Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 53 из 73

Глава 33

Живая и мертвая вода прибыли только через сутки.

За это время Иван так извел Сова, что волхв готов был выть на луну! Однако

ограничился тем, что сварил крепкое сонное зелье и подлил его царевичу в бульон.

Когда же побитый и простуженный Иван уснул, Сов вышел из шатра, передернул плечами,

подпрыгнул, прямо в воздухе обрастая перьями, и бесшумно поднялся выше. Облетел лес,

часть тракта, покружил у шатра и уселся поджидать добычу. Заяц, птичка размером с

вальдшнепа, еще один заяц…

Когда стало светать, Сов устало опустился на землю, принял человеческий облик и,

сонно жмурясь, взялся разделывать добычу. Потом развел костер, набрал в котелок

воды, поставил мясо весело булькать над огнем и, зевнув, снова прилег у порога и

уснул.

Проснулся от недовольного клекота сокола, усевшегося на сосну рядом с шатром.

– О, прилетел! – обрадовался Сов. – Давай сюда!

Сокол в ответ передал картинку коровы.

– Да будет тебе мясо, будет! На вот пока… потроха заячьи, свежие! – попытался

договориться волхв.

Посыльный нехотя слетел пониже, чтобы подкрепиться с дороги, а Белый ловко снял с его

лап два крохотных пузырька. Один был залит белым воском, второй – черным. В спешке

Сов даже не стал читать записку на очень тонком листе, прикрепленную к флаконам, –

торопился к Ивану.

Царевич уже не спал.

Чувствовал он себя плохо – сначала перенапрягся, передавая птице облик Хранительницы,

отчего его тошнило, потом с трудом поел и заснул, и, пока спал, отлежал себе все

тело так, что даже встать самостоятельно не мог!

Счастье, что явился Сов, помог размять руки и ноги, вывел на короткую прогулку,

усадил у огня и сказал:

– Сокол вернулся. Мы ему теперь коровью тушу должны.

– Воду принес? – оживился Иван.

– Принес, только чтобы в столицу сразу ехать, одной воды мало!

Царевич нахмурился.

– Ты в пути отощал, да и раньше колобком не был… Вода мертвая раны заживит, а где она

на них силы возьмет? Да у тебя же! Будешь скелетом светить и ни шагу сделать не

сможешь, – обстоятельно напомнил Сов.

– И что делать? – Иван упрямо набычился.

– Вот, ешь суп, мясо жуй, как наешься, одну капельку на тебя капну. И снова суп. И

так до вечера. А уж на закате живой водой на тебя брызну, и спать ляжешь. С утра

поедем.

Царевич взглянул на солнце, которое едва-едва поднялось к зениту, нетерпеливо повел

плечами и взялся за ложку. Он выхлебал примерно треть наваристого бульона и пожевал

мяса, после чего устало откинулся на стоящую за спиной березу:

– Все, сыт!

Сов пожал плечами – ему доводилось лечиться мертвой водой, так что он знал, что Иван

съел мало и поплатится за это. Царевич торопится и потому сам себя наказывает за

спешку. Волхв спокойно подошел и капнул одну каплю на макушку – туда, где у Ивана до

сих пор красовалась шишка.

В первую секунду царевич аж глаза прикрыл от удовольствия – назойливая боль в голове

прекратилась, на макушку словно холодок пролился, а через секунду его скрутило –

ноги и руки вдруг натянулись, словно он тянул за узду тяжеловоза, клацнули зубы, во

рту стало сухо, и… здоровенный молодой парень постыдно свалился в обморок!

Очнулся, полулежа на траве, рядом сидел Сов и пихал ему в губы кружку с ледяной

водой:

– На! Пей давай! Ключевая! Пей, говорю!

Медленно, крупными глотками Иван выцедил холодную воду и, только опустошив кружку,

смог заговорить:

– Что это было?

– Есть надо нормально! У тебя голова пробита! Простуда страшная! А ты решил одной

миской бульона все вылечить? Садись и ешь! Новую каплю до вечера не дам!

Иван сделал кислое лицо, но на самом деле есть ему хотелось страшно, так что он вновь

взялся за ложку и до самого вечера хлебал “суп”, отвлекаясь на травяной чай, пока

Сов искал в окрестных деревушках корову на продажу.

Сокол получил свой выкуп и успокоился, а ворчащий волхв вернулся к шатру,

одобрительно глянул на пустой котелок и вручил Ивану круг домашней колбасы, ломоть

рыбника, мешочек подсоленных сухарей и туесок меда:

– Вот, прикупил по мелочи, ешь!

Царевич не возражал – налил в щербатую чашку свежую порцию отвара и взялся за сухари.

Соскучился по хлебу.

Пока он жевал, Сов сбегал к родничку, умылся, послушал птиц, собравшихся в кустах у

воды, а когда вернулся к шатру, снова капнул на Ивана мертвой водой.

Второй раз прошел полегче – ноги и руки только слегка занемели, закружилась голова, и

пересохло во рту. Выпив пару кружек воды, царевич вяло дожевал рыбник, получил на

макушку капельку живой воды и ушел спать в шатер. Флакончики Сов хозяйственно

припрятал – пригодятся еще! Заодно и про записку вспомнил! Развернул, а там…

Хранительница поминала царевича недобрым словом, называя мальчишкой, глупышом и

баловнем, а потом серьезно советовала ему побыстрее ехать в монастырь – за невестой.

– Иван, – озадаченно уточнил Сов, – а Хранительница тебе кем приходится?

– Теткой, по матушке, – зевая ответил царевич, – она, правда, старшая из сестер,

потому уши драть любит, и вообще… Ну, тетушка! А что?

– Да записочка от нее тут, советует не в столицу ехать, а в монастырь – за невестой!

– Значит, туда и поедем… Тетушка – она знает! – с этими словами царевич закрыл глаза

и уснул.

Утром Иван поднялся первым, оценил свое состояние как “здоров, но страшно голоден”,

разделил остатки еды пополам, слопал свою половину и принялся собирать шатер и все,

что Сов успел распаковать для устройства стоянки. Погрузил все на Сивку-Бурку и

только после этого разбудил Сова.

Тот сонно хлопал глазами и не хотел подниматься – устал за то время, что возился с

царевичем. Иван спорить не стал – встряхнул волхва, дождался, пока тот станет

растрепанным комком белых перьев, усадил его на луку седла и вывел кадавра на тракт:

– Так, Сивка, нам нужен Девичий монастырь в заповедной роще! Ищи путь!

Кадавр коротко заржал и двинулся по тракту в сторону столицы.

Сов спал, Ивана быстро разморило после долгой болезни, так что большую часть пути они

дремали, радуясь тому, что дожди кончились и дорога по ночам схватывалась ночным

холодом, так что кадавр шагал ровно и довольно быстро. Однако после полудня солнышко