[email protected] /* */]
Web Page, dedicated to our case:
www.total.net/~mioara/witness.htm
Григорию СВИРСКОМУ
от Льва ГУНИНА
КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ НАШЕГО ИММИГРАЦИОННОГО ДЕЛА ПО-РУССКИ
Сначала напишу несколько слов о себе, как Вы просили. Я родился в Бобруйске, сейчас мне 43 года. Моя жена
- Алла - родилась в Бобруйске, ей 40 лет. У меня высшее музыкальное образование, у моей жены - среднее
техническое. Она была начальницей Центрвывоза в Бобруйске. У нас две дочери - Ина и Марта, 12 и 11 лет.
Ина успешно учится музыке, сдает экзамены в университете МакГил, получая каждый раз самые лучшие баллы.
Она играет на пианино и на флейте, а также участвует в лучшем детском хоре в Монреале под управлением
Айвона Эдвардса. Она также пишет рассказы и сказки по-французски. Она может читать и писать по-русски
тоже (я ее научил), но так как ни в русский детский сад, ни в русскую школу она никогда не ходила, для нее
так же, как и для Марты, французский язык - это тот язык, которым она лучше всего владеет. Они неплохо
говорят и по-английски, читают и пишут. Они также понимают идиш и польский. Иврит забыт полностью,
видимо, подсознательно подавлен пережитыми в Израиле стрессами. Марта талантливая юная балерина. Она
была выбрана из многих детей Национальным Балетом Канады, но мы не смогли отправить ее в Торонто на
учебу (Роза знает подробности) - и все опять из-за отсутствия статуса. Марта участвовала во многих спектаклях
и представлениях. Ее "послужной список" уже более длинный, чем у многих взрослых балерин.
И я, и моя жена обладали далеко не богатырским здоровьем уже тогда, когда в 1991 году навсегда покидали
СССР. В Израиле наше состояние сначала улучшилось, особенно в тот период, когда у нас появились какие-то
надежды несмотря на то, что нас привезли в Израиль силой, (pазрешения на выезд мне все равно не давали)
как-то наладить там жизнь. Потом, когда никаких надежд больше не осталось, a я уже получил сотрясение
мозга, и жена несколько травм, когда непосильный труд ни к чему не приводил, и у нас не было никаких
перспектив в жизни, и я, и моя жена - мы почувствовали себя намного хуже. Тут, в Монреале, страх
депортации в Израиль парализует все наши жизненные силы, наше здоровье ухудшается неуклонно и быстро.
Не буду описывать проблемы со здоровьем жены, их у нее десятки. Я еще в Израиле получил страшную
гипертонию, хроническое растяжение связок (с регулярностью в два - три месяца я просто почти не могу
ходить), там у меня начались серьезные проблемы с сердцем, было подозрение на инфаркт. Боюсь, что, даже
если хоть какой-то шанс получить статус у нас есть, мы помрем до того.
Не знаю, с кем и с чем нас сравнить, но, думаю, таких непрактичных, неприспособленных к материальной
жизни людей, как мы, очень мало. Ни в Израиле, ни в Канаде мы не собрали ничего, никаких денег. На жизнь