Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 9 из 24

Она смотрит на меня несколько секунд как на придурка, потом качает головой:

— Не нужно.

— Как ты доберешься до дома? — хмурюсь, понимая, что для нее я тоже посторонний, и на самом деле правильно, что она не торопится сесть в мою машину. С другой стороны, я ведь знаю себя и свои намерения.

— Как всегда. Пешком, — забавно приподнимает одну ногу и трясет носком, дополняя свои слова действием. Отворачивается и шагает дальше.

Я не собираюсь отступать и иду следом. Она то и дело оглядывается. Трет шею, и, чтобы ей было удобнее, я чуть ускоряюсь, пока не оказываюсь рядом.

— Зачем ты за мной идешь? — не выдерживает Лисичка.

— Потому что не могу отпустить тебя одну.

— Ты странный, — сообщает, сворачивая за угол, на более освещенный тротуар.

Тут тени деревьев лежат на асфальте, светят фонари, вывески магазинов, и я понимаю, что ошибся, девочка живет явно не в этом районе.

— Как тебя зовут? — решаю, что было бы неплохо познакомиться, раз наш путь будет долгим.

Она вновь странно на меня косится, поправляет рюкзак. Я решаю забрать, но она не дает и прижимает его к себе. Улыбнувшись, снова выставляю руки перед собой, пытаясь жестом показать, что ничего плохого ей не сделаю.

— Вера, — представляется Лисичка.

— Красиво. Виктор, — называю свое имя в ответ. — Давай вернемся к машине, и я все же тебя подброшу, — делаю еще одну попытку, ведь она очевидно устала, но Вера отрицательно крутит головой и шагает быстрее. — Я не кусаюсь, правда.

— Это хорошо. — Она улыбается. Быстро, коротко, будто случайно.

Мне очень нравится, что, несмотря на все странности, в ней так много тепла. Его можно ощутить физически, даже не подходя слишком близко.

— Ты ужасно упрямый. — Она становится чуть увереннее.

— В спорте без этого никуда.

— Ты давно занимаешься спортом? — смелее задает вопрос.

Мое сердце в этот момент начинает стучать немного быстрее. Я чувствую что-то приятное от того, что она заговорила со мной.

— Почти всю свою жизнь, — делюсь с Лисичкой.

— Наверное, это здорово, иметь что-то, что так тебя увлекает. — В ее голосе теперь нет страха, только тоска, смешанная со вздохом.

— А что увлекает тебя? — Мне становится интересно, чем может заниматься такая девушка.

Вера долго молчит. Пауза между нами становится затяжной. Мы как будто даже идем медленнее. Она спотыкается на ровном месте, я машинально ловлю ее за локоть, но тут же убираю руку, убедившись, что она не упадет. Взгляд медовых глаз наполняется новой волной удивления, направленной на меня.

— Не знаю, — вдруг тихо отвечает она.

— Так бывает? — озадаченно перевариваю услышанное.

— Мне нужно идти. — Вера ускоряется, проигнорировав мой вопрос.

Мы молча идем вперед, иногда сворачивая или переходя проезжую часть строго в положенных местах. Это вызывает у меня улыбку. Она поступает правильно, даже не замечая этого.

И вот на углу одного из домов мы резко останавливаемся. Она поднимает голову, задумчиво смотрит на меня.

— Дальше я сама, — наконец произносит.

— Нет.

— Да, — осмеливается поспорить. Я приподнимаю бровь, а она фыркает и практически убегает.

— Стой, маленькая, шустрая Лисичка, — очнувшись, догоняю ее. — Я доведу до подъезда.

Мы как раз доходим до него, насколько я понимаю из очередной остановки. Вера заправляет за ухо каштановые волосы и складывает руки на груди. В этом жесте проявляется ее характер.

— Почему Лисичка? — сводит брови к переносице.

— Я не знаю, — признаюсь ей, совсем немного солгав, потому что, если скажу, что она пугливая, дикая, но при этом очаровательная, это может ее обидеть. Мне почему-то так кажется. — В следующий раз расскажу, — делаю другой ход.

— А будет следующий раз? — Вера скорее настораживается, чем радуется данной идее.

— Помнишь, я ведь теперь тренируюсь во Дворце спорта, а ты там работаешь, — выкручиваюсь, находя самое простое и понятное объяснение.

— Точно. — Она хлопает себя ладошкой по лбу. — Тогда до встречи? — почему-то спрашивает.

— Конечно, — киваю ей.

Смотрю, как идет к дверям подъезда, как скрывается за ними, жду еще немного и только после ухожу. Сердце все еще стучит как заведенное. Мне чертовски понравился этот вечер. Он оставил после себя приятное послевкусие и много разных мыслей, в которых мне еще предстоит разобраться. А пока мой мотор работает на всю, перехожу на бег в сторону бара, где оставил машину. Длинная дистанция не проблема, это даже полезно.

Тяжело дыша, мокрый от пота, буквально вваливаюсь в салон. Ложусь лбом на руль, слушая, как стучит в висках, и тихо, хрипло смеюсь, игнорируя жужжащий в кармане телефон.

Глава 7

Виктор

Дома тихо. Прохожу на кухню, наливаю воды в стакан и, оперевшись одной ладонью на столешницу, подвисаю в мыслях. От Лисенка они плавно возвращаются к главной проблеме и предстоящим спаррингам, а перспектива выйти на реальный ринг этой весной тает с каждой минутой. На мгновение я даже думаю, а не согласиться ли с вариантом отца, чтобы ускорить этот процесс? Но нет, это моя принципиальная позиция. Разберусь.

— Вернулся? — Мягкий голос мамы возвращает в пределы квартиры. — Где был?

— Гулял, — залпом допиваю воду и разворачиваюсь от тумбы. — Ты звонила. Что-то случилось?

— Хотела узнать, где пропадает мой сын. — Она смахивает несуществующие пылинки с моей одежды. — Я разговаривала с Ольгой, мамой Леры.

— Я еще помню, кто это, — тут же огрызаюсь.

— Не рычи, — успокаивает мать. — Лера очень расстроена твоими словами за ужином. Это было некрасиво. Помирись с ней, пожалуйста, Вик. Ты знаешь, как это важно для нашей семьи. И для тебя тоже. Я понимаю, что ты переживаешь. Все эти перемены так не вовремя. — Она встает рядом и прикладывается виском к моему плечу. — Я тоже много лет строила там бизнес, а здесь лишь его малая часть, и потребуется много работать, чтобы снова вырасти, закрепиться. Хорошие, крепкие, надежные партнеры будут совсем не лишними, да и девочка тебе досталась хорошая. Просто нужно подпустить ее поближе.

— Куда уж ближе, — хмыкаю и затыкаюсь.

— Ты понимаешь, о чем я. — Мама тихо смеется. — Ты уже достаточно взрослый, чтобы понимать свою часть ответственности в нашей семье. Только вместе мы добьемся успеха.

— Это звучит как политическая агитация отца, — улыбаюсь, приобнимая ее.