Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 66 из 73

с недоумением уставились на старика:

– Дядька Кондрат, да чего в нем такого? Ну мелкий, щуплый да белый… Таких вон на

хазарском торгу, только чернявых двенадцать на дюжину!

– Во-о-от, – протянул важно старый боярин, воздевая руку, – сказал верно, да сам не

понял, что сказал! В хазарском каганате правящая семья вся такая. Мелкая, щуплая и

белоголовая! При том, что подданные у них все чернявые.

– Да как так-то?

– А вот так! Говорят, была у правителя любимая жена, русинка, из полонянок. Родила

она ему сына белоголового. Враги его извели, каган стал у жены еще сына просить, а

она его самой страшной клятвой закляла, что ее сын будет наследником!

– Родила? – не выдержал долгой паузы один из боярских сынов.

– Родила! – снова важно поднял палец старик. – И с той поры все каганы хазарские уж

двести с лишним лет беловолосые!

– Так волхв этот, получается, из каганов? – дошло до другого боярина.

– Ну, может, племянник там или братец двоюродный, – пошамкал губами старик. –

Порода-то клятвой закреплена. В других семьях, даже если дочку кагана замуж выдают,

дети черноволосые родятся. Только у кагана самого да его наследника детки белые.

– Ох, умен у нас государь! – восхитился боярин с окладистой рыжеватой бородой. – Я

вот про каганов энтих и не знал ничего! Сколько у купцов хузарских товары брал, а

оно вона чего!

Обсудив волхва, гости вернулись к своим тарелкам – отроки уже внесли жареных лебедей

на огромных золоченых блюдах, и болтать стало некогда.

Белый Сов со своим тонким слухом этот разговор слышал и запомнил. Выходит, матушка не

забыла его и не простила тех, кто избавился от ее сына… На сердце стало теплее.

Жаль, что матушки больше нет…

– А еще говорят, – прошамкал старый боярин, – что русинка, которую каган женой сделал

и матерью наследника, жива все еще. Она себя клятвой закляла, что, пока старшего

сына своего не увидит да внука на коленях не покачает, не умрет!

– Так сколько ж ей годков уже? – ужаснулся боярский сын.

– Да кто ж его знает? – философски сказал Кондрат. – Ее во дворце каганском “апа”

кличут все, иногда она даже к гостям выходит, говорят, все сына ищет да ждет!

У Сова загорелись щеки.

Он чуть не вскочил, готовый потрясти старика за шитый дробницами ворот парадного

кафтана, но Жар-птица положила свою горячую ладонь на его похолодевшую руку и

шепнула:

– Ты же помнишь, суженый мой, что…

Белый засмотрелся в ее глаза, выдохнул и вдруг вспомнил! Вспомнил! У Жар-птиц, как у

многих магических рас, рождаются… только девочки! Значит, мать его не умрет, увидев

сына! Будет жить долго-долго, нянча внучек!

Сов перехватил горячую ладонь невесты, поднес к щеке и выдохнул:

– Спасибо! Рубин моего сердца!

В ответ Жар-птица тихонько рассмеялась – словно золотые бубенчики по полу

раскатились, и на сердце у Сова стало спокойно.