Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 51 из 73

— Будет очень сложно, — покачал головой Прохватилов. — В том году мы высаживались через Нижний парк в Петергофе, немцы это наверняка учли. Так что к разведывательной части нужно будет подойти максимально серьезно.

— Это сто процентов, — заверил я, вспоминая, с чем пришлось сталкиваться десантникам в моей прошлой истории. — Наверняка там целую полосу препятствий устроили.

И ведь действительно так оно и было! Во-первых, опасаясь новых десантов, немцы поснимали с домов в Петергофе листы кровельного железа и раскидали их по территории, чтобы нельзя было пройти неслышно. А во-вторых, устроили настоящий аттракцион смерти в стиле Индианы Джонса: проволочные заграждения, задев которые можно было в лучшем случае запустить сигнальную ракету, а в худшем — подорваться на мине. Поэтому второй рейд группы Прохватилова оказался гораздо сложнее. Но ведь справились же!

— Вот и выясним, — лаконично сказал Прохватилов, еще раз убедив меня в своем высоком профессионализме.

Спокойно так заявил, уверенно. И у меня больше никаких сомнений не было, что его парни все действительно выяснят. И то, о чем мы говорим, и даже больше.

— Нам обещали содействие авиаразведки, — добавил я. — Но понятно, что этого мало. Иван, что там у наших умельцев?

— Шестой взвод у меня этим всем занимается, — с гордостью напомнил Батя. — Доводят до ума непромокаемые чехлы, взрывчатку, оружие. Дорабатывают экипировку.

— Так я все-таки не понимаю, — чем дольше Маринеско нас слушал, тем сильнее на его лице отражалось недоумение. — Если у нас такая сила, такие возможности, — он изобразил руками неопределенный жест, показав на Батю, — почему нам просто не высадить на южное побережье Невской губы массированный подводный десант? Мы ведь это можем сделать силами всего Балтийского флота! Подойдем на подлодках, обеспечим плацдарм, нас поддержат надводные корабли, сами из пушек дадим фрицам прикурить, а потом… Потом подойдут уже бронекатера, с которых высадятся морпехи. Да мы ж этих крыс выдавим с побережья! И блокаду прорвем! Почему сидим и до сих пор думаем?

Вот он прямо нам высадку в Нормандии предлагает! Но здесь не тот вариант, где нужно действовать наскоком и нахрапом.

— Саша, не так все просто, — я покачал головой, а Прохватилов задумчиво крякнул.

— А когда было-то просто? — командир М-96 окинул нас насмешливым взглядом. — С самого июня 41-го просто не было! Ни на суше, ни на море! И сколько вот так еще сидеть будем, думать, как просто или как сложно? Фашистов бить нужно, и бить нещадно!

Он ударил кулаком по ладони, хлопок получился громкий.

— Кто ж спорит, — возразил я, и Маринеско насупился, — только бить с умом требуется. Саша, ты же еще накануне войны на немецкий транспорт наткнулся! И сам видел, как все быстро завертелось. Какой нам сильный противник достался. Ты думаешь, защитники Ленинграда вели себя нерешительно?

— Да я не это хотел сказать, — вдруг запротестовал Маринеско и закурил. — Я ведь о том, что сначала мы батарею немецкую выбьем, кораблям станет легче. Потом Гогланд вернем, Большой Тютерс, отобьем побережье! И не говорил я, что мы до этого нерешительно воевали! Я говорю, что сейчас, вот прямо в эти дни, можно и нужно пользоваться моментом! Мы для чего всю зиму пережидали? Для чего лодки почти без сна ремонтировали? Размагничивание, кринолины эти гребаные — это все для чего? А на кой мы, в конце концов, в санатории штаны протирали и бока нажирали? Чтобы и сейчас ждать, будто второго пришествия?

Это он сейчас про наш вынужденный отпуск. Отправили весь личный состав в дома отдыха, восстанавливать физические силы. Мы, например, с Руссиным и Гладилиным на Среднем проспекте Васьки лечились. Отъедались, отсыпались в течение двух недель. Остальные подводники тоже — дома отдыха санаторного типа специально открывали для нас в блокадном Ленинграде, и многие моряки были возмущены. Как так, мол, в городе люди голодают, а нас — на усиленный паек! Маринеско как раз был из тех, у кого это не укладывалось в голове. Ему даже пригрозили дисциплинарным наказанием, и ведь как специально фрицы начали свой «Айсштос»! Бомбят город, гавани — а мы в доме отдыха! И тут еще мы с Прохватиловым что-то скрупулезно высчитываем, замеряем… Бахнуть ведь нужно, и вся недолга!

— А вы, товарищ капитан-лейтенант, не думаете, что сейчас говорите о живых людях? — загремел Батя, поднимаясь из-за стола во весь свой двухметровый рост. — Вы что, предлагаете людей гнать на смерть? Без подготовки? Как в сентябре, когда десант расстреливали еще в воде?

— А когда подлодки под обстрелом пойдут? — не унимался Маринеско. — Надводным ходом под огнем немецкой артиллерии! Разве не это мы хотим изменить?

— Убьем просто так людей, — ревел в ответ Прохватилов, — и обстрелы продолжатся! Только их уже некому будет остановить!

— Подготовка нужна, товарищ Маринеско, — я перешел на казенное обращение, чтобы остудить пыл командира М-96. — Иначе и людей погубим, и задачу не выполним. Лучше давайте продолжим планирование.

— Валяйте, — дерзко ответил Маринеско и откинулся на своем стуле, всем видом показывая, что он в гробу вертел все эти игрища. Но за напускным хамством ему все равно тяжело было скрыть понимание ситуации. Просто жажда действия и нетерпение были его натуре более свойственны, чем скрупулезная подготовка.

— Предлагаю начать с высадки разведчиков-наблюдателей в прибрежные воды у Петергофа и Стрельны, — предложил я, не обращая внимание на показную ершистость Маринеско, и Прохватилов одобрительно кивнул.

— Высадку произведем в нескольких точках, здесь и… здесь, — он показал на карте, взял карандаш и оставил пометки. — Вот здесь еще. Нужно выявить скрытые посты и регулярность патрулей, расположение укрытий, арсеналов и всего того, что нам может пригодиться или, наоборот, помешать. Затем осуществим высадку на берег нескольких групп, что проведут сбор разведданных. И уже после этого организуем схроны с оружием и взрывчаткой.

— С Александром Иванычем я согласен в одном, — я повернулся к насупившемуся Маринеско, краем глаза отметив сквозящее сквозь маску скандалиста нетерпеливое любопытство. — Тянуть долго нельзя, так как потом наступят белые ночи, и мы почти 24 часа в сутки будем как на ладони. Сейчас хотя бы еще есть темные «окна». Ими нужно воспользоваться.

— Сделаем, Иван Иванович, — со спокойствием горы кивнул Прохватилов. — Только я вот подумал… Для надежности нам бы еще экипаж. В качестве резерва.