Страница 9 из 47
Глава 8.
Вера
Мы закончили работу. Выключили ноутбуки. Пётр Игоревич несколько секунд смотрел на экран своего, словно проверяя, всё ли обсудили.
Потом произнёс:
— Думаю, проект уже можно показать отцу.
У меня внутри всё замерло.
— Правда?
— Да, — совершенно буднично сказал Пётр Игоревич, словно речь шла о следующем рабочем этапе. — На следующей неделе он будет дома. Если у вас свободна суббота, приезжайте, Вера. Мы спокойно посмотрим проект вместе.
— К вам домой? — тихо спросила я.
— Да. Так будет удобнее, — спокойно ответил он.
Я кивнула. Кажется, даже что-то ответила ему. Но в голове стучала только одна мысль: Я поеду к Луговым.
Следующая неделя тянулась бесконечно долго. Я ловила себя на мысли, что никогда прежде так не ждала субботы. Лекции. Практические занятия. Чертежи. Расчёты. Всё происходило как обычно. Только теперь каждое утро я просыпалась с одной и той же мыслью: Ещё на один день меньше.
Пётр Игоревич больше не возвращался к нашему разговору. Словно приглашение в дом Луговых было самым обычным продолжением работы над проектом. Наверное, именно поэтому я волновалась ещё сильнее. Для него это был очередной профессиональный этап. Для меня — событие, которому я не могла найти определения.
В пятницу вечером я разложила на столе всё, что собиралась взять с собой. Ноутбук. Папку с чертежами. Расчёты. Макет.
Потом снова всё пересмотрела. Переложила. Заменила несколько листов. Снова открыла цифровую модель. Вдруг обнаружила, что уже почти час не работаю, а просто смотрю на экран. Я тихонько рассмеялась.
— Возьми себя в руки, Вера.
Ты едешь показывать проект. Всего лишь проект. Но сердце почему-то думало иначе. Ночь перед субботой оказалась почти бессонной. Я то и дело закрывала глаза, но в темноте комнаты всё равно прокручивались эпюры прогибов, линии фасадов и звучал глубокий, спокойный голос Петра Игоревича: «Там хотят увидеть, как вы мыслите…»
Интересно, как мыслил он сам, когда звал меня? Помнил ли он вообще, что сегодня суббота?
Утром город встретил меня прохладой. На этот раз я не сомневалась ни секунды. Никаких белых свитеров — сегодня была не рабочая мастерская с графитовой пылью, а визит в самый известный архитектурный дом. Я выбрала строгое, но мягкое тёмно-серое платье и заколола волосы. Нужно выглядеть профессионально. Коллегой. Будущим архитектором. Кем угодно, только не влюблённой студенткой четвёртого курса, у которой при виде преподавателя замирает дыхание.
Я ещё раз проверила коробку с макетом. Пенокартон был хрупким, и я обложила углы мягкой бумагой. Сверху лежал тот самый рабочий альбом с первыми «честными» каракулями.
Я пообещала себе не прятать его. Всю дорогу в такси я сжимала в руках ремешок сумки с ноутбуком.
За окном мелькали одинаковые серые фасады многоэтажек, но я их почти не замечала. В голове крутился один-единственный вопрос: как вести себя там, на его территории? Машина затормозила у нужного адреса. Я подняла голову… У меня перехватило дыхание, и я замерла. Не может быть…Передо мной стоял дом Лугового-старшего.Тот самый. Истинный модернизм. Чёткие линии… Огромные плоскости остекления, идеальная посадка здания на рельеф. Дом, который я до этого видела только в учебниках и архитектурных журналах.
Я вышла из машины, держа коробку с макетом как самое дорогое сокровище. Несколько раз прошла мимо нужного дома, делая вид, что рассматриваю фасады соседних зданий. На самом деле я просто не решалась войти. Именно здесь вырос Пётр Игоревич. Здесь он каждый день видел своих родителей. Здесь, наверное, стояли те самые книги, о которых он рассказывал на лекциях. Здесь обсуждали архитектуру за завтраком так же естественно, как в других семьях говорят о погоде.
Я глубоко вдохнула.Поправила ремень сумки. Пошла по каменной дорожке к массивной деревянной двери. Сердце колотилось в такт моим шагам. И наконец нажала кнопку домофона. Дверь открылась. На пороге стоял Пётр Игоревич. Без привычного строгого пиджака, в простом домашнем джемпере с закатанными рукавами, он выглядел совсем иначе. Более молодым. Более домашним. И почему-то ещё более недосягаемым.
— Доброе утро, Вера. Проходите. Отец уже ждёт нас.
Я поднялась на последнюю ступеньку и на мгновение замерла. Из-за его плеча в глубине дома открывался просторный, наполненный светом холл. Я успела заметить только высокие книжные стеллажи, уходившие почти под самый потолок, светлое дерево, большие окна и несколько архитектурных макетов, словно случайно оставленных на длинном столе. Мне показалось, что этот дом дышал так же спокойно и уверенно, как его хозяева.
Я осторожно переступила порог.
И вдруг отчётливо поняла, что сейчас вхожу не просто в чужой дом.
Я впервые входила в мир, который много лет назад создал Петра Игоревича Лугового.