Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 7 из 125

– Десять дней в деревне. Я открыл филиал Конторы в своем домике близ Бэджер-Хилл. Пара моих лучших людей проводят там многообещающие исследования. Важные для нашей страны исследования…

– Мы говорим о психотропных препаратах? Я такое видел. И больше не хочу.

– Нет, нет. Мы уже говорили об этом. Сейчас все по-другому. Ученые будут наблюдать за естественной активностью мозга одной пациентки. Аномальной активностью, да, – но ее такой не мы сделали.

– Эти ученые… они просто записывают результаты, и точка?

– И точка.

– К чему все эти хлопоты, Герман? У тебя же есть все необходимое прямо здесь. Зачем отправлять нас в какую-то лачугу в тьмутаракани?

– Айк отправляется на покой. Никто из сотрудников секретного отдела и мечтать не мог о лучшем товарище. Грядущие события знаменуют конец программы «МК-УЛЬТРА». В штаб-квартире без остановки уничтожаются бумаги. Мне было приказано прекратить все операции до конца следующего месяца.

Следующего

, бог ты мой!

– Никто больше не знает о «Цилиндре»?

– Никто и не узнает о нем, пока мы не совершим прорыв. Хотел бы я присоединиться и провести тесты сам…

– Не слишком умно. Пойдут разговоры, если ты исчезнешь из поля зрения. Чем же таким чертовски важным занимается эта пациентка?

– Она – наблюдатель на расстоянии. Ясновидящая. Она рисует картины, а ученые делают выводы.

– Что бы ты ни искал…

– Это важно. Итак, видишь, Роджер? Ты мне нужен. Я больше никому не доверяю.

– Еще раз, кто эта женщина?

– Ее зовут

Вирджиния.

* * *

Я перевернулся на спину и посмотрел на металлическую дверь. Вирджиния была там – смотрела прямо сквозь стальные листы.

– Эй, кэп! Хотите присоединиться? Мне тут надирают задницу!

Хэтчер затянулся гаванской сигарой и потряс головой, в то время как Дэвис сгреб со стола очередной свой выигрыш. Последовал хор грубых ругательств, призывающих меня слезть с печи и принять участие в карточном турнире.

Я изобразил хорошее настроение.

– Только не сегодня, ребята. Я жутко не выспался. Вы же знаете, как это бывает с нами, стариками.

Они рассмеялись. Я дрожал, пока не заснул. Мне снились плохие сны.

* * *

Большую часть четвертого дня я провел за изучением материалов, предоставленных Райли. Эти бумажки прояснили дела примерно до состояния мутной лужи. В папке были собраны разные загадки. Только этого мне сейчас и не хватало – статеек о чертовщине.

Имелись там и копии библиографических документов, сделанных на мимеографе, и кипа записок Штрауса, адресованных Портеру. А еще – подробные медицинские отчеты о состоянии «пациентки Икс». В медицинском жаргоне я мало что понял, помимо того, что термины «неклассифицируемый» и «неизвестного происхождения» попадались слишком часто. Все это было очень интересно, но ничегошеньки не объясняло дилетанту вроде меня. Более того, выдержки из архивных рапортов читались не менее загадочно. К примеру, один отрывок из «Колониальной истории Каролины» звучал следующим образом:

«За период между 1588 и 1589 годами на острове Роанок бесследно исчезло население целого города. По возвращении из Англии после длительного отсутствия губернатор Уайт обнаружил, что город покинут жителями. Кроме случайных пожаров от оставленных без присмотра печей, уничтоживших несколько домов, не было никаких следов борьбы, хотя испанцы и коренные жители основательно разграбили город. Не было обнаружено ни тел убитых, ни следов крови. Единственным намеком на судьбу колонистов являлась странная надпись, вырезанная на деревянном заборе: „Кроатоан“. На дереве неподалеку от того места были также обнаружены буквы „КРО“. Уайт предположил, что жителей Роанока похитили – согнали на остров, где проживали индейцы племени кроатоан. Сезон бурь воспрепятствовал поискам, и они были начаты только два года спустя, после повторной попытки колонизации, – ожидаемо, не дав никаких результатов; хотя рядом исследователей было высказано предположение, что английское население города ассимилировали местные племена. Никаких объективных подтверждений этой теории не было обнаружено. Происшествие до сих пор представляется загадкой…»

Было там еще много всякого подобного. Назревал вопрос, с чего вдруг Штраус, блистательный жестокосердный Штраус, тратит силы и знания двух реальных ученых и одного якобы реального экстрасенса – это не говоря уже о денежных средствах – на мифы и легенды, старые и смердящие плесенью.

Ответа я не знал, и это меня сильно беспокоило.

В ту ночь мне приснился погром. Сначала я был в сером фермерском доме в Суасоне, ужинал с взволнованной семьей. Я плохо говорил по-французски. К счастью, одна женщина знала английский, и мы смогли поговорить. Громкое чавканье начало заглушать разговор о немецких шпионах. Во главе стола сидела Вирджиния и лакала из разбитого черепа. Она подмигнула мне. Заплакал ребенок.

Затем была Куба и провал операции по подготовке партизан Кастро к важному рейду. Моя разведывательная сеть не смогла обнаружить часть правительственной бронетехники. Гарнизон Батисты разнес партизан в клочья, а молодой Кастро еле-еле спасся. Пятеро моих лучших людей погибли во всеобщей бойне. Двоих схватили, подвергли пыткам. Они пали смертью храбрых – не сказав ни слова. К счастью для меня.

Я слышал, как они кричали в маленькой хижине в лесу, но не мог найти дверь. Кто-то написал на стене «КРОАТОАН». Я наткнулся на Хэтчера, висевшего вниз головой на ветке дерева. На нем красовался значок с надписью «Я за Айка».

– Помогите мне, Кэп, – произнес он.

Заплакал ребенок. Вирджиния сидела в кресле-качалке на крыльце, успокаивая младенца. Глаза старухи напоминали дырки в тесте. Она провела ногтем по своему горлу.

Я сел в постели, подавляя крик. Ничего подобного не срывалось с моих губ с тех пор, как в меня стреляли во время Первой мировой войны. В хижине стояла кромешная тьма. Вокруг в темноте шныряли люди.

Хэтчер посветил фонариком в мою сторону.

– Генератор накрылся, – доложил он.

Невдалеке от нас доктора уже ворчали и проклинали непруху. Мы так и не узнали, была ли это очередная диверсия или просто случайность.

Пятый день прошел без происшествий.

На шестое утро мой несчастный мир перевернулся с ног на голову.

Все пошло кувырком.