Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 47 из 85

Глава 20. Семнадцать лип

- Семнадцать, - сказал Мирон.

- В смете восемнадцать.

- В смете учтена замена на случай, если один саженец не приживется.

- Значит, выбирать надо восемнадцать.

Мирон закрыл папку и посмотрел на меня поверх очков.

- Аглая, запасной саженец нельзя поставить в угол сторожки до осени.

- Я знаю. Но если мы возьмем семнадцать и один погибнет, в аллее снова останется пробел.

- Если возьмем восемнадцать, придется искать место для лишнего сейчас.

- Вот и найдем.

Мы стояли у ворот питомника, до которого ехали почти два часа на старом городском грузовичке. Машину вел Мирон. Я держала на коленях папку с планом аллеи, актами на удаление погибших деревьев и списком того, что нельзя забыть. Последний пункт назывался «сапоги».

Сапоги я не забыла. Они стояли в кузове, чистые и бесполезные, потому что дождь начался раньше, чем мы успели их достать.

На проходной нам выдали оранжевые жилеты и направили к площадке номер шесть. Между рядами саженцев тянулись полосы мокрой земли. На каждом деревце висела бирка с номером, возрастом и обхватом ствола. Издалека ряды выглядели одинаково. Вблизи у одного ствол раздваивался слишком низко, у другого была повреждена кора, третий заметно тянулся в сторону.

Начальница участка, короткая женщина в синем дождевике, представилась Верой Павловной и сразу сообщила:

- Погрузчик встал. Гидравлика. Мастер едет из района.

- Когда будет? - спросил Мирон.

- Он сказал «скоро».

- Это время или настроение?

Вера Павловна оценила вопрос.

- Настроение. До обеда не ждите.

Она предложила оставить список и вернуться через неделю. Мирон посмотрел на небо, на площадку и на меня.

- Мы приехали выбирать, а не получать по накладной, - сказала я.

- Тогда пересчитывайте сами. Только бирки не снимайте и в дальний ряд без сотрудника не лезьте. Там после ночного дождя трактор вязнет.

Мирон принес сапоги. Я переобулась под навесом, сложила туфли в пакет и затянула капюшон. У него на куртке уже потемнели плечи.

- Если простудитесь, Нелли выставит счет мне, - предупредил он.

- Нелли выставит счет погоде и добьется оплаты.

Мы взяли мерную вилку, список и пошли к липам.

Сначала я думала, что моя задача будет простой: не мешать человеку, который разбирается в деревьях. Через десять минут выяснилось, что Мирон намерен отказаться от обычной мелколистной липы и посмотреть гибридные сорта, устойчивые к жаре и дорожной соли.

- В старой аллее росли липы, - сказала я.

- И в новой будут липы.

- Другие.

- Более подходящие нынешнему городу.

Он остановился возле ряда с табличкой «Липа европейская, партия 41» и осторожно отогнул нижнюю ветку.

- Посмотрите на прирост. Здесь он ровнее. Корневая система лучше переносит уплотненную почву.

- На плане восстановления указана мелколистная.

- План составляли по старой описи. Там указано, что было, а не что обязано быть следующие семьдесят лет.

Мне не нравилось слово «обязано». Оно слишком хорошо подходило ко всему, что Родион заранее распределял между людьми и датами. Но к Мирону мой домашний счет отношения не имел.

Я присела перед биркой, вытерла с нее воду большим пальцем.

- Если заменить вид, посетители увидят другую листву, другую форму кроны.

- Через десять лет. Сейчас они увидят молодые деревья вместо сухих пней.

- Именно поэтому сейчас легко выдать замену за восстановление.

Мирон не стал объяснять мне, что дерево живое. За это я уже была ему благодарна.

- А если посадить то же самое и через пятнадцать лет снова потерять половину аллеи, это будет честнее? - спросил он.

- Нет. Но решение надо записать. Не прятать изменение за привычным названием.

- С этим согласен.

Мы дошли до конца ряда. Мирон отмечал состояние корневого кома, прямизну проводника и повреждения коры. Я переписывала номера бирок и следила, чтобы выбранные деревья не отличались друг от друга слишком сильно по высоте. Дождь стучал по капюшону, вода стекала на листы. Чернила на обычной ручке расплылись после третьего номера.

Мирон достал из внутреннего кармана короткий строительный карандаш.

- У дендрологов все предусмотрено? - спросила я.

- Нет. Поэтому мы носим карандаши.

Он отдал его мне, а сам продолжил ставить отметки ногтем на ламинированной схеме.

На девятом саженце мы нашли подсохшую полосу у основания ствола. На одиннадцатом корневой ком был перетянут проволокой. Вера Павловна пришла с рабочим, выслушала Мирона и без спора заменила оба номера.

- Партию зимой передержали на открытой площадке, - признала она. - Не всю. Крайний ряд.

- Тогда покажите журнал перемещений, - попросил Мирон.

Она посмотрела на него без теплоты, но журнал принесла.

Я понимала эту интонацию. Так разговаривают специалисты, когда один уже увидел проблему, а второй еще надеется, что можно обойтись без бумаги.

По журналу партия сорок один действительно провела двое морозных суток без укрытия. Повреждения могли проявиться позже. Мирон вычеркнул все выбранные номера.

- Значит, возвращаемся к мелколистной? - спросила я.

- Значит, смотрим другую площадку.

- Там саженцы моложе.

- На год. Зато без зимнего сюрприза.

Площадка номер девять находилась за теплицами. До нее надо было пройти по служебной дороге, где глина липла к подошвам тяжелыми слоями. Я несла список под курткой. Мирон катил измерительную вилку и время от времени проверял, не провалилась ли я в очередную колею.

- Я хожу по кладбищам с ноября по март, - сказала я после третьей проверки. - Грязь мне знакома.

- Это питомник. Здесь грязь молодая и наглая.

На девятой площадке росли мелколистные липы местного происхождения. Они были ниже, чем требовалось в заявке, но с хорошей корневой системой и без ранних развилок. Рядом стоял ряд европейских, привезенных из другого региона.

Мы снова начали спорить.

Мирон предлагал смешанную посадку: двенадцать местных лип и пять европейских на более сухом краю аллеи. Я возражала, что через годы разница станет слишком заметной. Он ответил, что именно сухой край первым потерял старые деревья.

- Там изменилась водоотводная канава, - сказал он. - После ремонта дороги вода уходит быстрее. Можно вернуть канаву, но город не согласовал земляные работы.

- Значит, мы подстраиваем сад под неудачный ремонт.

- Мы сохраняем аллею в тех условиях, которые есть.

- Удобная формулировка.