Страница 89 из 92
Отбор шестидесяти разъёмов мы закончили девятнадцатого в восемь вечера.
Из ста двадцати прогнанных по термоциклам годными оказались двадцать три.
Двадцать три из ста двадцати.
Пришлось прогнать ещё двести сорок.
К двадцать первому набрали шестьдесят один.
Перепайку делали в одну смену, по три борта в день, с контролем каждого соединения: визуально, потом прозвонка, потом измерение сопротивления перехода, потом термоцикл на собранном узле.
Никто не спешил.
Двадцать третьего ноября в шестнадцать сорок Иван Андреевич закрыл последние предъявительские испытания.
Десять бортов стояли в цеху, укрытые чехлами, с паспортами, ведомостями комплектации и полным комплектом протоколов.
Одни сутки до государственных испытаний.
Женя вечером принесла в лабораторию чайник и две кружки.
— Знаете, что самое смешное? — сказала она.
— Что?
— Если бы вы не полезли в эти разъёмы, мы бы сдали двадцатого. И, скорее всего, успешно — вероятность-то шестьдесят процентов.
— Скорее всего.
— И были бы героями.
— Были бы.
Она налила чай.
— А теперь у нас в деле три записи, — сказала Женя. — И перенос испытаний.
— И сорок разъёмов, которые не оплавятся в воздухе.
Она подняла кружку.
— За разъёмы, — сказала она.
И мы чокнулись кружками с чаем, в лаборатории, в половине двенадцатого ночи, за сутки до государственных испытаний изделия, которое мы четыре месяца собирали, роняли, разбирали и собирали заново.