Страница 18 из 48
– Мы вместе служили в Тулузе, ты знаешь.
– Правда? Я не знал об этом. – Конечно, Роган был в курсе всего. На самом деле именно близкая дружба Квина с братом леди Тидвелл послужила поводом для того, чтобы она была выбрана в качестве средства, которое способно отвлечь Квина.
– Она прислала мне приглашение на обед, который состоится сегодня днем… до его отъезда. Мы будем втроем. – Квин положил письмо на колени и задумался. – Мне очень хочется принять это приглашение, но…
– Никаких «но»! – Роган подошел к брату и довольно сильно хлопнул по спине. Роган, как мог, старался отвлечь его от мысли пойти к мисс Ройл. – Знаю, о чем ты думаешь. Послушай. Прими приглашение леди Тидвелл. Ты сам говорил, как коротка может быть жизнь солдата.
Квин поднял глаза. Он принял предложение Рогана.
– Но после вчерашнего вечера… Мне следовало бы…
– Черт побери, Квин! Если ты должен, если тебе надо навестить мисс Ройл и леди Аппертон, ты можешь сделать это после ужина или, еще лучше, завтра, когда мисс Ройл успокоится после моего… неблагоразумного поступка.
– Возможно, ты прав. – Счастливый Квин откусил яблоко.
– Прекрасно, старина. – Роган похлопал Квина по плечу, вышел из комнаты и направился вверх по лестнице в спальню.
Щелкнув пальцами лакею, стоявшему поблизости, он попросил его тотчас же позвать своего слугу – нужно выглядеть сегодня безупречно, так как ему надо нанести два важных визита. Первый – к леди Аппертон. А потом к девушке, у которой в глазах сверкают золотые гинеи. Мисс Ройл.
Мэри наклонила серебряный кувшин над треснутой, но абсолютно пригодной к использованию чашкой Элизабет и начала разливать горячий шоколад.
Вчерашний вечер, что и говорить, был самым ужасным в ее жизни. Никогда раньше не была она так унижена. Герцог Блэкстоун – подлец, и его следует изолировать ради благополучия всех женщин.
– Мэри! – Элизабет схватила сестру за руку, чтобы она держала кувшин прямо. – О чем ты только думаешь? Ты совершенно не следишь за тем, сколько шоколада наливаешь. Взгляни на скатерть.
– Ч-что ты сказала?
Элизабет указала на чашку с переливавшимся через край шоколадом.
Негодяй. Скатерть была испачкана жирными каплями шоколада.
– О, давай я принесу что-нибудь…
– Не беспокойтесь, мисс. Я позабочусь об этом – сказала миссис Полкшэнк, повариха и экономка, которую Мэри наняла две недели назад.
Миссис Полкшэнк поставила тарелку с горячими кексами на стол, и Элизабет схватила один.
– Привыкла к этому, знаете ли, – сказала миссис Полкшэнк, – В таверне в поздний час посетители разливают на столы много всего. Поэтому всегда была во всеоружии.
Анна входила в столовую, когда миссис Полкшэнк, которая, казалось, совершенно не заботилась о скромности, схватила салфетку из домотканой материи, заткнутую за пояс передника.
Анна с отвращением смотрела на то, как повариха намочила тряпку кончиком языка и начала оттирать пятна шоколада.
– О, этим я не ототру пятна. – Дородная кухарка отправилась к двери. – Мне нужен уксус. – У порога она оглянулась. – Мне захватить еще шоколада? Может быть, принести чай для вас, мисс Анна?
Анна не повернулась, чтобы ответить. Зеленые глаза ее сверкали гневом. Она яростно замотала головой.
– Ну, тогда я вернусь через пару минут.
Мэри наблюдала за тем, как миссис Полкшэнк исчезла в коридоре. Анна тотчас же обратилась к Элизабет:
– Сестра, передай, пожалуйста, Мэри, что повариха должна уйти.
Мэри нахмурилась:
– Она никуда не уйдет, Анна, и, если ты хочешь обсудить нашу прислугу, обращайся прямо ко мне.
На щеках Анны появились два красных пятна.
– Хорошо, я обращусь к тебе. Где ты нашла ее, Мэри? На углу улицы, около театра Друри-Лей?
Элизабет откусила большой кусок кекса и осторожно поднесла чашку ко рту, чтобы запить кекс шоколадом.
– Я не согласна с тобой, Анна. У нас никогда не было такой вкусной еды, когда мы жили в провинции. Миссис Полкшэнк довольно умелая. И, безусловно, она содержит дом в большей чистоте, чем бывшая экономка тетушки Пруденс, та, что нещадно ее обворовала.
– Да, она очень хорошая повариха и очень экономная, – добавила Мэри. – Ей всегда удается сэкономить пару шиллингов на покупках. Ты должна согласиться с ее толковым подходом к делу. Я теперь почти не думаю о том, как правильнее распределить наш скромный бюджет. Она умеет из простых продуктов приготовить вкусные и разнообразные блюда.
– Наш недостаток в средствах объясняется твоим стремлением экономить на всем. Мы вовсе не нуждаемся, Мэри. Ну, с нашим состоянием мы смогли бы жить как короли, по крайней мере в течение нескольких лет.
– Или как принцессы. – Элизабет скрыла улыбку, поднеся ко рту чашку.
Мэри покачала головой:
– Анна, ты сердишься не из-за того, что я наняла миссис Полкшэнк. Ты не сердишься и из-за того, как я веду расходы и распоряжаюсь семейным бюджетом.
– Ты это серьезно, Мэри? – Анна сложила руки на груди.
– Да, именно так. Ты все еще кипишь от злости из-за вчерашнего вечера.
Анна опустила голову, словно изучала резной край салфетки.
– Леди Аппертон представила меня самому красивому молодому человеку – графу. И тогда ты влетела в гостиную, с растрепанными волосами, и через минуту мы уже стояли около резиденции Брауэров, ожидая, когда подадут экипаж, который отвезет нас домой.
– Блэкстоун поцеловал меня, – заговорила Мэри дрожащим голосом. – Этот безнравственный тип сделал все, чтобы выставить меня посмешищем в глазах своего брата. Он сделал это, потому что знает, что я увлечена лордом Везерли. Это – единственное объяснение.
Элизабет положила руку на плечо Мэри, но ее внимание было приковано к Анне.
– Мы должны были уйти. Наша сестра была сильно расстроена, и что бы еще мог выкинуть Блэкстоун, если бы он обнаружил Мэри в доме!
Анна отодвинула стул и изучающе смотрела на Мэри.
– Не понимаю, почему простой поцелуй, желанный он или нет, так расстроил тебя. Наша Мэри дала ему пощечину. Или еще что похуже.
– Я так и сделала.
– Но то, что он сделал, довело тебя до слез. Будь ты какой-нибудь жеманной, хныкающей особой, можно было ожидать, что ты разразишься рыданиями. Или даже стенаниями и криками. Но ты на это не способна!
Элизабет повернулась и тоже уставилась на Мэри, словно она внезапно увидела ее в первый раз при свете дня.
– Я согласна, Мэри. До смерти отца ты была сильной, уверенной и всегда настроенной на борьбу. Ты никогда не позволила бы кому-либо взять верх над собой.
– Что с тобой случилось, Мэри? – спросила Анна.
Мэри сидела, подперев руками подбородок.
– Не знаю. Я на самом деле не знаю.
Она подняла глаза – по щекам текли горячие слезы.
– Пока папа был жив, я знала, кто я. Знала о своем месте в этом мире. Но сейчас я чувствую себя такой потерянной!
– Мы с Анной чувствуем себя так же, как и ты. Для нас это новый мир, – сказала Элизабет. – Мы найдем в нем свое место… со временем.
– Я знаю, что только деньги, которые лежат в наших сундуках, спасают нас от работного дома. – Мэри выпрямилась. – Мы должны расходовать их мудро, чтобы не беспокоиться о нашем будущем.
Заговорила Анна, голос ее был нежным и успокаивающим:
– И Блэкстоун разрушил твои усилия построить будущее рядом с лордом Везерли. Вот что тебя так пугает.
Мэри печально посмотрела на пятна шоколада на скатерти и ничего не ответила. Раздался стук в дверь, но никто, кроме Мактэвиша, не обратил на это внимания.
Миссия леди Аппертон – ввести сестер в общество – вчера вечером увенчалась успехом: все утро приносили визитные карточки и приглашения на праздники, музыкальные вечера и балы. Все это складывалось на каминную полку.
Мэри смахнула слезу со щеки.
– Герцог упорно решил держать меня на расстоянии от Квина… лорда Везерли. И я ничего не смогу сделать, чтобы помешать этому.
– Ты сможешь, – сказала Элизабет. – По крайней мере, Мэри, которую мы знали раньше, смогла бы.