Страница 12 из 67
Но каждое лето я возвращалась в Зеленоградск — в этот старый замок на окраине города, который бабушка называла «семейным гнездом».
Каждое лето — одно и то же. Я распаковываю чемоданы в своей комнате с видом на парк, провожу рукой по корешкам книг в библиотеке, где ещё остались пометки моего деда на полях, выхожу на террасу и смотрю, как солнце садится за деревья. В эти месяцы я наконец дышу полной грудью: без чужих взглядов, без вопросов, без необходимости постоянно помнить о том,
кто
я и
чья
дочь
И только Аня. Снова Аня. Только она никогда не задавала вопросов. Просто взяла и вломилась в мою жизнь — со смехом, безумными идеями и абсолютной свободой.
Она не видела во мне «ту самую Лебедеву», а видела просто Лизу.
— Понятия не имею… — шепчу я.
— Ну? — подбадривает Аня. — Чего ждёшь? Давай уже!
Я глубоко вдыхаю, достаю телефон, открываю мессенджер и начинаю набирать сообщение:
Привет, Женя. Это Лиза. Телефон в порядке, спасибо. Может, я тебе его верну? Это небезопасно
»
Палец зависает над кнопкой «Отправить». Внутри всё сжимается — будто я стою на краю обрыва и вот‑вот прыгну.
— Давай, — шепчет Аня. — Боже!
Нажимаю «Отправить» и мгновенно закрываю лицо руками:
— Ура, я это сделала.
Телефон молчит. Мы с Аней смотрим на экран, почти гипнотизируя его. Проходит минута, потом две, затем пять.
Наконец экран загорается.
Женя Стрельников:
«Лиза! Наконец‑то. Я уже начал думать, что телефон утонул в ванной или его съел кот. Рад, что ты в порядке. Давай встретимся — я могу заехать завтра после обеда?»
Лиза поднимает взгляд на Аню, и губы её дрожат в улыбке:
— Он ответил!
— Я же говорила! — восклицает Аня, хлопая в ладоши. — И что теперь?
— Теперь… — Лиза набирает ответ, её пальцы чуть дрожат, — теперь я скажу «да».
Она отправляет сообщение и откладывает телефон. Тепло разливается в груди — впервые за долгое время Лиза чувствует, что что-то может сложиться правильно.
— Видишь? — улыбается Аня. — Всё не так страшно.
Лиза кивает, всё ещё пребывая в изумлении:
— Да… не так страшно.
Но я не позволяю ему приехать.
Мне все-таки страшно.
Просто до чертиков страшно.
***
Через два дня, во вторник вечером, я наконец снова пишу ему. Дома тихо — мама уехала к бабушке в Нарву вместе с Катей и Игорем. Я же притворилась, что мучаюсь от боли в животе и осталась дома. Долго смотрю на экран телефона, кусаю губы. Потом зажмуриваюсь и решительно нажимаю «Отправить».
«Привет».
Ответ приходит почти сразу.
«Могу позвонить?»
У меня внутри всё обрывается.
Господи.
Я смотрю на сообщение секунд пять, не меньше. Потом печатаю:
«Хорошо».
Телефон начинает вибрировать почти мгновенно.
— Мамочки…
Я подскакиваю с кровати, начинаю метаться по комнате, хватаю телефон — и едва не роняю его на пол.
— Алло? — выдавливаю я слишком тонким, нервным голосом.
Зажмуриваюсь.
Спокойно. Говори как обычно.
— Привет, — его голос низкий, слегка хриплый, и от него у меня сразу слабеют колени. — Долго же ты думала.
Я невольно улыбаюсь:
— Была занята.
— Чем?
Думала о тебе.
— Учёбой, — быстро вру я и тут же мысленно морщусь.
Господи, ну почему именно это?
Он тихо усмехается:
— Так себе оправдание летом.
Щёки начинают гореть.
Дурочка
!
— А ты чем занимался? — спрашиваю я, подходя к зеркалу.
Лицо красное, как будто парилась в бане целый час.
— Думал о тебе.
Я замираю.
— В смысле?
— В прямом.
Сердце бьётся быстрее.
— И о чём именно?
— О том, как ты целуешься.
Я глупо улыбаюсь своему отражению.
Разве нормально так реагировать на голос?
— Уверена, ты говорил такое многим девушкам.
— Нет, — спокойно отвечает он. — Не говорил.
На несколько секунд наступает тишина.
— А ты тоже обо мне думала?
— Нет.
— Врёшь.
— Может быть, — быстро отвечаю я.
Он тихо смеется:
— Хорошо.
— Почему?
— Потому что я о тебе вообще постоянно думаю.
У меня внутри всё переворачивается.
— И даже ночью? — тихо спрашиваю я.
— Особенно ночью.
Я закусываю губу и начинаю ходить по комнате.
— И что тебе снится?
— Тебе лучше пока не знать.
— Почему?
— Потому что мы ещё на стадии знакомства, Лизок.
Когда он легко произносит моё детское прозвище, сердце теплеет. Я улыбаюсь и сажусь у края кровати.
— Мне, наверное, пора, — тихо говорю я. — Уже поздно.
— Так быстро?
Я смеюсь себе под нос.
— Можно я позвоню тебе завтра? — спрашивает он после паузы.
— Если хочешь.
— Хочу.
От его уверенного голоса у меня снова сбивается дыхание.
— Тогда напиши мне перед сном.
— Зачем?
— Чтобы я пожелал тебе спокойной ночи.
Я улыбаюсь:
— Хорошо.
Мы ненадолго замолкаем.
— Спокойной ночи, Лизок, — тихо говорит он.
И почему-то именно от этого внутри всё сжимается ещё сильнее.
— Спокойной ночи, Жень.
— И можешь помечтать обо мне сегодня.
Я тихо смеюсь:
— Посмотрим!
Он тоже смеётся, затем сбрасывает звонок.
Я ещё несколько секунд смотрю на тёмный экран телефона, падаю на кровать и закрываю лицо руками.
Да что там….
Я уже знаю: этой ночью буду думать только о нём.
И следующей ночью тоже.