Страница 29 из 125
– Поосторожнее с ним, Брендан. Этот парень – хитрый лис, – предупредила миссис Вард, похлопав мистера Койна по руке. Ройс заметил, что тот, похоже, слишком опьянен, чтобы воспринимать происходящее.
Заподозрила что-то? Угадала? Но как?
Ройс, пытаясь скрыть волнение, сделал глоток «Саппоро».
– Я не лис, миссис Вард, я – всего лишь скромный винтик в корпоративных жерновах.
– Мы знаем все обличья дьявола наперечет, и вы точно входите в каталог его личин. Я же права, девочки? – обратилась старуха к миссис Туттл и миссис Койн.
– О, да! – ответили те в унисон.
– Симпатичный белый дьявол! – добавила миссис Туттл.
– Не огорчайтесь, дорогуша, – продолжила миссис Вард. – Тут у нас все белые мужики – бесы. Особенно англичане и канадцы. Хорошо еще, что вы не канук
[7]
[Канадец французского происхождения.]
.
– Ну да, наверное, и впрямь хорошо, – непонимающе ответил Ройс, слегка, впрочем, расслабившись.
Обед подходил к концу. Мистер Койн то ли дремал, то ли погрузился в глубокие думы, пожилые леди обсуждали свои карточные игры, покупки, занятия детей. Ройс извинился и направился к выходу.
У самой двери миссис Вард взяла его под руку.
– Вам пора перейти от подглядываний к следующему этапу, – сказала она.
– Э-э… пардон? – Ройс обомлел.
– Мисс Джексон. Девушка из триста тридцать третьих апартаментов. Она милашка. Попытайте с ней счастья. Мне кажется, у вас есть общие интересы. Она любит наблюдать за птицами.
– Простите, но я не понимаю, о чем разговор, миссис Вард. – Ройс выдавил из себя улыбку, пытаясь скроить хладнокровие. «Что это за игра, леди?» – мысленно спросил он.
– Точно? – Она насупилась и уставилась на него испытующе. – Наши встречи проходят несколько раз в неделю. Заходите и вы. Мисс Джексон тоже обещала заглянуть к нам, чтобы познакомиться с нашим кружком.
– Да-да, наведаюсь как-нибудь, обязательно, – затараторил Ройс.
– Да, будем рады, – ответила старуха, выпустила его руку и по-матерински взъерошила его волосы. Ее грубый, острый ноготь слегка зацепил кожу на виске, и волна тошноты сразу же охватила его. Ройсу живо вспомнилась мясная лавка, куда он ходил с матерью в детстве. Он вспомнил мясника – как тот отвешивал шлепки ладонью красному мясному срезу, видимо, чтобы продемонстрировать его свежесть; как держал в руке тесак с широким лезвием и насвистывал – фальшиво и невесело, – пока покупатели ждали в очереди, отмахиваясь от мух журналами, зонтиками и головными уборами.
– Д-до свидания, миссис Вард, – кое-как выдавил Ройс.
– Всего хорошего, – прошипела старуха, заговорщически наклоняясь к нему, прежде чем юркнуть за дверь. – И вот еще что, мистер Готорн, – не отворяйте квартиру кому попало. По ночам в этой стране происходит… всякое.
Он хотел спросить, что именно, – но она уже захлопнула дверь у него перед носом.
Вечером Ройс перебирал стопки видеокассет и фотографий – своеобразный ритуал, ставший привычкой с самого первого дела. Вдруг он наткнулся на видеокассету с надписью «Чу/6». Всего Чу снял для него пять «фильмов». Ройс почесал в затылке, вставил кассету в плеер, погасил свет, включил телевизор и уселся в кресле поудобнее.
Он был почти уверен, что ошибся, подписывая кассету, потому что на ней оказалась не запись слежки, а нечто, весьма похожее на любительское документальное кино. Снятое на ходу, изображение с камеры прыгало и тряслось при каждом шаге. На экране немолодая, полная китаянка в халате медсестры показывала ряд дверей в каком-то месте, смахивающем на коридор заброшенной больницы. Слабый луч фонаря в ее руке скользил по потолку, где от влаги отслоилась штукатурка и обнажились пучки проводов. Весь пол был усеян каким-то строительным мусором. Ряды узких металлических белых дверей протянулись по обе стороны прохода; перед каждой из них женщина останавливалась и что-то растолковывала на камеру. Качество записи было очень плохим, и движения губ не совпадали с голосом.
– Диюй, – твердила медсестра осипшим голосом. – Диюй. Диюй
[8]
[Диюй (кит. упр.) – царство мертвых, ад в китайской мифологии. Как правило, изображается подземным лабиринтом с различными уровнями и камерами, где томятся души людей после их смерти для искупления содеянных грехов. Точное число уровней в Диюе и количество связанных с ними божеств различаются в буддийской и даосской интерпретациях. В ряде китайских легенд повествуется о «Восемнадцати уровнях ада».]
.– Еще она тыкала пальцем в таблички на дверях, и, когда объектив камеры фокусировался на них, можно было прочесть, что именно там написано: «2: ПАЛАТА ПЕРЕМОЛКИ», «8: ПАЛАТА ГОРЫ НОЖЕЙ».
– Диюй, Диюй, – не уставала повторять медсестра. Ее лицо было белым и мягким, как тесто, за исключением глаз и рта – черных мазков. – Диюй. Диюй. – Она подошла к большой двери, вделанной в каменную плиту. Дверь была заперта на засов и кошмарно изъедена ржавчиной. Надпись на табличке гласила: «АД ЧЕРНОГО ЛЕНИВЦА».
– Тетя Кэрол? – недоверчиво прошептал Ройс. Несмотря на плотный грим, он узнал лицо своей покойной родственницы. Но нет, это не могло быть правдой! Скорее уж, перед ним миссис Вард – разве не знакомы ему эти злые искры в глазах, эта неуклюжая поступь?
Сцена сменилась; камера, совершив головокружительный рывок, вывела на экран интерьер комнаты. В центре, залитый светом прожектора, находился стеклянный куб на фоне непроницаемой тьмы. Ройсу он напомнил музейные витрины; когда его школьником водили на экскурсии, как раз внутри таких штук выставляли скелеты динозавров. У самого постамента толпились темные силуэты, еле различимые на фоне гигантского экспоната. Он впервые увидел останки доисторических животных еще в начальной школе, а затем этот образ преследовал его в кошмарах, заставляя вскакивать с тяжело ухающим в груди сердцем и в холодном поту. Существо достигало шести метров в высоту – чудовище, способное играючи сломать спину слону или дотянуться до верхушек самых высоких деревьев. Его шкура отливала нефтью, а могучие лапы завершались огромными, словно секиры, когтями. На табличке значилось:
«Мегатерий, Южная Америка, плейстоцен».
Это была, очевидно, не окаменелость, а реконструкция, да еще и сделанная слишком, до тошноты, правдоподобно – мех даже не выглядел искусственным; казалось, это чем-то похожее на затаившуюся в камышах жабу существо вот-вот поднимется и спрыгнет вниз или, может быть, неловко сползет, растекшись по полу. Пропорции существа неестественно искажала игра теней.