Страница 17 из 68
Но в том-то и дело, что ему было не наплевать. Он нуждался в этой женщине, а она ушла прежде, чем ему захотелось ее отпустить.
К моменту посадки самолета в Нью-Йорке Джордан осознал, что непременно должен узнать, почему она так поступила.
И дать ответ могла только сама Слоун Дрисколл.
Джордан вошел в один из терминалов международных рейсов и направился к ближайшей иммиграционной кабине. Инспектор бегло взглянул на его паспорт, нажал клавиши на компьютере, поставил штамп и возвратил паспорт Джордану.
– Добро пожаловать домой, мистер Филлипс.
Джордан кивнул и легко вскинул сумку на левое плечо.
– Спасибо. Домой всегда приятно возвращаться.
К тому времени, когда он отстоял длинную очередь в таможню, часы показывали десять тридцать. Джордан надеялся добраться до Манхэттена и встретиться с литературным агентом Слоун, прежде чем та уйдет на обед, поэтому сразу же направился к ближайшему телефону-автомату, нашел номер «Литературного агентства Уинслоу» и позвонил.
Женский голос ответил после второго гудка.
– «Агентство Уинслоу», доброе утро.
– Будьте добры Кэти Уинслоу.
– Кто ее спрашивает?
– Джордан Филлипс… Приятель Слоун Дрисколл.
– Одну секундочку.
– Чем могу быть вам полезна, мистер Филлипс? – послышался в трубке мягкий, однако, несомненно, властный голос.
– Мне нужно найти Слоун Дрисколл.
Кэти рассмеялась:
– Понимаю, мистер Филлипс. Она мне рассказывала о вас.
Джордан удивился: «Интересно, интересно… Что же рассказывала обо мне Слоун?»
– Мне необходимо связаться с ней. Может, дадите мне номер ее телефона?
– Я буду счастлива сделать это, поскольку знаю, что и она хочет увидеть вас, но… к сожалению, дома вы ее не застанете. Именно сегодня Слоун отправилась в рекламную поездку.
– Когда она вернется?
– Первого октября.
Джордан машинально покачал головой, забыв о том, что собеседница на другом конце линии его не видит. Так долго ждать он не мог. И не хотел.
– Куда она поехала?
– Вначале в Майами, – ответила Кэти. – А куда потом, мне не известно. Но когда Слоун позвонит, я скажу ей, что вы…
– Нет, не надо, – быстро проговорил Джордан. – То есть мне бы хотелось сделать ей сюрприз. Только, пожалуйста, продиктуйте мне ее адрес.
Слоун посмотрела на часы.
Одиннадцать пятнадцать. Вылет через полчаса, а такси все еще не добралось до аэропорта. Шоссе страшно перегружено. Пока, правда, оставалась надежда, что на свой рейс она не опоздает. И надо же, именно сегодня угораздило опрокинуться этот грузовик, и он перекрыл движение на шоссе. Наверное, это только начало. Багаж скорее всего потеряют где-нибудь между Нью-Йорком и Майами. И вообще до Майами ей не добраться, потому что… самолет захватят террористы и он приземлится где-нибудь на Кубе. Впрочем, на Кубу, кажется, самолеты еще не угоняли.
Слоун откинулась на сиденье и глубоко вздохнула. Такси остановилось у терминала авиакомпании «Транс уорлд эр лайнс». Пока носильщик выгружал ее багаж, она бросила рассеянный взгляд на такси, медленно проезжавшее мимо. Однако пассажира на заднем сиденье этого такси Слоун не заметила.
Между тем этим пассажиром был Джордан, тоже не заметивший ее.
Сент-Луис, сентябрь, 1986
Вечер. Слоун из своего номера в отеле «Адамс Марк» созерцает освещенные прожекторами «Арочные ворота» – одну из архитектурных достопримечательностей Сент-Луиса. Она смотрит на них без особого интереса, а возможно, и вообще не видит, потому что ее мысли заняты совсем другим. Она думает о том, что закончился еще один длинный, утомительный день – круговорот телевизионных и радиоинтервью. И напряжение после всего этого только сейчас постепенно отступало. Но завтра ей предстоит такой же трудный день. На сей раз предстояла встреча с читателями в книжном магазине торгового центра. Одно хорошо – туда из отеля можно дойти пешком. Послезавтра она должна дать интервью местному журналу, после чего отправится в Даллас, следующий пункт ее турне. Слава Богу, все пятнадцать городов образуют некую цепочку, то есть из книжного магазина не придется сразу же мчаться в аэропорт. Значит, можно будет немного расслабиться. Перевести, так сказать, дух. Но увы, досуг не сулил ничего приятного, потому что Слоун устала от мыслей, постоянно преследовавших ее.
Вот и сейчас она хмуро вглядывается в темное окно, отражающее все как зеркало, и думает. О чем? Ну конечно же, о Джордане. Где он, что делает… с кем… Руки у Слоун скрещены, ладони нервно поглаживают плечи. Она не хочет о нем думать. Не хочет знать, где он и с кем. Не хочет воспоминаний о Довиле, вернее, о Хонфлере, не хочет, чтобы они вторгались в ее четко налаженную жизнь. Слоун вообще не понимает, в чем дело. Ведь все было так чудесно. Она совершенно не жалела о том времени, которое они провели вместе, но теперь, когда это позади, ей надо продолжать жить как прежде. Глядя на свое отражение в оконном стекле, Слоун выискивает на своем лице следы разрушительного действия времени – морщинки вокруг глаз, бороздки у рта и так далее. Впрочем, этим она занимается всегда, когда смотрится в зеркало. Но сейчас…
Внезапно Слоун почувствовала себя ужасно одинокой. Начать с того, что Кэти с мужем, Шоном Маккерроном, психотерапевтом из Манхэттена, два дня назад уехала в отпуск в Англию. А до этого Слоун так и не собралась ей позвонить. Адриенна на писательской конференции в Денвере. От Габи тоже после Довиля не было никаких известий. Правда, Эмма по телефону упомянула, что недавно пришло два письма. Возможно, от Габи. Вот, собственно, и все ее друзья – раз-два и обчелся. Чтобы сосчитать их, хватит пальцев одной руки. А сын спешит поскорее закончить телефонный разговор и постоянно твердит, что у него «все прекрасно». «В этом он похож на свою мать, то есть на меня, – подумала Слоун, не уверенная, нравится ей это или нет. – У меня ведь тоже всегда «все прекрасно», даже когда совсем наоборот. Вот, например, как сейчас…»
На следующее утро стильно одетая Слоун – черная шелковая юбка, бордовая блузка и бордовая шляпа с широкими полями – сидела за столом перед входом в книжный магазин и устало наблюдала оживленную жизнь торгового центра. На сегодняшний день грех жаловаться. В книжном магазине полно народу с самого открытия, и так почти весь день. У Слоун даже рука заболела подписывать свои книги – вот как много у нее читателей. Приятно, ничего не скажешь.
– Мы продали уже шестьдесят экземпляров, – сказал хозяин магазина, пока продавцы открывали очередную коробку с «Поверженными идолами». – Продолжайте в том же духе, и к закрытию мы продадим все, что у нас на складе.
Слоун улыбнулась:
– До закрытия остался час. Думаете, успеем?
– Конечно. – Он подмигнул и последовал за продавцами, уносившими пустые коробки.
В этот момент к Слоун подошли две женщины с книжками в руках. Пока она с ними беседовала и ставила автографы, подошли еще четверо, потом еще двое.
Слоун украдкой бросила взгляд на часы. Осталось пятнадцать минут. Слава Богу.
На металлический складной стул напротив нее сел очередной читатель и положил перед Слоун экземпляр ее бестселлера. То, что это не читательница, а именно читатель, Слоун каким-то образом почувствовала. Ее голова в этот момент была склонена, и она почему-то не решалась ее поднять. А когда наконец медленно подняла, то прежде всего ее взгляд упал на сапог для верховой езды. Сердце Слоун отчаянно забилось и… Да, это был Джордан. Он сидел напротив и улыбался.
– Привет, дорогая!
– Джордан! – выдохнула она. – Я думала, ты в Аргентине…
Он кивнул:
– Был. Наша команда проиграла.
– Как жаль… – Слоун не знала, что сказать.
Джордан пожал плечами и произнес таким тоном, как будто проигрыш его совершенно не волновал:
– Подумаешь, всегда есть возможность отыграться.
– Но как ты меня нашел?