Страница 204 из 257
Мгрунчак и Цурьк получили одежду (Далия, случайно присутствовавшая на указанной стадии оцивилизовывания, нахохоталась до икоты); теперь тролли щеголяли в серых форменных куртках (без рукавов) и штанах (с высоко обгрызенными штанинами — ну чего, чего вам? шерсть на коленях примнется же!); а на шее носили жестяные крупные бляхи с изображением королевского герба. Да, и самая важная деталь — грубые башмаки, любовно и старательно извазюканные нежно-розовой краской. Чтоб башмаки не терялись, — увы, цивилизация троллей еще не освоила ни шнурки, ни другие завязочки, — их прибивали к подошвам хозяев дюймовыми гвоздиками.
Так вот. Если бы в создании «экспериментальной КСП» не поучаствовал мэтр Питбуль, к которому Далия питала самое сердечное расположение, если бы Обитель Премудрой Праматери Прасковьи не курировала мэтресса Розанна, обеспечивая всем тамошним пациентам квалифицированную медицинскую помощь, и если бы оба тролля не проявляли похвальное усердие, отлавливая страдальцев по всему Талерину и привязывая их к носилкам, — если бы не всё вышеперечисленное, вряд ли бы Далия сохранила серьезность, глядя, как мутно-бледная Долли отчитывает санитаров за плохое поведение.
Получив от сварливой болотно-зеленоватой пациентки башмаком по голове, Цурьк отмер, оставил нос в покое, подхватил носилки и мэтрессу Долли и бойко застучал стоптанными и обкусанными каблуками по мостовой. Второй реанимотролль сделал попытку подхватить Далию — та профессионально ловко отпрыгнула за тяжелые двери, и побрел за товарищем, высматривая, кому бы еще оказать экспериментальную помощь.
— Ладно, — сказала Далия, потирая ручки. — Один дракон нейтрализован. Теперь проверим второго.
— А? Что?
— Я спрашиваю вас, госпожа Гиранди — между прочим, в пятый раз! — чтО, по вашему мнению, я должна делать в оставшиеся четыре часа общественных работ? — терпеливо повторила мэтресса Далия.
Как и ожидалось, секретарь ректора проглотила легкую ложь насчет «четырех» часов. Более того, она вообще, кажется, мэтрессу не услышала. Пришлось Далии в шестой раз поднапрячься, спрашивая, и госпожа Гиранди снова ответила:
— А? что?
— Госпожа Гиранди? С вами все в порядке? — с фальшивой заботой спросила Далия. — Вы что, как и мэтресса Долли, переусердствовали с банкетом?
— Кто, я? — отмерла секретарша. — Да как вы смеете сравнивать меня — и какую-то Долли!
Далия сложила руки на груди:
— Метафорически выражаясь, мы все равны — перед Создателями и пищевым отравлением. И люди, и гномы, и принцы…
— Принцы? Где? Где принцы? — засуетилась госпожа Гиранди.
«Ага, — удовлетворенно отметила Далия, — кажется, я не ошиблась в диагнозе». Действительно, факт обнаружения секретаря ректора не на рабочем месте, а в Библиотеке, в непосредственной близости от памятной таблички с изображением Гринчева коренного зуба и кавладорского герба, говорил о многом.
— Вы слышали? — готовясь к информационному саботажу, Далия прибавила в голос интонаций профессионального мошенника: — Принца Роскара наказали за дебош, учиненный в Университете! Говорят, что его величество, крайне недовольный поведением брата, сослал его охотиться замок Фюрдаст.
— И как можно быть недовольным таким лапочкой? — задумчиво вздыхая, произнесла госпожа Гиранди. Далия, осмотревшись по сторонам, сочла необходимым просветить секретаршу:
— Разве вы еще не знаете? Помимо того, что Роскар бьет зубы налево-направо и ломает общественное имущество, вчера он на пару с послом Нгули и ансамблем «Сорок дочерей эмира Кара-бея» устроили вечер отвязных восточных танцев!
— Да неужели! — ахнула Гиранди.
— Ну да. Мне знакомый маг из Министерства Спокойствия рассказывал. А потом Роскар совершил подвиг.
— Какой? — облизнувшись, будто Далия скармливала ей бисквитное печенье, попросила продолжения секретарша.
«Блин! К чему подробности! Всем кавладорцам достаточно, что наш принц просто совершает подвиги! Ну, ладно! Врать, так душевно и занимательно», — подумала сапиесологиня и охотно поделилась информацией с секретаршей:
— Он победил в неравном поединке тролля. Значит, дело было так: возвращается принц Роскар поздно вечером из… ну, скажем, нашего Университета домой, в Королевский Дворец.
— А посол Нгули? — спросила госпожа Гиранди. Далия кивком поблагодарила за подсказку:
— Несёт посла Нгули.
— А одалиски?
— … которого чересчур утомили восточные танцовщицы. И навстречу ему — два тролля. (Мгрунчак и Цурьк, — мысленно уточнила Далия.) И грозно этак требуют: Отдай нам свою жертву, человече! А не то побьем тебя!
— И что? — затрепетала госпожа Гиранди.
— А принц Роскар и отвечает: Ужо вам, изращенцы розовопятые! Не дождетесь! А тролли: Отдай! Нам он нужен! А…
— А принц Роскар им левой пяткой в ухо — кияя!! — завопила в восторге госпожа Гиранди, подскочила со стула и изобразила, какой же удар получил тролль. Далия поразилась до глубины души: оказывается, какая у них ректорская секретарша спортивная дама! — Кулаком по мордасам — хрясь, хрясь, хрясь! Локтем по почкам! Коленкой в зубы! Потом кэээк подпрыгнет и… иияяя!!! — изобразила Гиранди.
С ближайшего стеллажа посыпалась периодика.
— Где-то так, — согласилась Далия. Подняла подшивку газет «Талерин сегодня», задумчиво просмотрела передовицу. То же самое происшествие — но насколько скучным языком оно изложено! У госпожи Гиранди картинки с прискоками получаются гораздо симпатичнее! Хм… — Госпожа Гиранди! Э-эй!
Секретарша отвлеклась от пантомимы Великой Битвы Роскара с Медицинскими Троллями.
— Да, мэтресса Далия? И чем же всё кончилось?
— Вы про битву спрашиваете? Всё хорошо: когда один из троллей упал, нокаутированный принцем, его розовопятый товарищ подхватил бессознательное тело и унес в Обитель Пр… в общем, в обитель предков, или как там ее назвать бы. Короче, все довольны. Кроме принца Роскара, конечно, — добавила коварная мэтресса.
— Да? Почему? как? Чем мы можем помочь его высочеству?
«Заметьте, — наставительно подняла мысленный пальчик мэтресса. — Не я это предложила!»
— Помочь… помочь… — Далия сделала вид, что задумалась. — Госпожа Гиранди! А ведь никто не знает всех подвигов принца Роскара.
— Почему это? Мэтр Филипп и мэтр Люмус постарались, составили полный перечень. «Подвиги от первого зуба до первого глотка», «Подвиги от первого глотка до первой гидры», «Подвиги года Веселой Вдовы», «Подвиги года Серебряного…»
— Бобра? — уточнила Далия.
— Да разве упомнишь всё зверьё, которое даёт названия годам и десятилетиям! Кажется, все-таки был год Серебряного Оленя. Я сейчас попрошу Клотильду принести нам полное хронологическое описание подвигов нашего храброго принца.
— Ну, кто читает эти нудные алхимические записки! — возмутилась Далия. Ответом ей стала тишина и пятьдесят возмущенных взглядов поверх обложек. Мэтресса примирительно улыбнулась библиотечным читателям. — Я, собственно, задала гипотетический, риторический и совершенно не требующий непосредственного ответа, вопрос — и персонально госпоже Гиранди!
— Аааа… — удовлетворились студенты и алхимики. Действительно, секретарь ректора под категорию «читателей и завсегдатаев Библиотеки» не попадала.
— Госпожа Гиранди! — таинственно и торжественно объявила госпожа сапиенсолог. — У меня есть для вас суперпредложение.
— Да? Какое?
— Вы должны представить историю подвигов принца Роскара — в картинках! Чтобы было доступно всем, даже тем, кто еще читать не научился. Конечно, мэтресса Долли старается изо всех сил, пропагандируя блага образования…
— Да что она пропагандирует! — возмутилась Гиранди. — Мэтресса Долли только и может, что читать ярлычки на бутылках!
— Ну, это тоже дорогого стоит. Но не будем о Долли.
— Лучше поговорим о Роскаре. Вы сказали — картинки? но… но… я ведь рисовать не умею!
Облом, подумала Далия, а вслух спросила:
— А что умеете?
— Ну, протоколы писать…