Страница 55 из 93
Преодолев эту слабость, Мыльников продолжал.
– Надо хотя бы вернуться и закопать эту гору трупов. Нам просто невозможно будет работать в подземелье, они же начнут вонять.
– Верно! – единодушно подхватили почти все присутствующие.
– Но где их закапывать? – спросил Кузнецов.
– Да лучше всего там же, в подземелье. Они будут как бы дважды упрятаны. В подземелье, да еще и закопаны.
– Да… – протянул профессор и вдруг крепко задумался, почти впав в ступор.
– Михалыч! Не спи, замерзнешь, – непочтительно прервал его молчание Мыльников, с которым они уже перешли на „ты“.
Кузнецов как будто очнулся.
– Как вы считаете, – спросил он, обращаясь ко всем сразу, – если бы некто решил прятать библиотеку, что называется „с гарантией“, он бы что сделал, построил бы подземелье, а в нем просто расставил стеллажи?
Ему ответил Виталий, настроенный наиболее решительно среди всех.
– Да нет, он бы сделал из этого подземелья тайный ход в…
– Другое подземелье. И стеллажи поставил бы уже там? Так что ли?
– А что бы, по-вашему, он сделал? – недоуменно спросил Виталий.
– Кажется, я понял мысль профессора, – вклинился в их диалог Мыльников. – Этот некто просто закопал бы сокровища в подземелье. Возможные искатели нашли бы подземелье, развалили бы все стены в поисках хода в другие помещения, но так ничего бы не обнаружили.
Как мы, – добавил он.
– Вот это да! – воскликнули все разом. – Подполковник голова.
– Не я голова, а профессор. Он пришел к этой мысли и хотел, чтобы мы тоже обо всем догадались сами.
– Зачем, сами? – спросил Алексей.
– Чтобы в процессе поиска ответа дойти до кое-каких важных деталей. По принципу ум хорошо, а два лучше.
– Ты точно пересказал мой замысел, Семен. Но догадался только ты. Теперь уже прямой вопрос, какие соображения на этот счет?
– Закопать можно клад, – быстро сказал Алексей. – Но как закопать библиотеку?
– В сундуках, например.
– Хорошо, но если Половцев нашел именно таким образом спрятанную библиотеку, то должны сохраниться следы его свежих раскопок.
– Не обязательно. Как вы заметили, там разнозернистый неслоистый песок. В таком грунте следы копания в условиях сухого подземелья не видны. Да и натоптали там многие и много.
– А до того, как натоптали?
– А до того мы все смотрели на стены, но не себе под ноги.
– И все-таки должны быть некие наводки, где надо копать. Все те же приметные знаки. Где им быть? Да и какие они? Все те же искривленные свастики?
Все помолчали. А княжна твердо сказала.
– Нет, это должен быть Сварогов квадрат.
– Откуда вы знаете это Тамара?! – воскликнул Алексей.
– Знаю, Леша. Я же все-таки из рода колдунов. Но мою душевную уверенность к делу не пришьешь. Поэтому выскажу рациональное соображение. В Ливонскую войну Грозный с большим упорством штурмовал, а потом удерживал Полоцк. В легендах нашего рода сказано, что он хотел, как и его предок Владимир, овладеть одной из княжон нашего рода[31]. И через нее выйти на те тайны, которыми мы владеем.
Ему не удалось сразу, на месте вычислить среди полоцких дворян[32] представителей или представительниц нашего рода. И тогда он принял решение „на всякий случай“ переселять сюда, в свою тогдашнюю столицу[33] всех пленных дворян Ливонской войны. Потом, де, разберемся.
И, кстати, уж извините за грубость, передрал он потом чуть ли не всех девиц плененных семейств. Это можно объяснить его примитивным сластолюбием. Но я думаю, не все так просто. Такого типа люди верят в свою харизму и сверхъестественные возможности. Вполне возможно, что Грозный самонадеянно полагал, что в постели ему скажут даже больше, чем на дыбе.
Кстати, видели его скульптурный портрет[34] в музее? Если да, то заметьте, сколько похожих типов гуляют по улицам нашего городка. Впрочем, это лирическое отступление.
Но те тайны, которыми владели мы, сродни, если так можно сказать тем тайнам, которые были в его библиотеке. И пряча эту библиотеку, он вполне мог использовать в качестве, как это говорят некоторые молодые люди, „наводки“ наш знак – Сварогов квадрат[35].
– Но мы там нигде не видели Сварогова квадрата!
– Значит, плохо искали. Или искали не там. Или не совсем там.
– Хорошо, – прервал их дискуссию Мыльников. – Так или иначе, но надо идти в подземелье и копать. Это надо и для поисков, и чтобы похоронить трупы.
– Верно, – подвел итог Кузнецов. – Едем. Кто остается с Семеном?
– Не надо со мной никого оставлять. Я более или менее в норме. При оружии и при удостоверении. Это раз. И потом, на чем намереваешься ехать, Михалыч? Не на „трофейной“ же „Газели“?
– Разумеется, нет. Без тебя на ней опасно ездить даже по лесам. Поедем на моей машине. А на „Газели“ уж потом с тобой будем вывозить трофеи.
– Разумно.
– Тогда, по коням, господа, – сказал Кузнецов вставая.
– Погодите, Святослав Михайлович! Только один вопрос, – подал голос Алексей.
– Давай, но в темпе.
– Тамара, о каких это общих тайнах вы говорили?
– Найдем библиотеку, тогда расскажу. А пока некогда. Поехали, мальчики, поехали.
Они копали и тыкали в рыхлый песок тонкие стальные прутья, найденные у Кузнецова в гараже. Они остались после какого-то этапа строительства его дома и пригодились сейчас весьма кстати.
Это продолжалось уже более двух часов. Все было безрезультатно.
– Давайте сделаем хоть одно дело, – взмолился Алексей. – Хоть закопаем этих клиентов. Они уже воняют, сил нет.
– Давай, – согласился профессор.
Его блестящая идея опять не подтверждалась. И он чувствовал не просто досаду, но прямо-таки какую-то личную обиду на судьбу за нелогичность и уродскую хаотичность этого мира.
Он со злостью вонзил лопату в землю. Песок хорошо копался. И яма, ранее сделанная с поисковыми целями, росла с каждой минутой. Кузнецов сгонял свою злость в бешенной физической работе. Это была какая-то молитвенная истовость.
Остальные отошли от него и или отдыхали, или просто не хотели мешать выходу его ярости.
Через полчаса яма была уже готова. Кузнецов вышел из нее, шатаясь от усталости.
– Давайте, господа. Теперь ваша очередь. Никаких сундуков в этом месте нет. Так что стаскивайте наших клиентов и засыпайте их.
Он привалился к стене и, мысленно представив Сварогов квадрат, обратился к своим русским Богам.
„Помогите мне! Я знаю, вы меня слышите. Вы же помогали мне не раз. Но тогда я этого не понимал. А теперь понимаю. Помогите. Я же ищу то, что ищу, во имя торжества Ваших идеалов. Я же верю Вам. Ответьте мне!“.
Ничего не пришло в голову. Он постоял. И вдруг почувствовал, что давно жаждет помочиться. Кузнецов был в этих делах более чем прост. Сказывалась его юность, проведенная в дальних геологических экспедициях. Чуть отойдя в сторону, он начал расстегивать ширинку
– Профессор! Это черт знает что! Ну не при даме же!!! Отошли бы хотя бы в проход, что ли! – раздался возмущенный голос Тамары.
– Извините, княжна. Но там черт ногу сломит. Темно.
– Так возьмите фонарь!
– Леха, дай фонарь, – попросил Кузнецов.
Алексей подал ему большой фонарь.
Святослав, светя себе под ноги, отошел в проход, по которому они проникали в подземный зал. Сам проход был укреплен не везде. И не всегда камнями. Но вход в зал был сооружен в виде добротной каменной арки, крепко подпиравшей стены и свод прохода.
Окончательно расстегнув уже полу расстегнутую молнию на ширинке, Кузнецов с удовольствием начал мочиться. Фонарь мешал. И профессор прицепил его за какой-то крючок к кольцу на груди своей куртки. Фонарь крутанулся на этом кольце и стал светить вверх. Впрочем, его свет был уже не нужен. Кузнецов вполне основательно пристроился за углом, образованным стеной зала и проходом. На расстоянии, достаточном, чтобы быть не видимым Тамаре, стоящей рядом с ребятами, засыпающими яму.
31
Да не было уже никакого „рода“ Полоцких князей давным-давно. Тем более в Ливонскую войну.
32
А вот „дворян“ в то время ЕЩЁ не было. Даже если ты пишешь „фантастический детектив“, всё равно ТАК вольно обращаться с историческими данными не стоит.
33
Ну да, другого места для пленных не нашёл. Только у себя в столице.
34
Ну да, работы антрополога Герасимова, восстановленный по черепу из могилы. Насколько этот облик соответствует истинному, да ещё времён Ливонской войны остаётся только гадать.
35
С какой стати?