Страница 19 из 95
— Как случилось, что вы не в форме? — спросил Ребус.
— Некоторых форма пугает, — ответила Уайтред.
— Вот как? А может быть, это потому, что вы не хотите лишнего шума? — Ребус холодно улыбнулся. — Не очень-то пристало кому-то из ваших терять рассудок, правда? Меньше всего вам хочется тыкать в нос всем и каждому, что он был вашим товарищем.
— Сделанного не воротишь. А предотвратить повторение подобных историй будет очень правильно. — Она помолчала, стоя прямо напротив него. Почти на фут меньше его ростом, она была ему совершенной ровней. — А вообще, зачем вам во все это вдаваться? — И она улыбнулась в ответ на его улыбку. Если от его улыбки веяло холодом, то ее была уж точно из морозилки. — Вы не выдержали испытаний, провалились. Зачем же вспоминать, возвращаться в прошлое, детектив-инспектор?
Вместо «детектив» ему послышалось «дефектив». Возможно, виной тому был ее выговор, а может, она пыталась скаламбурить. Шивон дозвонилась до Хогана, но трубку тот взял не сразу.
— Нам надо осмотреть катер, — сказала Уайтред напарнику и протиснулась в дверь, слегка прижав стоявшего там Ребуса.
— Там есть лестница, — сказал Симмс.
Ребус попытался по выговору определить, откуда он родом. Из Ланкашира или, возможно, Йоркшира. Что же касалось Уайтред, тут дело было посложнее. Похоже, она все-таки шотландка, потому что говорит на английском самого общего свойства, классическом английском, какому обучают в привилегированных школах. Попутно Ребус заметил, что Симмс чувствует себя не очень ловко в своем костюме, как, возможно, и в своей роли. Должно быть, сказывались сословные перегородки либо же просто и одежда эта, и роль были ему внове.
— Между прочим, меня Джоном зовут, — сказал ему Ребус. — А вас?
Симмс покосился на Уайтред.
— Ответь же ему! — бросила та.
— Гэв… Гэвин.
— Гэв — для друзей, а на службе Гэвин? — догадался Ребус.
Тут Шивон протянула ему трубку.
— Бобби, какого черта ты позволил этим двум олухам из армии Ее Величества карабкаться в наше дело? — Он замолчал, слушая, а потом заговорил снова: — Нет, я намеренно употребил это слово, потому что сейчас они собираются карабкаться на катер Хердмана! — Новая пауза. — Но это вряд ли может служить… — И потом: — Ладно, ладно… Отправляемся. — Он сунул мобильник в руку Шивон. Симмс держал лестницу, а Уайтред лезла по ней вверх.
— Мы уходим! — крикнул ей Ребус. — И если нам больше не придется встретиться, я, поверьте, буду содрогаться от внутренних рыданий, улыбка же на моем лице будет лишь данью вежливости воспитанного человека.
Он ждал, как воспримет женщина эту шутку, но она уже была на катере и, казалось, потеряла к Ребусу всякий интерес, а вверх по лестнице, поминутно оглядываясь на детективов, лез теперь Симмс.
— У меня сильное искушение выхватить лестницу и убежать с ней, — шепнул Ребус Шивон.
— Не думаю, чтоб это остановило ее, а ты как считаешь, а?
— Возможно, ты и права, — согласился он. И потом уже громче: — И последнее, Уайтред: тот щенок Гэв вам под юбку заглядывал!
И повернувшись, чтобы уйти, он, глядя на Шивон, слегка пожал плечами, как бы признавая, что шутка получилась плоской.
Плоской, но не безрезультатной.
— Ей-богу, Бобби, что это с тобой приключилось? — Ребус шел по длинному школьному коридору в направлении чего-то, более всего напоминавшего огромный, от пола до потолка, сейф — старомодный, с диском шифра и опрокидывающими устройствами. Сейф был открыт, открыта была и стальная решетка внутри. Хоган остановился перед сейфом и заглянул в него. — Черт побери, дружище, при чем тут эти мерзавцы!
— По-моему, Джон, — негромко проговорил Хоган, — ты еще не знаком с директором, — и размашистым жестом он указал на кого-то, находившегося в хранилище. Там стоял мужчина средних лет на фоне целого арсенала оружия — такого количества хватило бы и для революционного переворота. — Доктор Фогг, — представил мужчину Хоган.
Фогг ступил за порог хранилища. Он был небольшого роста, коренастый и похож на бывшего боксера: одно ухо словно бы вспухло, нос — в пол-лица. Кустистую бровь рассекал рубец — след давней травмы.
— Эрик Фогг, — сказал мужчина, пожимая Ребусу руку.
— Простите мне мое сквернословие в коридоре. Я инспектор Джон Ребус.
— Работая в школе, еще и не то услышишь, — сказал Фогг, сказал как что-то привычное, говоренное им не одну сотню раз.
Нагнавшая их Шивон хотела было представиться, но взгляд ее упал на содержимое хранилища.
— Господи ты боже! — воскликнула она.
— Вот и я так думаю, — поддакнул Ребус.
— Как я уже объяснял инспектору Хогану, — начал Фогг, — многие независимые учебные заведения хранят в своих стенах нечто подобное.
— ОКК — правильно я запомнил, доктор Фогг? — включился Хоган.
Фогг кивнул.
— Объединенный кадетский корпус — кадеты пехотной, военно-морской и летной частей. По пятницам они выходят на парад. — Он помолчал. — Наше нововведение заключается в том, что в этот день ученики могут забыть о школьной форме.
— Ради формы еще более военизированной, не так ли? — заметил Ребус.
— А также ношения автоматического, полуавтоматического и прочего оружия, — добавил Хоган.
— Возможно, случайного взломщика такой парад заставит призадуматься.
— Конечно, — сказал Фогг. — Я уже рассказывал инспектору Хогану, что по малейшему сигналу тревоги, исходящему из школы, дежурные полицейские, как им и предписано, первым долгом направляются в хранилище. Так повелось еще с той поры, когда ИРА и им подобные организации охотились за оружием.
— Не хотите же вы сказать, что здесь и боеприпасы хранятся! — воскликнула Шивон.
Фогг покачал головой:
— Нет, боевых патронов мы в школе не держим.
— Но оружие настоящее? Стрелять из него можно?
— О, самое что ни на есть настоящее. — И он окинул взглядом свои запасы с выражением некоторого отвращения.
— Вы не большой любитель оружия? — догадался Ребус.
— Боюсь, что практика его применения грозит стать несколько шире разумного его использования.
— Вот ответ истинного дипломата, — заметил Ребус, чем вызвал на лице директора принужденную улыбку.
— Хердман, случаем, не здесь свою пушку раздобыл? — спросила Шивон.
Хоган покачал головой.
— Вот еще один вопрос, на который, как я надеюсь, помогут ответить наши военные следователи. — Он быстро взглянул на Ребуса. — Конечно, при условии, что на него не сможете ответить вы.
— Дай нам время, Бобби. Мы ведь всего пять минут как вошли сюда.
— А вы и преподаете здесь, сэр? — обратилась к Фоггу Шивон, надеясь предотвратить возможную перепалку двух старших офицеров.
Фогг покачал головой:
— Когда-то преподавал РНВ — Религиозное и нравственное воспитание.
— Внедряли принципы морали в среду тинейджеров? Нелегкий труд.
— Мне что-то не встречался пока тинейджер — поджигатель войны. — В тоне, каким это было сказано, прозвучала некая фальшь — еще один, заранее заготовленный ответ на частый вопрос.
— Но это лишь потому, что мы не стремимся давать тинейджерам оружие в руки, — заметил Ребус, разглядывая арсенал.
Фогг запер железную решетку.
— Таким образом, пропаж не обнаружено? — спросил Ребус.
Хоган кивнул.
— Однако оба убитых состояли в ОКК.
Ребус перевел взгляд на Фогга, и тот тоже кивком подтвердил сказанное.
— Энтони был очень активным членом. Дерек же не столь рьяным.
Энтони Джарвис, сын судьи. Его отец, Роланд Джарвис, был хорошо известен в шотландских судебных кругах. Ребусу случалось не один десяток раз выступать на заседаниях суда, которые вел лорд Джарвис, вел с остроумием и, как выразился один адвокат, с «истинно орлиной зоркостью». Ребус не так уж хорошо разбирался в зрительных способностях пернатых, но понимал справедливость такой характеристики профессиональных качеств судьи Джарвиса.
— Мы вот тут гадали, — говорила тем временем Шивон, — был ли уже просмотрен банковский счет Хердмана и его счета за квартиру.