Крёстный сын

-- Как тебе удалось вызволить его с каторги?

-- Элементарно: за деньги, -- с присущим ей цинизмом ответила Ив, дерзко глядя на отца.

-- И во сколько же его оценили? -- в голосе Правителя звучала неприкрытая издевка.

-- Я сама назначила цену, чтобы не торговаться и не тратить время.

-- Сколько?

-- Полторы тысячи.

Глава государства присвистнул точно также как Филип, когда узнал сумму выкупа.

-- И как, не жалеешь? -- с интересом спросил он.

-- Вы же видите: не жалею, -- усмехнулась дочь, давая понять, что его недовольство их близостью не осталось незамеченным.

-- Где ты взяла столько денег?

-- Продала кое-какие драгоценности.

-- Сама продала?

-- Естественно. Повторяю: мне никто не помогал.

-- Кроме твоей няни.

-- Что вы с ней сделали? -- заволновалась Ив.

-- Ничего, еще и заплатил за услуги. Старушка уморительно прикидывается выжившей из ума.

Филип, разозленный разговором о его рыночной стоимости, хмыкнул.

-- Крестный, вы на себя не похожи, даже удачно пошутили. Раз уж вы в ударе, расскажите, как собираетесь объяснять суду, что я полгода жил во дворце и постоянно с вами общался?

-- Придется сказать правду и покаяться. Люди это любят, -- усмехнулся Правитель, глядя на угрюмого крестника. -- А суд устроим закрытый.

-- Хорошо. Только не втягивайте Ив. Я не буду рассказывать о наших отношениях. И не желаю, чтобы ее допрашивали или вызывали как свидетеля.

-- Я и не собирался привлекать ее к этому. Но если она сама захочет...

-- Нет, не захочу, -- успокоила Ив отца. -- Но на суде я должна присутствовать.

Филип и Правитель чуть не хором сказали:

-- Конечно!

Солнце садилось, и начинали сгущаться холодные зимние сумерки, когда путники подъехали к постоялому двору. Правитель и его пленники вышли из кареты и направились к дому, сзади следовали люди сопровождения и понурые Шон с Кайлом. Не успели они наполовину пересечь просторный двор, как входная дверь распахнулась, и оттуда быстрым шагом вышел Кендрик. Он приблизился к Правителю, низко поклонился и сказал:

-- Здравствуйте, мой лорд! Я уже стал беспокоиться и собирался с людьми отправиться вам навстречу.

-- Не зря беспокоился, -- проворчал Правитель, -- на тракте шайка разбойников орудует, а ты ни сном, ни духом. Пришлось твоей леди за меч браться.

Он усмехнулся, глядя, как изменилось лицо вассала.

-- Моей леди? -- растерянно спросил тот.

Правитель вытолкнул дочь вперед.

-- Ты жаждал засвидетельствовать ей свое почтение. Пожалуйста!

Ив, видя написанное на лице Кендрика недоумение, не стала жеманиться и напускать туману, чего явно ждал от нее отец, а сказала:

-- Здравствуй, Кендрик. Я -- твоя леди, герцогиня Адингтон.

Кендрик несколько мгновений с изумлением разглядывал ее, потом опустился на одно колено и склонил голову.

-- Здравствуйте, ваше высочество. Рад служить вам. Простите за недосмотр на тракте, похоже, старею.

-- Встань, пожалуйста. У меня нет к тебе претензий. Я хорошо знаю, насколько ты бдителен: год назад моему спутнику с трудом удалось убедить тебя, что он не беглец с каторги.

Кендрик вгляделся в упомянутого спутника и узнал того почти сразу. Филип, которому не понравилась издевательская откровенность крестного с вассалом Ив, с вызовом проговорил:

-- Привет, Кендрик! Приятная встреча. Может, сегодня удастся вместе выпить, если ты не очень спешишь и заночуешь в этой дыре. Извини, я в прошлый раз назвался не своим именем. На самом деле я -- герцог Олкрофт, и "браслеты" у меня...

-- Филип! -- заорал Правитель, чуть не дав крестнику пинка.

Молодой человек усмехнулся и замолчал.

-- Здравствуйте, мой лорд, -- поклонился Кендрик -- надеюсь, вы не держите зла за мои подозрения.

-- Не держит, не беспокойся, -- быстро сказал Правитель, не давая Филипу раскрыть рот, но тот, видя, что крестный уже сам не рад своей откровенности, молчал.

Кендрик, не будучи дураком, прекрасно понял -- лучше ему побыстрее удалиться и поменьше думать об этой встрече. Во время поездки в столицу он слышал кое-что о дочери Правителя и герцоге Олкрофте, а происходящее лишь подтверждало: нет журчанья без ручья. "Девочка, судя по всему, сногсшибательно красива, еще лучше матери", -- подумал Кендрик и, не удержавшись, бросил на свою госпожу оценивающий взгляд. -- "Парень, небось, на все ради нее готов, вот и доигрался: пришлось уголька поломать, Правитель-то наш со своими близкими всегда не в меру суров был... С каторги мальчишка сбежал, и не без ее помощи, но это тоже понятно: на таких, как он, бабы гроздьями вешаются." Вассал герцогини вздохнул, вспоминая собственную молодость. "Да не мое это дело, пусть сами между собой по-родственному разбираются. Девочке я всегда буду верой и правдой служить в память о матери, а если парень станет ее мужем, тоже неплохо: скучать не придется." Его размышления прервал Правитель.

-- Я устал, -- сказал он Кендрику, -- а мне еще нужно поговорить с этими двоими. Спасибо, ты очень помог. Отправь людей к месту побоища, пусть уберут трупы, да заодно проверят, не осталось ли поблизости лихих людишек. И оставь мне человек пять в сопровождение, до столицы доехать.