Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 37 из 73

– Да понял я, понял! – вздохнул Иван, оглядывая себя и скептически хмыкая. Походил он

больше всего на чучело огородное. На ногах – обмотки из травы и веток, на голове –

венок из тех же веток, в руках плетенки из прутьев и ветки – то ли Леший получился,

то ли охотник в скраде.

– Пора! – подтолкнул его в спину Сов, и царевич поплелся к мосту. Ступил на него

опасливо, и застонал мост:

– Стража, проснись! По мне идет трава!

Стражи, стоящие у ворот, сладко причмокнули – один прислонился к каменной стене,

другой оперся на копье и всхрапывал с большим удовольствием.

Пройдя между двумя дюжими мужиками в тяжелой броне, Иван толкнул ворота прутьями.

– Дерево, дерево, нас толкает дерево! – протяжно заскрипели ворота, приоткрываясь.

Стражи что-то забормотали во сне, но не проснулись.

Быстро, но едва отрывая ноги от каменных плит, царевич проскользнул через ворота,

пересек двор и остановился – куда идти? Где держат самое ценное в замке? В донжоне,

конечно! Туда царевич и направился.

Жар-птица не спала – медленно клювом открывала незамысловатый засов, чтобы выбраться

на волю. Иван шагнул к простой металлической клетке, протянул руку в толстой кожаной

рукавице и схватил птицу за ноги. Она дернулась, клюнула перчатку, но дралась молча

– видно, не хотела перебудить своим криком замок.

Царевич быстро вынул птичку из клетки, сунул башкой в пустой мешок и собрался было

уходить, да застыл, увидев золотую клетку, обложенную жемчугом, изумрудами и

рубинами.

Застыл не потому, что на блеск камней любовался, а потому, что увидел потоки магии –

тонкие, красиво вплетенные в изящное кружево золотых прутьев и драгоценных камней.

Рука сама потянулась – рассмотреть поближе, понять, что такое интересное в эту

клетку вплел неведомый маготехник…

Забыл Иван слова Сова:

– Не трогай там ничего, кроме Жар-птицы! Ничего! Понял?

Конечно, перчатки помешали исследованию, вот и скинул царевич рукавицу, дотронулся до

камушка-рубина, горящего собственным светом…

Взвыли по всему замку сигнальные трубы, зазвенели колокольцы, загрохотали по

каменному полу сапоги, подбитые железными подковками… Дернулся Иван, понадеялся, что

мимо пробегут, да Жар-птица, словно только очнулась, разоралась дурниной, вот и

заглянули стражники в донжон, схватили воришку, скрутили и прямо к трону притащили!

– Кто таков? – король с интересом посмотрел на парня, “украшенного” синяками и

полуоблетевшими ветками.

– Царевич… – обреченно выдохнул Иван.