Страница 18 из 57
Глава 6
ГЛАВА 6
Бегу обратно в тот самый зал, где сидят остальные и попивают шампанское, мило что-то обсуждая и тихонечко хохоча. Не сразу понимаю, что болят ягодицы. И очень странно, потому что это не совсем боль от бега, когда от перенапряжения ноют мышцы, а какое-то непонятное жжение на моей многострадальной заднице, как раз там, в том самом месте, где сжимал её один из моих боссов, впиваясь в нее своей пятерней. Мял, будто тесто в руках, а я ему позволяла. Кошмар! Шлюха! Столько противоречивых чувств и эмоций я ещё не испытывала никогда. Не понимаю, почему позволяю так с собой обращаться⁉ Почему таю, словно мёд в их руках⁉ Почему до боли приятны их прикосновения и внимание⁉ Одно большое «ПОЧЕМУ»!
А Денис Александрович будто бы следит за входом, видит меня и тут же хватает за руку, притягивая к себе на диван. Испуганно плюхаюсь рядом с ним, приложив свою ладонь к бешено бьющемуся сердцу. Лед бы туда, а не свою вспотевшую руку, от которой горит всё только сильнее. Виновато смотрю в его сосредоточенное и серьезное лицо. Сейчас оно полно уверенности и беспокойства. Ну что за мужчина, а⁈ Он безумно мужественный красивый, холеный, весь из себя, в общем! Да что там! Хорош настолько, что сердце замирает от боли и тоски, что мы не вместе! Что не мой! И это просто невозможно в моём мире! Он же мой босс, как и его старший брат! А то, что было с другим Морозовым несколько минут назад в холле — так это просто помутнение рассудка и не считается вовсе! И всё! И это тоже бесит до слёз, потому что у него же есть другая! Я прекрасно помню ее руки с кроваво-красным маникюром, которые обвивали его торс.
От пристального взгляда Дениса только сейчас понимаю, что я ужасно переживаю. Меня трясет, будто от простуды, и зубы отбивают дробь или чечетку. Ещё и задница горит огнем, обжигая не только кожу, но и все внутренности. И ещё это щемящее и странное чувство не дает покоя. И оно ужасно гложет, потому что ощущается, как не к себе самой, а к Морозову. Я за него переживаю! За них обоих! С чего бы? Мне-то какое дело до них? Потому что как Денис Александрович, так и его брат, явно в чем-то замешаны! И это что-то — нехорошее, как и моё предчувствие…
— Что случилось, Снегурка? — взволнованно спрашивает младший из братьев, трогая меня руками, будто ощупывая и проверяя на повреждения. Трясет от его прикосновений ещё больше. Вот только так не должно быть! Меня кидает то в жар, то в холод. И эта беспомощность раздражает. — Тебя Димон обидел что ли? Ну, козлина грёбаная! Не посмотрю, что мой брат! Урою, падла! — реально слышу рык, созревающий где-то в его груди.
— Нет-нет! То есть, не совсем! — перебиваю уже изрядно разозлившегося мужчину, который пыхтит, словно бык, яростно сжимая огромные кулачищи. Смотрит на меня, сверлит своим серым взглядом, будто сканирует. — Просто… Он просил передать, что пришёл кто-то важный с курятником, — ничего не понимая, бормочу ему, тяжело и рвано дыша, но вовсе не от бега. — По-моему, он был взволнован, и мне это не нравится…
Думала, что сказала последнюю фразу про себя, но, видимо, все же произнесла ее вслух.
Вижу, как хмурится Морозов младший, глядя на меня, а остальные мужики начинают чертыхаться и нехотя поднимаются со своих мест, мило улыбаясь и что-то говоря девчонкам.
— Они рано! — недовольно произносит один из Чеченовых, обращаясь к своему брату. — Всё должно было решиться только через неделю. Но видно, этому козлу не терпится убедиться во всем самому, всё испортить, падла, и вставить свои пять копеек в это дело!
— Разведка обстановки, — встревает Семён Петрович Пчелов, — он не прощает такого! Ну, и заодно курятник свой решил сбагрить в «хорошие» руки, и как можно быстрее, пока им не нашли замену. Но он еще не знает, что нашли, — отчего-то смотрит он на меня, и в этот самый момент Денис крепче сжимает мою руку, чуть порыкивая. — Тупой старый урод! Не дает покоя ни в столице, ни тут! Глупо было думать, что его гламурные дочурки прибыли сюда одни и просто так явились в гости только ради того, чтобы проведать своих женихов.
После этих слов все смотрят на меня, кивая головой, соглашаясь с Семеном, а Денис громко рычит, будто Пчелов взболтнул лишнего.
От испуга девчонки с диванов подскочили, глядя друг на друга, не понимая, что происходит и куда нужно направляться. Я бы и рада, всё пояснить, но сама представления не имею, что здесь творится и о чем они вообще говорят.
— Всем оставаться на своих местах и никуда не выходить! — рявкает второй из братьев Чеченовых, поднимая палец вверх, будто сказал что-то мудрое, сверля Светку глубокими карими глазами, видя, что мы все подорвались вслед за мужчинами. — Тебя это касается в первую очередь, наша сладкая халвичка! — неожиданно улыбается он. Его хмурое лицо тут же светлеет и добреет, будто мужчина увидел что-то неземное, необычное и восхитительное. — Вам сообщат, когда будет вполне безопасно и можно будет выйти из помещения!
Все мужики снова закивали головами, как болванчики.
— Похоже, что он не отстанет от наших милых Дедушек, пока не пристроит своих тупоголовых куриц хоть к одному из них, — подтверждает Павел Павлович мои нехорошие мысли. — Это его месть за фирму Борисыча, которую он так отчаянно хотел прикарманить. И я уже начинаю догадываться, почему именно.
Конечно, он не думал, что я услышу или не думал, что просто пойму, что речь идет о Морозовых. Но я не совсем дура, только кажусь ею. И естественно, я сложила дважды два, учитывая, что одну из этих самых куриц я уже видела совсем недавно. Да и вторая не особо отличалась от своей сестры. Они очень похожи. И хороши собой, что даже завидно. Я, например, не умею так подавать себя, как эти девицы. И нужно уже принять очевидное, я ни одной из них не ровня. И про моих Морозовых говорил Семен, выдавая их в качестве женихов для них.