Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 54 из 73

растопило жидкую грязь, из-под копыт полетели брызги, и путешествие перестало быть

приятным. Иван закутался в плащ, прикрыл полой Сова и начал крутить головой, пытаясь

сообразить, где они находятся. Оказалось – двигаются вдоль опушки Заповедного леса!

Кадавр везет их потихоньку, даже не думая заехать внутрь!

Техномаг спешился и попытался заглянуть в настройки кадавра, но его остановил усталый

голос Сова:

– Ты сейчас будешь направляющие кристаллы чинить или просто войдешь в Зачарованный

лес?

Иван кашлянул, спрятал перчатки и инструменты обратно в саквояж, захлопнул лючок

доступа и, взяв кадавра под уздцы, сошел с дороги прямо в широкую полосу мелких

сосенок, густо оплетенных покрасневшими листьями земляники. Кадавр заупрямился было,

но Иван отдал четкий приказ:

– За мной! – и конь не смог сопротивляться.

Продираться через сосновый подрост пришлось долго. Иван шагал, тянул коня, слушал

ехидные комментарии Сова и так втянулся в этот марш, что едва не упал, когда подрост

кончился, и он вышагнул в обычный светлый бор, полный аромата мокрой хвои, увядших

трав и… чего-то смутно знакомого!

Принюхавшись, Иван хмыкнул – так пахла лаборатория целителей в ТАЗу! Смесь запахов

дегтя, топленого жира, возгонки трав, спиртовых настоек, сушеных грибов и растертых

в порошок пряностей.

Ориентируясь на запах, примерно через час царевич вышел к белой каменной стене и

удивленно остановился – стена поднималась на добрых три сажени вверх! Словно не

скромный монастырь в лесу, а крепость где-нибудь у границы со свеями или монголами!

Осторожно двинувшись вдоль стены, Иван вскоре набрел на тяжелые дубовые ворота,

украшенные крупными шляпками гвоздей, и постучал в калитку. Отворилось малюсенькое

окошечко, внутри блеснули настороженные глаза:

– Кто? – глухо спросил голос.

– Царевич Иван, к царице-матушке! – ответил он.

– Ждите! – окошечко захлопнулось, и наступила тишина.

Иван прислонился плечом к воротам и задумался. Правильно ли он поступил, приехав

сюда? Что, если он ошибся, и матушки тут нет? Царь-батюшка ведь не сюда царицу на

богомолье отправлял, в другую обитель! Да и Елена… Здесь ли она? И что делать, если

все же здесь?

Он так задумался, что не услышал скрипа засова, просто с трудом удержался на ногах,

когда калитка распахнулась.

– Заходите, да быстро! – суровая старуха в подряснике, апостольнике, с крупными

четками на веревочном поясе придержала калитку, чтобы кадавр аккуратно переступил

высокий порог.

Дальше был узкий каменный коридор, перехваченный решетками, щетинящийся нишами с

самострелами и острыми копьями. А за ним – просторный двор, мощенный камнем. Старуху

сменила молодая женщина с опущенной головой – она показала конюшню, а после повела

Ивана куда-то в бок, между другими каменными строениями и наконец открыла невысокую

дверь:

– Тут обождите!

Царевич шагнул вперед и словно налетел на стену.

Маленькая узенькая келья из тех, что устраивают внутри стены. Одно оконце, выходящее

во двор, под ним стол. Рядом скамья, покрытая колючим войлоком, полка с книгами и

травы. Всюду пучки трав, на подоконнике – ступка и шкатулка со знакомой резьбой. Два

зверя – лев и грифон – сцепились в схватке.

Иван сел на скамью, забыв о том, что на плече сидит Сов. Просто смотрел на знакомую с

детских лет вещицу, вдыхал аромат трав и с трудом сдерживал слезы.

Легонько скрипнула дверь.

Царевич вскочил, задев макушкой пучки трав, и замер, глядя на мать. Василиса – все

такая же юная, прекрасная, только печальная, тонкая, с мудрыми грустными глазами,

смотрела на вымахавшего выше нее сына и тоже едва сдерживала слезы.

Они обнялись, и если на бурое сукно монашеского одеяния упали горько-соленые капли,

никто не придал этому значения. Они наконец встретились.