Страница 3 из 10
Ангел посмотрел на Олега с изумлением, которое тут же сменилось испугом. Крылатик сжался, скульнул отчаянно и запихнул в рот ещё одну котлету. Похоже, ангел готов был в любое мгновение получить от хозяина кухни увесистую затрещину и стремился проглотить как можно больше пищи, пока его не вышвырнули на улицу.
Олег усмехнулся и широким жестом предоставил кухню в полное распоряжение ангела.
Когда крылатик наелся, Олег достал из кухонного шкафа бумажную салфетку и вытер ему перепачканное кремом лицо.
— Чучело, — вздохнул он. — И если тебе станет плохо с пережору, не жалуйся. Сам будешь виноват, с голодухи нельзя наедаться сразу досыта. И когда ты успел так изголодаться? Насколько я понял, на крышу трансформаторной ты попал прямиком из Рая, а там у вас вряд ли были перебои с продуктами. Или у тебя столь лютый приступ голода на нервной почве начался, с перепуга? Такое тоже бывает.
Ангел не ответил, только улыбался благодарно.
Олег отвёл его в комнату, усадил на гостевую тахту.
Ангел ещё раз огляделся. Заметил полки с книгами. На лице мгновенно появилось любопытство, не менее острое, чем недавний голод.
Он метнулся к полкам, протянул было руку к книгам, но в последнее мгновение уловил недовольство Олега и отступил на шаг. Посмотрел вопросительно и робко показал рукой на книги. Олег кивнул.
— Только хотел бы я знать, что ты там поймёшь, — пробормотал он.
Ангел сосредоточенно разглядывал корешки, хмурился при виде незнакомых букв. Осторожно вынул одну книгу, перелистнул несколько страниц и поставил томик на место. Вздохнул печально, вернулся на тахту.
«Интересно, — задумался Олег. — В небесной канцелярии, которая, теоретически, управляет Землёй, понятия не имеют, как выглядит кириллица. Я не говорю, что ангел обязан свободно владеть всеми нашими языками, но различать типы письменности он должен был бы. Я восточных языков хоть и не знаю, однако иероглифы от арабских завитушек отличить смогу. Ангел же смотрит на книгу так, будто увидел кириллический шрифт впервые в жизни. И почему он даже не пытается позвать на помощь? Такое впечатление, что, попав на Землю, ангел утратил все до единой связи с родным миром. Во всяком случае, сам он твёрдо уверен — дать весточку домой невозможно».
Ангел тем временем заёрзал на тахте. Очень характерные движения! Олег понимающе усмехнулся и движением руки показал на уборную.
Ангел топтался перед дверью, не решаясь прикоснуться к ручке. Пришлось Олегу самому открывать для него сортир. Ладно ещё, сантехникой ангел пользоваться умел. Объяснять унитазные таинства существу, которое не понимает ни слова из твоей речи, было бы затруднительно.
Первым делом ангел метнулся к крану и стал пить воду, набирая её в горсть. Похоже, от жажды он мучился не меньше, чем от голода.
Олег оглянулся на кухонную загородку. На столе стоял полный стакан сока.
«Может, он виноградный не любит? Да нет, когда так пить хочешь, то уже не до любвей, будешь глотать, что имеется».
Ангел напился, глянул на себя в зеркало висящего над раковиной шкафчика, поправил застежку на горловине балахона.
И застыл в оцепенении. А глаза от изумления распахнулись во всё лицо.
Олег проследил направление его взгляда. Ангел созерцал зубную щётку.
Что он в ней такого необычного увидел? Щётка как щётка, в заурядном пластиковом стаканчике. Ангел оглянулся на висящее на двери полотенце. Глянул на шкафчик и даже осторожно приоткрыл дверцу. И тут же отдёрнул руку, словно обжегшись. Растерянно посмотрел на Олега. Опустил смущённое, мгновенно покрасневшее лицо.
— Всё в порядке, — ободряюще сказал Олег и закрыл дверь уборной, предоставив ангелу разбираться с оставшимися потребностями самостоятельно.
И всё же, что его так изумило? И зачем пить ладошкой из сортирного крана, когда перед носом стоял сок, а в кухонном шкафу имеется початая бутылка минералки? Там же и нормальная кружка есть. Сквозь стеклянные дверцы их отлично видно.
Стоп. Дверцы. Они были закрыты. А на стакане с соком лежат несколько бумажек рекламных листовок. Такие почти каждый день в почтовый ящик втыкают. Олег хотел их выкинуть, но тут сосед в дверь постучал, принёс одолженные вчера пассатижи. Затем Олег взял пакет с мусором и пошёл к контейнерам. А рекламная макулатура так и осталась на столе. На стакане с соком.
Прослеживается определённая логика — закрытые дверцы шкафа, закрытый стакан, закрытая дверь сортира. Тогда как еда стояла на столе совершенно открыто. Как и книги на полках, ведь дверок там нет.
Похоже, по обычаям ангелов, любой предмет, который открыто лежит на виду, считается общественной собственностью и пользоваться им позволяется любому и каждому. То-то крылатик изумился, увидев, что такая сугубо индивидуальная вещь, как зубная щётка, открыто стоит на раковине. Зато в шкафчике спрятаны всякие подсобные мелочи, которые, по ангельским понятиям, прятать от посторонних нет нужды — запасные лампочки и пачка стирального порошка. Ну ещё резервная зубная щётка, мочалка, две расчёски…
Осознание того факта, что земные обычаи могут отличаться от райских, повергло ангела в едва ли не в шок. Он явно уразумел всё неприличие своего поведения в кухне и у книжных полок. Вот и засмущался.
Тьфу ты, холера, совсем забыл! Ангел ведь хотел вымыться, на душ смотрел как на самую желанную драгоценность. К тому же он наверняка промёрз до полного окоченения, так что пусть заодно и прогреется. А Олег ему тем временем глинтвейн сварит.
Олег достал из платяного шкафа чистое полотенце, пижаму. Широковата она ангелу будет, но уж чем богаты… Тапочек запасных, правда, нет, но ничего, тёплые носки тоже сгодятся. Олег постучал в дверь туалета. Ангел открыл. Олег достал ему зубную щётку, мочалку и расчёску, отдал полотенце с пижамой.
Вымылся ангел быстро, Олег едва глинтвейн успел сделать. Сунул кружку ангелу и стал стелить на гостевой тахте постель.
А крылья у ангела нисколько не промокли. Оперение как у гуся, водостойкое. Или, скорее, как у лебедя.
В штанах, привыкший к балахону, ангел чувствовал себя неловко. Олег кивнул на кровать. Ангел бросил на Олега перепуганный взгляд, зажмурился, кивнул покорно. Медленно, словно по осколкам стекла ступая, подошёл к постели. На лице застыли отчаяние и обречённость. Олег смотрел на ангела с недоумением, не понимая, что его на этот раз испугало. И сообразил. Разозлился мгновенно, но заставил себя успокоиться. На его бы месте он ещё и не такое подумал.
Одно радует — крылатик не так уж и наивен. Хоть что-то, а понимает в жизни.
Олег демонстративно отошёл в сторону, сел на свою тахту. Ангел посмотрел на него опасливо и настороженно. Олег взял с прикроватной тумбочки книгу, всем своим видом показывая, что ангел его больше не интересует.
Крылатик немного успокоился, лёг под одеяло. Олег выключил верхний свет, оставил только маленькую прикроватную лампу. Сначала читал бездумно, скользил глазами по строчкам, слабо вникая в смысл, а затем вчитался, увлёкся, позабыл и об ангеле, и о немытой посуде.
Захотелось пить. Олег отложил книгу, пошёл на кухню. И услышал тихое, едва ощутимое поскуливание. Плакал ангел.
Олег осторожно подошёл к нему, сел на корточки, погладил ангела по плечу.
— Всё хорошо, крылатенький, не надо плакать. Мы обязательно придумаем, как тебе вернуться домой. А сейчас спи. Тебе понадобятся силы.
Ангел задрожал. Олег хотел уйти, чтобы не пугать крылатика ещё больше, но тот крепко уцепился за его кисть, стиснул так, что стало больно. Другой рукой Олег погладил ангела по волосам.
— Тихо, парень. Ну что ты так? Ведь самое страшное уже закончилось. Успокойся.
Ангел дрожал и всхлипывал.
Похоже, началась разрядка после всех сегодняшних страхов и потрясений. Так что пусть поплачет. Это даже к лучшему.
Олег поглаживал ангелу плечо, мягко перебирал пряди волос и, ни на секунду не останавливаясь, говорил и говорил ласковые слова, следя, чтобы интонация была ровной, спокойной и убаюкивающей.