Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 71 из 155

Я мокрая, как никогда раньше. Он двигается ровно, быстро, вколачивая себя с каким-то сорванным отчаянием. Не дает перевести дыхание, меняет позу, переворачивая меня на живот. Заставляет выгнуться дугой и подставить ягодицы.

Шлепки плоти об плоть, наше общее тяжелое дыхание и стоны заполняют каждый уголок комнаты. Я чувствую, как его зубы впиваются в шею, губы оставляют засосы по плечам. Ладони перехватывают локти, тянут вверх, бросая спиной на мокрую от пота твердую грудь и тут же соскальзывают на мою, оттягивают набухшие соски, пока член меняет угол и глубину.

Я отдаюсь без остатка, падаю с головой в острое, невыносимое удовольствие.

Чувствую себя живой, по-настоящему нужной и желанной. Чувственно, как никогда раньше, откликаюсь на каждый толчок.

Вспышка оргазма прилетает остро и неожиданно, расплывается по телу сладким огнем.

Я впервые в жизни встречаю его громким криком.

Дан кончает следом — мощно, с тихим прикушенным стоном, сжимая меня руками, лишая возможности даже шевелиться, пока вбивает в меня последние, рваные и уже потерявшие ритм движения.

Упирается влажным лбом мне в плечо, оставляет легкие поцелуи там, где раньше оставил укусы. Гладит от груди до лобка, задевая пальцами чувствительные точки под грудью и возле пупка, о существовании которых я раньше даже не догадывалась. А потом избавляется от презерватива и падает на спину, давая мне распластаться на нем, словно на горячей волне.

Мы долго лежим в тишине. Прохладный воздух из окна постепенно остужает влажную от пота кожу. Я прижимаюсь щекой к его груди, слушая, как постепенно выравнивается бешеный пульс, пока снова ставшие нежными пальцы, перебирают мои позвонки и очерчивают ямочки над ягодицами.

Я абсолютно, невероятно счастлива.

— Прости, Хатико, нормальный мужик сначала кормит, а потом уже ебёт.

Переворачиваюсь на живот, складываю руки у него на груди, изучая расслабленный, немного меланхоличный взгляд и как красивые пальцы задумчиво поглаживают грани крестика.

— Я не в претензии к последовательности, — целую его в уголок рта и ниже, там, где красивая неглубокая ямка на подбородке.

Дан зарывается пальцами в мои волосы, притягивает для поцелуя — теперь уже тягучего, сладко-ленивого. Мучительно долгого. А потом делает глубокий вдох, аккуратно сдвигает меня на свободное место на кровати и поднимается. Одним плавным движением натягивает боксеры, хотя его член уже снова в полуготовности.

— Так что хочешь? — достает из кармана брюк телефон, сигареты и зажигалку. — Мясо? Рыбу?

— Суши. Большущие. — На самом деле мне все равно, я согласна на самый дешевый хот-дог или бургер. Согласна рядом с ним есть даже гальку. Подтягиваю к себе подушку и крепко прижимаю ее к груди, размазывая по коже его запах и остатки тепла. — Помнишь, ты заказывал, кажется, из «Тори»? Лосось был просто огромный.

Он усмехается — кажется, я его веселю, но мне это нравится — быстро тыкает в экран, оформляя доставку, и выходит на балкон курить.

Я включаю телек, перебирая каналы под аккомпанемент внутренней приятной щекотки.

Иногда смотрю на то, как за стеклом Дан, опираясь на перила, задумчиво выпуская дым в небо, с которого опять сыплет снег. Возможно, в эту минуту он уже придумывает повод, как помягче от меня избавиться. Я стараюсь допускать даже такую мысль, хоть она с болью врезается в мое лишенное барьеров счастье.

Но даже если у меня будет только эта ночь… это лучше, чем совсем ничего.