Страница 149 из 257
Хвала сапиенсологам!
— Благодарю вас, мэтресса, — проговорил Клеорн и вежливо пожал даме руку, — вы мне так помогли! Надеюсь, у вас не будет неприятностей?
— У меня? — удивилась Далия. — С чего бы?
— Вы же помогаете мне найти доказательства того, что университетские часы сломались по причине плохого ухода за ними, и ремонтные работы должен оплачивать сам Университет, а не наше Министерство.
— Вообще-то, — возразила Далия, — я собиралась доказать, что часы сломались случайно…
— По воле богов? — уточнил Клеорн.
— Ну, в принципе, идея неплоха… — протянула задумчиво алхимичка. И сделала попытку сбежать — наверняка на поиски какого-нибудь теософа с соответствующими цитатами. Но Клеорн продолжал крепко, хотя и очень деликатно, придерживать руку мэтрессы.
— Спасибо вам, мэтресса Далия. Вы мне очень помогли.
— Всегда пожалуйста.
Напа внимательно посмотрела сначала на свою научную предводительницу, потом на усатого сыщика. Что это с ними? Стоят посреди университетского холла, держатся за руки и глупо улыбаются друг другу. Ну, по крайней мере, на лице Клеорна застыло некое отстраненно-доверчивое, наивное и возвышенное выражение, а мэтресса, как всегда, держится молодцом, на ее физиономии даже сейчас читается высшее образование и привычка действовать логикой, как штопором, ввинчиваясь в очередную проблему, если та вдруг встретится в быстротекущем потоке мэтрессиной жизни.
Спустя две минуты Напе надоело смотреть на молчащую парочку, и она прибегла к испытанному способу достучаться до алхимического интеллекта, дернув мэтрессу за мантию.
— Да, Напа, я сейчас иду, — откликнулась Далия, продолжая смотреть на Клеорна.
Инспектор отмер, извинился, что важные дела требуют его присутствия в другом месте, поцеловал мэтрессе руку и степенно удалился.
Далия осталась стоять посреди университетского холла.
— Далия… Далия! — снова дернула за мантию гномка.
— А он симпатичный, ты не находишь? — задумчиво протянула мэтресса. — Конечно, никакого сравнения с Питбулем. Ни очков, ни чернил на носу, ни ллойярдской туманности во внешности… Мантия Клеорну наверняка не пойдет… усы эти дурацкие…
— Далия, очнись!
— Да-да, Напа, я тебя внимательно слушаю.
— Тогда скажи, как ты думаешь, этот сыщик ни о чем не догадался?
— О чем ему догадываться? — Далия пожала плечами, продолжая задумчиво глядеть вслед удалившемуся сыщику. — О том, что это мы сломали университетские часы? Да с чего бы ему пришла в голову такая идея?
— Нет! — возмутилась гномка. — О том, что мы решили самостоятельно добыть клад царя Тиглатпалассара!
Задумчиво-романтическое настроение мэтрессы мигом сменилось раздражением. Далия издала звук, с которым усталая лошадь принимает во влекомую ею телегу очередную корпулентную пассажирку.
— Напа! Я же сказала! Оставь эти идеи!
— Почему? Я хочу стать охренологом!
— Археологом, — автоматически поправила Далия.
— Да, верно. Копать что-нибудь и находить при этом древние сокровища! Нет, ну почему я раньше не думала об охренологии?! Ведь ахрено… ар-хе-о-логия, — по слогам, четко, чтобы привыкнуть к незнакомому слову, проговорила Напа, — это ж идеальная наука для любого гнома! Бери лопату — и изучай закопанное кем-то золото!
Из Далии вырвалось сдавленное рычание.
— Археология — не наука.
— Как?! Как не наука?! Наука. Ею мэтры с кафедры истории занимаются!
— Археология — направление исследований, а наукой называется такая область знания, которая… которая… — попыталась подобрать Далия аргумент поубойнее. Но Напа сумела подобрать контраргумент быстрее:
— Ты же сама, Далия, говорила, что наукой станет любое знание, если алхимик его четко сформулирует и обозначит профильную проблематику! Спорим на что угодно: когда я отыщу гробницу царя Тиглатпалассара, я нарою там столько профильной проблематики, что хватит на две науки! На десяток наук! На… — гномка аж задохнулась от открывающихся перед ее копательно-ориентированным воображением перспектив. — На целый университет ар-хео-логических исследований! — драматическим шепотом, ибо горло перехватило от волнения, выдала Напа. — И у всех алхимиков будут гномьи лопаты и кирки, и все будут копать!!!
— Напа.
— А?
— Что у нас сегодня на обед?
— Я почем знаю, — медленно, со скрежетом, вагонетка мыслей Напы Леоне Фью из клана Кордсдейл перестраивалась с рельсов, ведущих в будущее алхимическое величие, на рельсы проблем сегодняшнего дня. — Полин должна была доварить суп «Ветер пустыни», приготовить куриное филе для шашлычков, я собиралась сделать плов — это эль-джаладское национальное блюдо, если ты не знаешь… Полин его доверять нельзя, она крышку с котла не поднимет… Знаешь, Далия, побегу-ка я в «Розочку», проверю, как обед готовится.
— Ага. Беги. Я тут… еще на общественное благо поработаю…
Проследив, как скрывается из виду квадратная фигура подпрыгивающей от избытка чувств и научного — увы, археологического — рвения гномки, Далия перестала сдерживать накопившиеся эмоции и выдала краткую, но крайне экспрессивную пантомиму. Искаженное лицо, впечатывание каблука в университетский пол и потрясание рук над головой означало, что Далии идея Напы сменить профиль научных изысканий категорически не нравится.
Чтобы успокоиться, Далия выскочила во внутренний дворик и принялась бегать кругами вокруг солнечных часов, продолжая на все корки честить клан Кордсдейл с его гномьим воспитанием и не менее гномьими идеалами мироустройства и профессиональной реализации. Археология! Вы только подумайте — археология! Копать, копать и еще раз копать! О боги, да что ж с Напой делать-то?
Последние три дня — с тех пор, как Далия обнаружила в одной из библиотечных рукописей зашифрованное описание дороги к кладу царя Тиглатпалассара, гномку не оставляла мысль, что тридцать восемь лет ее предшествующей жизни прожиты зря. Прямо-таки псу под хвост, эльфу в черновик поэмы… Подумать только! Рядом, буквально рядом — только киркой дотянись, лопатой докопай, жили люди, кентавры и гномы, которые рыли землю, находили несметные сокровища, да еще совершали при этом великие алхимические открытия — а она, Напа Леоне Фью из клана Кордсдейл (кавладорская ветвь), просто не догадывалась об их существовании!! А ведь могла бы уже вырыть яму величиной… так, примем за средний объем работ количество грунта величиной с…
Первый вечер, отдыхая после суматохи, вызванной обнаружением трупа неизвестного в университетской библиотеке, Далия, помнится, радовалась. Ну, думала она, наконец-то! Ведь предыдущие полгода Напа Леоне могла разговаривать, в основном, лишь на тему «Айра из клана Моргенштерн, его внешность, привычки и перспективы в качестве жениха Напы Леоне Фью». Далия против мастера Айры ничего не имела, напротив, этот степенный рыжий гном ей нравился, и она всячески желала своей подруге счастья. Правда, в какой-то момент мэтресса догадалась, — если термин «догадалась» адекватен вспышке шаровой молнии, промчавшейся по нейронам алхимически ориентированного мозга — что жизнь гномов, мягко говоря, немного продолжительнее, чем человеческий век. Ага, вы тоже об этом слышали? И что гномы — существа очень застенчивые и деликатные, наверное, слышать случалось? А что у гномов период помолвки для влюбленной пары длится до полувека?
Вот и Далия однажды сообразила, что может слушать восторженные дифирамбы в адрес Айры Моргенштерна всю оставшуюся жизнь. А потом счастливая пара обязательно позовет ее на свадьбу- в качестве самой старой подруги невесты, и будут деликатно объяснять крепеньким, розовощеким родичам-гномам, что во-он та седая развалина с трясущейся головой, с чернильным пятном на носу и челюстью на подвязке, в годы своей молодости была грозой и грёзой Университетского квартала…
Так вот, обрадовавшись, что у Напы наконец-то нашлась новая тема для разговоров, Далия уже к утру стонала, скрежетала зубами, обвязала голову полотенцем, симулируя приступ мигрени, и едва не бросалась на стенку. Почему, почему, досаду вашу, Напа никогда раньше не думала о карьере археолога? Ведь археолог должен копать! Выворачивать горы грунта и находить в них и под ними тонны сокровищ! Да ведь это не профессия, для гнома — это просто мечта!