Страница 8 из 24
— Все вы так говорите. Этот вот, — Терехов указывает на Тайсона, — громче всех орал. Все, идите. У меня дел и без вас полно.
С отличным настроением покидаем зал, а через некоторое время и Дворец. Пожимаем руки на крыльце перед входом. Я думаю о том, что хочу сохранить эти эмоции, и поэтому домой торопиться нет никакого желания. В Европе я бы пошел куда-нибудь с друзьями, а как провести вечер здесь?
— Тай, — догоняю бойца.
Он оглядывается и вопросительно смотрит на меня.
— Есть здесь поблизости какое-нибудь заведение, где тихо и можно кофе выпить?
— Слушай, вокруг Дворца точно нет, тут людно везде, но пару лет назад минутах в тридцати езды отсюда, в спальнике… — Видит, что я не совсем его понимаю. — В спальном районе, — поясняет, — был бар. Мы его случайно нашли, гоняли иногда с парнями, чтобы нас Терехов не увидел и никто знакомый ему не сдал наши маленькие нарушения режима. Так вот, там было довольно спокойно, даже уютно в какой-то степени. Кофе вроде тоже был, но не уверен. Могу посмотреть адрес.
— Посмотри, — прошу его.
И, покопавшись в мобильном, он находит для меня адрес того самого бара. Благодарю. Иду к своей машине и вбиваю координаты в навигатор. BMW мягко трогается с места. Не особенно вглядываясь в происходящее за ее бортом, добираюсь до заведения. Место и правда довольно тихое в сравнении с остальным городом. Но я бы скорее посчитал его опасным, чем наоборот, потому что именно такие места, особенно по ночам, привлекают грабителей и других представителей преступного мира.
Захожу внутрь и резко останавливаюсь, за доли секунды узнав ее в профиле девушки за барной стойкой.
«Это шутка какая-то? — хочется поинтересоваться у Вселенной. — Или шанс извиниться?»
— А кофе у вас есть? — спрашиваю вслух.
Она чуть поворачивает голову, поймав меня в фокус своих медовых глаз. В груди что-то сжимается. Не знаю. И я не понимаю, что вижу сейчас. Снова страх? Почему? Я ведь ничего не сделал.
Уходить в этот раз не собираюсь. Я не убегаю от проблем и уверенно шагаю к стойке.
— Привет, — тихо здороваюсь с ней.
Глава 6
Виктор
— Добрый вечер. — Ее нейтральный ответ так сильно отличается от того, что читаю во взгляде, что на секунду мне становится не по себе. Странное ощущение, будто я грудью ударился о слишком прозрачную стену, чтобы ее разглядеть.
Моргнув от неожиданности, сажусь на высокий стул боком к стойке и разворачиваю корпус к девушке. Терять зрительный контакт с ней не хочется.
— Извини за ведро, это было не специально, — говорю ей.
Удивляется. Ее брови оживают, слегка приподнимаясь, а глаза будто становятся больше. Мне кажется, она сама не замечает, как это происходит. Или как она поправляет салфетки, торчащие из деревянной салфетницы с логотипом пивной компании, известной во всем мире.
— Ничего, — робко отвечает, не зная, куда ей деться от моего взгляда, а я улыбаюсь, добавляя румянца на ее щеки.
Какая же она забавная и чертовски милая в своей естественности.
— Кофе есть? — напоминаю о том, зачем пришел.
— Ой, да. Конечно. Сейчас. — Получив заказ, она попадает в более привычную для себя среду и ловко справляется с кофемашиной. — Пожалуйста, — ставит передо мной чашку капучино.
Я понимаю, что не сказал, какой кофе мне нужен, а она не спросила и тоже это понимает. Ее щеки становятся еще ярче, а взгляд мечется в панике.
Ну что же ты меня так боишься?
Это начинает злить. Я не собираюсь обижать ее, не собираюсь грубить или ругаться. Я даже рад, что мы нашлись и у меня появилась возможность извиниться быстрее, словно в этом мире есть что-то, что оказалось на моей стороне и подтолкнуло к происходящему.
— Все хорошо. Я хотел именно этот кофе, — успокаиваю ее и вижу, как сначала не верит, но затем все же расслабляет плечи. Только многострадальным салфеткам достается еще некоторое время, пока они смятым комком не отправляются в мусорное ведро.
Медленно пью свой капучино под косыми взглядами местных «брутальных» мужиков с пивом. Мне абсолютно наплевать, что они обо мне думают. И вот, как раз один из них опустошил кружку и направляется к бару. Чем ближе он подходит, тем сильнее моя энергетика подавляет его, и усмешка пьяно стекает с небритого лица. Так-то лучше.
Уходить отсюда хочется все меньше. Хрупкая девочка со страхом на дне красивых глаз не должна оставаться в таком месте одна.
Я заказываю себе еще кофе и специально прошу капучино, чтобы подтвердить свои же слова и ей стало немного спокойнее. Но маленькая Лисичка все равно чувствует неловкость, и я вынимаю из кошелька наличку, не зная, сколько у них стоит кофе. Просто кладу на стойку одну из крупных купюр и добавляю:
— Я правда не хотел тебя напугать тогда, — накрыв ладонью деньги, толкаю их к ней по стойке.
— Я не злюсь. Сейчас дам сдачу, — открывает кассу, но налички там крайне мало.
— Не надо. Там, где я вырос, принято оставлять чаевые за хорошее обслуживание, — подмигиваю ей.
— Но…
Она не успевает ничего ответить. Ее отвлекает очередной посетитель, а я снова называю ее Лисичкой в своих мыслях, глянув, как она убирает деньги и наливает пиво в кружку. Выхожу на улицу. Делаю глубокий вдох свежего холодного воздуха и сажусь в машину.
Уезжать не спешу. Смотрю на время, на закрытую дверь заведения, на мерцающую вывеску и теплый свет из окон. Ни одного прохожего, только подвыпившие мужики постепенно расходятся по своим делам. У меня снова появляется много вопросов. Например, как она будет добираться до дома?
Вероятно, Лисичка живет где-то поблизости, это было бы логично, ведь в такое время общественный транспорт не ходит, а такси может быть очень небезопасным способом передвижения. Тем более для девушки. Дома так и было. Ни один нормальный парень не отправит свою девушку вечером на такси.
Не знаю, вдруг здесь иначе, но проверять это не кажется хорошей идеей.
Сижу дальше, жду, когда она выйдет. Наконец в баре гаснет свет, а над входной дверью загорается дежурная лампочка. Лисичка выходит на улицу в сопровождении охранника. Мужчина запирает дверь, а она прощается с ним и уходит вдоль кирпичной стены, все больше прячась в темноте ночи.
Веду головой в сторону до хруста в шее, выхожу из машины и догоняю Лисичку. Она резко разворачивается на шум моих шагов.
— Тише, тише, пугливый Лисенок, — выставляю перед собой ладони и стараюсь говорить мягко. — Это всего лишь я. Давай подвезу.