Страница 67 из 73
Глава 41
Между тем царский пир шел своим чередом.
Темнело осенью рано, так что никто и внимания не обратил, когда один из слуг
склонился к Берендею и уточнил:
– Ваше царское величество, отправлять ли змеев и царевичей в змеиное царство?
– Отправляйте, – кивнул Берендей, снимая с пояса что-то похожее на крупную змеиную
чешуйку. – Вынесите их во двор, на телегу сложите и сверху вот эту чешую переломите
да бросьте. Все разом на подворье царя змеиного окажутся!
Слуга убежал довольный.
Когда в царском тереме такие дела творятся, никому не хочется Двор покидать. А до
Змеиного царства конным скоком недели три, а то и месяц, а уж телегу сколько катить
придется, один Бог знает!
Вынесли отроки замерзших змеев да на телегу горой сложили. Поверху Василия да Артемия
пристроили. Чешуйку царя змеиного переломили и поверх кинули.
Полыхнуло пламенем зеленым, и пропала телега! Слуги место то подмели тщательно и
мусор весь в огонь кинули – очистили место от зла! А после в зал пиршественный
вернулись. Там, где пьют, едят и веселятся, всегда найдется сладкий кусок, лишний
кубок да веселый певец!
Часа же через два снова полыхнул зеленый огонь. Только не во дворе, а в самом зале!
Поднялся из того огня змей зеленый! Огромный, страшный! Зашипел дико, в боевую стойку
встал, раздулся, чтобы еще больше казаться.
Бояре помоложе струхнули – кто под стол полез, кто под лавку, а кто и штаны обмочил
от страха. Только царь с царицей спокойны остались. Берендей даже кубок поднял:
– Приветствую тебя, Змеиный царь! Будь гостем на моем пиру! Радость у меня великая –
сын женился!
Зашипел змей, напружинился, словно кинуться собрался, да только царица-матушка рукой
повела легонько так, мигнуло что-то, словно водой васильковой в лицо брызнуло, и на
месте змея шипящего встал мужик в доспехе чешуйчатом.
– С-с-сын женился, говориш-ш-ш-ш-шь? – прошипел он.
– Сын, сын, – подтвердил Берендей, – младший. Старшие, видишь, в себе кровь змееву
ощутили. Забыли, что в Тридевятом живут. Один себе гарем завел, как у вас, змеев,
принято, второй кровь из моих подданных сосать начал – под видом золота. Не дело
это, Змей.
– Мои внуки – твои нас-с-с-следники! – прошипел змеиный царь.
– Уже нет, – спокойно ответил Берендей.
Змей зашипел, хотел кинуться, но его удержали острые бердыши стражи.
– Ты, прежде чем кидаться, узнай хоть, как все случилось, – устало сказал царь. –
Василий и Артемий убедили меня дать клятву, что я передам свой трон и корону тому,
кто привезет мне Жар-птицу.
Глаза Змея сверкнули.
Кажется, он знал о том, что задумали внуки, а может, и сам их научил, как быстрее
добраться до власти. Берендей еще крепок, не один год на троне просидит, а царевичи
уже повзрослели, сил набрались, вот и решились потеснить батюшку на троне. А дед
поддержал. Змею ой как выгодны на престоле внуки родной дочери, да еще молодые и
глупые!
– Жар-птицу Иван привез, ему и честь, и престол. Через три дня, как весть Тридевятое
облетит, честь честью клятву свою выполню!
– До меня другие слухи доходили, – проскрипел Змей, – что Василий Жар-птицу привез,
да коня златогривого, да девицу царских кровей! Думал я на свадьбе внука погулять!
– Обманули твои внуки и меня, старика, и бояр моих служилых, – развел руками
Берендей. – Посмели кровь братскую пролить да обманом заставить меня клятву
исполнить… А это не земной властью наказуется, а небесной!
Царь змеиный снова зашипел неразборчиво, но перехватил взор царицы-матушки да
невестки ее и притих. А Берендей кубок ему протянул, полный светлого, шипящего меда,
да свою речь дальше повел:
– Ты, Змей, не гневайся раньше времени, все ведь, как ты задумал, идет. Трон я сыну
передам, ты внуков себе под хвост спрячешь, будут они у тебя девок портить да золото
в подвалы ссыпать. А мы уж в Тридевятом без их ледяной крови как-нибудь проживем!
Еще сильнее Змей помрачнел, но кубок взял – хозяину пира отказать грешно!
Не так он все задумал, ой не так!
Сложно ему было после смерти любимой дочери с зятем общаться, а уж когда Берендей на
Премудрой женился, а та ведовицей оказалась, совсем змеиный царь в хандру впал. Все
казалось ему, что внуков ущемляют, не дают им тепла материнского да защиты
отцовской.
Присматривал. Змеев своих в терем царский засылал. А когда появилась возможность –
изгнал Василису. Думал даже убить, но та хитра оказалась, что змея – вывернулась да
укрылась там, где не достать. И сына своего из Тридевятого вывезла и спрятала. На
виду вроде младший царевич жил, да в таком месте, что не достанешь!
Не пускали змеев в ТАЗ – совсем. Князь Златогорья в давние времена обжегся,
влюбившись в змеевну. Та хвостом покрутила, обобрала князюшку да в родное царство
змеиным ходом ушла.
Погоревал Златогорский правитель, да вспомнил, что он сильный маг. В одну ночь всех
змей из своего государства выслал и заслон им вечный поставил! Ни по земле, ни под
землей, ни по воде, ни под водой, ни по воздуху не могут змеи да змеишны в княжество
проникнуть. А уж сколько попыток было!
Лет через пять царь змеиный через своих купцов да советников нанял людей лихих –
чтобы в Академию проникли да царевича меньшого погубили. Так и тут не вышло! Мало
того, что абы кого в ТАЗ не пускали, так и вырос Иван, возмужал. Техномагом стал
толковым и на подарочки с припрятанными иголками не купился, девицу с отравленными
губами целовать не стал, даже фруктами заморскими побрезговал! В общем, не удались
покушения.
Притих тогда старый Змей, начал старших внуков обрабатывать, чтобы до возвращения
младшего трон поделили, но и тут не вышло!
Глянул царь змеиный на младшего царевича, мрачно выхлебал кубок, буркнул:
– За здоровье молодых! – но не удержался от змеиного укуса напоследок: – Дите-то от
младшего царевича будет или от старшего?
Елена и бровью не повела, не зря ж Яги внучка, зато Жар-птица вместо нее ответила:
– От мужа законного, а вот ты, великий царь, в браке ли рожден? Или под забором?
Тут змей зашипел, как кипяток, на плиту раскаленную плеснувший, прищурил свои змеиные
очи да понял, что на пиру и его стража заломать может – при двух-то ведовицах и